Глава 29

— Нет, этот цвет не подходит! — напряженно смотрю на оттенок скатертей, которые будут постелены на свадьбе моих друзей. — Я заказывала пастельно-лиловый, а не ярко-малиновый!

— Простите, мисс Сточ. Мы изменим заказ, — тараторит миниатюрная девочка-организатор, едва не запинаясь.

— Надеюсь, с меню все в порядке?

Внимательно наблюдаю за стушевавшейся девчонкой. Она аккуратно заправляет за ухо выбившуюся светлую прядь, смотрит сначала под ноги, затем осторожно заглядывает мне в глаза и выдает:

— Мистер Джонсон изменил некоторые блюда.

Ох уж этот Алекс! А предупредить нельзя было? До свадьбы остались считаные недели, а он под носом переделывает меню!

— Ладно, с ним я сама разберусь, — напряженно выдыхаю и отпускаю девчонку. Пусть работает.

— Мама, смотри! — ко мне подбегает Аманда с перепачканными ручками. Оставила своего ребенка в кабинете клуба, чтобы порисовала немного, пока я занята работой. Теперь все ладошки исчирканы ручкой. — Я картину нарисовала! — гордо пропела моя принцесса.

— Показывай.

Она протягивает листок формата А4. В кабинете не нашлось разноцветных карандашей, однако попалась пара ручек. Лучше бы не попадались. На рисунке изображена наша семья. Маленькая Аманда на плечах у высокого папы. И я. Стою рядом с ними и держу за руку мужчину.

Это всего лишь детский рисунок, которых у нас полно висит на холодильнике, но именно этот пробирает меня до глубины души. Почему? Хотя бы потому, что сейчас у высокого мужчины появилось лицо. Такое же, как у Себастьяна. Раньше Аманда рисовала его без лица — не знала, как выглядит папа, а теперь…

— Тебе не нравится? — голос принцессы грустнеет.

— Конечно нравится. С чего ты взяла?

— Ты плачешь.

Правда? И когда я успела стать такой сентиментальной? Это просто рисунок, просто желание дочери почаще видеть папу. И чтобы мы стали одной семьей.

Но этого никогда не будет…

После поездки в Лондон вся моя жизнь находится в подвешенном состоянии. Я планирую поработать в клубе, а меня отвлекают и приезжают прямо на работу. Хочу прогуляться с Амандой после садика, но появляется Себастьян и присоединяется, не спросив разрешения.

Я хочу посидеть дома перед камином в одиночестве, а он садится возле меня…

Всю эту неделю он рушит мои планы любым способом. И если я, скрипя зубами, позволяю ему видеться с дочерью, то проводить вместе вечера мне не очень хочется. Скоро свадьба Эндрю и Алекса, нужно многое подготовить, решить, одобрить приглашения и отослать в типографию. Столько работы накопилось, а тут еще эта напасть.

И главное, присутствие мужчины не только сильно раздражает, но и вызывает иное чувство.

То, о котором я давно забыла…

Нет, это просто самообман, ничего я не чувствую к этому человеку. Ничего, кроме ненависти и желания, чтобы он исчез из моей жизни.

— А папа когда приедет? Я ему тоже рисунок покажу! — задорный голос дочери вырывает меня из воспоминаний.

— Не знаю, милая. Ты нарисуй еще что-нибудь, а я пока ему позвоню.

Малышка довольно бежит обратно в мой кабинет, а я стою посреди пустующего танцпола клуба и гляжу на телефон в руках. Звонить или нет? Это же ради моей принцессы, она скучает по папе, как бы я ни препятствовала их общению. Почему я вообще об этом задумываюсь?

— Привет, Элизабет, — широкие ладони резко касаются моей талии, заставляя подпрыгнуть на месте. Себастьян. Кто бы сомневался.

— Ты что себе позволяешь? — отхожу от него как ужаленная.

— Я соскучился по моим девочкам.

По твоим девочкам? Серьезно?

— С каких пор я стала твоей? — смотрю в упор. В темные глаза, готовые пригвоздить меня к полу. Но я справлюсь. Выдержу этот взгляд.

— С тех, когда я узнал, что ты жива.

Усмехается. Приподнимает уголок губ, поганец! Не дождешься, я не отвечу тебе взаимностью. Никогда. Ты больше не воспользуешься моей слабостью, не приручишь меня. Не позволю.

— Папочка!

Из моего кабинета летит счастливая Аманда, держа в пальцах несколько разрисованных листов бумаги. Себастьян по привычке подхватывает малышку и поднимает на руки. Взгляд мужчины теплеет.

— Ну-ка покажи, что ты нарисовала.

Снова ловлю себя на мысли, что засматриваюсь на этих двоих. В груди теплеет, пытаюсь запомнить эти улыбки, эти взгляды друг на друга. Наполненные радостью. Любовью. Ощущение, что меня вообще не существует рядом с ними, только отец и дочка.

