Глава 14

- Илари — не выдумка, они самом деле существуют, — тихим голосом начал разговор Демис. — Ты — моя илари, а я — твой илан, и это не изменить, даже если ты против. Наша магия связала нас раньше, чем мы оба поняли, что жить друг без друга не сможем. К нашей связи я вернусь позже, а сейчас хотел бы рассказать, что произошло в день, когда мы прошли брачный обряд. Он был настоящим, Ле Рия, и это, — мужчина поднял руку, позволив рукаву сдвинуться и обнажить брачную татуировку, — тому подтверждение.

— У меня ничего нет! — буркнула Валерия.

— Проверь, возможно, ты невнимательно смотрела, — спокойно предложил Демис.

Фыркнув — она не сумасшедшая и за полгода видела свои запястья каждый день не по одному разу! — Лера дёрнула рукой и поперхнулась, вытаращившись на золотистую вязь.

— Опять ты меня дуришь, — печальным голосом констатировала она и сцепила руки в замок, еле сдерживаясь от желания что-нибудь разбить.

— Нет! Просто вязь имеет свойство скрываться. Когда мы вместе, рядом, она выходит наружу, а когда между нами большое расстояние — прячется. Понимаешь, илари — огромное счастье, редкость и ценность, но и самое уязвимое место илана. Женщину убить проще, чем мужчину, поэтому вязь прячется, если илан и илари находятся друг от друга далеко. Когда илан далеко от своей илари, он может не успеть переместиться и спасти, поэтому, чтобы заранее никого не провоцировать, вязь маскируется под цвет кожи, на время становясь невидимой. Связь илан-илари — это таинство, которое принадлежит только нам двоим. Если ты погибнешь — я уйду следом, а у императора врагов хватает.

— Ты мне раньше ничего такого не рассказывал.

— Раньше я и сам многого не знал. Говорил же, что на Альрами так давно не появлялись илари, что маги стали считать их легендой. Но сейчас я владею максимумом информации об этой связи, потому что нашёл и прочитал все старинные рукописи, в которых так или этак упоминаются илан и илари.

Лера вздёрнула нос и отвернулась к розе — складно говорит.

— В брачную ночь ты сделала меня самым счастливым мужчиной на Альрами. Да что там Альрами? Во всех мирах! — голос Демиса дрогнул. — Я не подозревал, сколько нежности можно испытывать к женщине. Мне не хотелось спускать тебя с рук, хотелось самому кормить, одевать и раздевать, расцеловать каждый сантиметр твоего тела. Я желал положить к ногам жены всю Империю, а если она попросит, то и целый мир. Не могу передать, насколько я был счастлив и как не хотел от тебя уходить! Но заговорщики не дремали, и чтобы обезопасить в первую очередь свою илари, я должен был завершить начатое. Поэтому и сбежал, не предупредив, не разбудив, потому что не смог бы уйти, если бы ты держала меня за руку или смотрела своими потрясающими глазами. Да, признаюсь в такой слабости — любовь и тяга к илари оказались сильнее, чем долг. Я буквально уползал из той комнаты, едва не за шиворот оттягивая себя от кровати, где сладко спало моё сердце.

Император охрип и вынужден был остановиться, чтобы откашляться. Валерия ждала, не решаясь задать вопросы, которые жалили её язык.

— По-хорошему, мне нужно было сначала разобраться с заговором, казнить врагов, а потом уж жениться, и я так и планировал, но герцог Конвер загнал меня в ловушку. Если ты помнишь — у меня не было выхода — или жениться на Кармелине или вести к брачному алтарю тебя. Конечно же, о браке с дочерью герцога не могло быть и речи, но я до ужаса боялся, что обозлённый Конвер, которому уже нечего терять, успеет причинить тебе вред. Поэтому, только поэтому, Ле Рия, я разыграл этот спектакль! Ты была надёжно спрятана на матушкиной половине, а гостям и заговорщикам я представил отставную кьяру, и весь день демонстрировал, насколько увлечён своей «женой». Мой план полностью себя оправдал — вставшие на путь предательства аристократы клюнули, поверили и атаковали. Конечно, я не хотел Армине такой участи, и попытался её спасти, но не успел, всё случилось буквально за доли секунды, а проклятие, которое на неё наслали, оказалось не только адресным, но и высшего порядка. Чтобы его создать, заговорщики отдали почти всю свою силу, надеясь, что не только причинят мне боль, но и смогут исчезнуть, когда поднимется переполох. У них всё получилось бы, если бы на месте Армины была моя настоящая супруга, — Демис передёрнулся, видимо, представив это. Потом закрыл глаза и потряс головой.