И от этого теперь становится на груди тяжело.

— Привет, Элли! Готова ехать? — у входа появляется довольный Эндрю, но через пару мгновений улыбка на лице друга меркнет, а взгляд мрачнеет. Себастьян в свою очередь смотрит на друга спокойно, без намека на неприязнь.

— Конечно. Аманда, поехали.

— Нет!

— Нам пора ехать, милая.

Однако дочь так и сидит на руках у мужчины, не двигается, насупившись, а Себастьян не спешит опускать ее на пол.

— Как ты смотришь на то, чтобы мы поели пирожных? — мужчина весело глядит в глаза дочери.

— Да!

— Ты же не против? — спрашивает у меня.

Конечно, я не против, чтобы моя дочь поехала куда-то наедине со своим отцом. С другой стороны, я уже оставляла Аманду с ним один на один в парке. Но это не считается — я была на важном деле.

А сейчас разве не на важном деле?

— Езжайте. Я ненадолго.

— Присоединяйся к нам, — Себастьян подходит ближе, оставляет легкий поцелуй на щеке и, подмигнув, шагает к выходу.

— Алекс еще в парке? — спрашиваю у друга.

— Ну да. А что?

— С вами поедет Эндрю, — повернувшись к Себастьяну, кричу вслед. Он тут же останавливается, показав мне гримасу непонимания, но потом кивает Эндрю, чтобы тот шел следом. Так хотя бы беспокоиться не буду, а в парке, где должна проходить свадьба ребят, меня подождет Алекс.

Даю последние распоряжения организатору, сажусь в машину и еду к другу. Блондин стоит как раз на краю озера, где будет проходить церемония бракосочетания. Держится левой рукой за перила, а правой… курит? Не помню, чтобы Алекс когда-то баловался сигаретой. Даже Эндрю его как-то поддевал, что приличный мальчик в богатой семье вырос.

— Алекс?

Парень разворачивается ко мне, осматривает меня обеспокоенными глазами. Подхожу ближе, встаю рядом.

— Анжела не приедет на свадьбу, — говорит тихо, затянувшись сигаретой.

— Почему?

— Ее Тому не нравится родственник-гей, даже если это брат жены. Хренов ублюдок.

Помню, Анжела и Алекс всегда были дружны. На общие вечеринки приходили вместе, почти не расставались, а Анжела даже подтрунивала над ребятами, когда те зажимались в уголке или под омелой на Рождество. Веселая блондинка, хохотушка. Давно ее не видела, думала, что на свадьбе увидимся.

— Сочувствую, — глажу друга по плечу.

— Мы правильно делаем, что женимся?

Он проникает своим голубым взглядом куда-то в душу. Внутрь радужки. Будто там есть ответ на его вопрос.

— Почему вы должны страдать из-за мнения окружающих?

— Почему окружающие должны страдать из-за нас? — задает встречный вопрос. — Друзья, родственники, знакомые. Они и без того сторонились нас, а сейчас… Ты только посмотри на родителей Эндрю! Когда те узнали об его ориентации, помнишь, что произошло?

Помню. Прекрасно. Потому что первым делом он переехал ко мне и выселился только после того, как они с Алексом нашли жилье. Мистера и миссис Стивенс с тех пор я больше не видела, да и они не спешили больше проходить мимо моего дома.

— Это отдельный случай, Алекс. Вас будут осуждать, будут показывать пальцем, но вы должны быть к этому готовы, — произношу четко. — Вы нашли друг друга и не должны обращать внимания на окружающих. Любви много не бывает, она одна на всю жизнь.

Вижу, как глаза Алекса становятся ярче, преображаются, а сама думаю над смыслом сказанного. Любовь одна на всю жизнь. Ладно, не буду врать другу, что в моем случае это высказывание не работает. Не сейчас.

— Эндрю хочет усыновить ребенка. А мне…

— Что?

— Страшно, — выдыхает с новой порцией никотина. — Над ним будут издеваться другие, сломают психику. Ты же знаешь, дети — жестокие существа.

Знаю. И не только дети.

— Вы же помните, что есть я. Мне несложно поиграть роль любимой тетушки и раздать всем подзатыльники.

Вот! Уже другое дело. Улыбается. Преображается на глазах. Новую сигарету не спешит брать в руки. Выкидывает бычок в мусорное ведро, а остальную пачку убирает в карман.

— Спасибо, что выслушала.

— Только поэтому вы с Эндрю хотели, чтобы я взглянула на это место? — теперь улыбаюсь я.

— Не только, — Алекс медлит. Сначала глубоко вдыхает и выдыхает, затем лезет в карман и достает телефон. — Отец прислал досье на Гранда.