— Да, я ждал нападения, понимал, что атаковать меня они не решатся, но вполне способны убить новобрачную и, тем самым, на какое-то время вывести из строя императора. Это дало бы им хорошую фору, как минимум, на побег. Но я подготовился, единственно, не учёл, что именно в этот момент моя илари уйдёт в свой мир. Обычно при переходе брачная связь рвётся, ведь для этого мира ушедший человек, как бы умирает, и оставшийся супруг становится вдовцом, но у нас была не простая брачная связь, Ле Рия. Мы — илан и илари, это связь невозможно разорвать, пока оба супруга живы, но я получил сильнейший откат от твоего ухода. Мне казалось, что из меня вырвали сердце, искромсали в клочья душу, выжгли лёгкие. Я решил, что ты умерла, девочка, — император рвано вдохнул и посмотрел на Леру.

Она невольно вздрогнула, насколько измученным он выглядел, какая острая боль и всепоглощающее отчаянье прятались в глубине глаз мужчины.

— Не знаю, как я пережил это. Очевидцы говорят — зрелище было впечатляющее, сам я мало что помню. Мне хотелось рвать, убивать, раздирать на куски, кромсать и душить и хорошо, что мне было на ком сорвать свою боль. Заговорщики подвернулись весьма удачно, ведь, не будь в шаговом доступе преступников, не уверен, что никто из гостей или прислуги не пострадал бы. Кстати, все решили, что я вою от горя по убитой новобрачной. Волей-неволей твой побег помог мне поддержать легенду.

— Почему же ты не рассказал мне обо всём заранее? — прошептала Валерия. — Говоришь, тебе было больно? Тогда ты представляешь, что испытала я, когда утром вместо любящего мужа увидела пустую постель, а потом он заскочил на минутку и только ради того, чтобы отчитать! И зрелище твоих ухаживаний и воркования с Арминой, как и то, что ты всем представил ее своей женой, радости не добавили. Если бы ты предупредил, что уйдёшь утром на целый день, если бы рассказал, что ради моей безопасности выдашь за жену другую — я бы поняла и не переживала так. И не сбежала в свой мир, а дождалась бы в тех покоях. Впрочем, я рада, что смогла уйти, ведь я была уверена, что моей силы не хватит и, по сути, попыталась покончить жизнь самоубийством.

— Что?! — мужчина побледнел, сравнявшись цветом с лежащей на столе белоснежной салфеткой. — Ты хотела уйти из жизни? Почему?!

— Он ещё спрашивает, — возмутилась Валерия. — Просто представила, что мне теперь придется всю жизнь провести взаперти, в одиночестве, слушая рассказы служанок, как горячо и громко вы с Арминой друг друга любите. И поскольку на Альрами мне некуда было уйти, а на портал домой, по твоему убеждению, у меня не хватит сил, то я просто открыла портал и влила в переход всю магию, какую смогла собрать. Сама не ожидала, что окажусь дома, а не развеюсь на молекулы в мирозданье.

— Великий Моро, Ле Рия, — потрясённо пробормотал Демис и качнулся навстречу, но Валерия отстранилась, и протянутая рука императора упала вниз. — Я не знал, что ты можешь так резко отреагировать. Прости! До сих пор мне не приходилось договариваться с женщинами, у нас так не принято, поэтому мне в голову не пришло о чём-то предупреждать. Я и подумать не мог, что ты ослушаешься и выйдешь в главную часть дворца, что увидишь всё и тем более — оскорбишься, ведь всё это — твоя изоляция и Армина — вынужденная мера, которая должна была уберечь тебя от опасности. После завершения всего, я рассказал бы, без подробностей, конечно, как удалось справиться с заговорщиками. Вскользь упомянул бы, что крайне важно было спровоцировать Совет на активные действия прямо на свадьбе. Чтобы они напали не исподтишка, а на глазах гостей и неохваченной предательством части придворных и аристократов, тогда никто в мире не стал бы возмущаться по поводу последовавших репрессий. И для этого я придумал выдать за жену обычную кьяру. Можно сказать, не только подставил Армину, но и казнил её едва не собственными руками. К сожалению, не всегда получается оставаться чистым, а политика вообще дело грязное. Ты не представляешь, каких сил мне стоило удержаться, когда я днём заходил на минутку, чтобы просить тебя не применять магию! Поэтому я был немногословен и холоден. Знаю, что это не оправдания, но другого объяснения у меня нет.

Его темнейшество вздохнул, перевёл взгляд на розу и улыбнулся.

— Знаешь, а я ведь приказал прислуге найти и принести в мою спальню этот цветок! Правда, вспомнил о нём не сразу, а когда с преступниками было покончено. Розу искали, но не нашли, и я уверился, что ты не простила мне Армины — твои служанки рассказали, что проговорились о свадьбе, и ты ходила посмотреть на неё. Ты обиделась, выбросила меня из сердца и пожелала мне смерти, из-за этого роза погибла, и кто-то из слуг выкинул её останки.

- Да, я была очень обижена и рассержена, но смерти не желала, по себе меня не суди, пожалуйста! А цветок мог завянуть от естественной причины. И так удивительно, почему она столько времени прожила в вазе, а потом ещё и укоренилась! — возразила Валерия. — Видимо, я не совсем соображала, что делаю, поэтому схватила то, что первое попалось на глаза.

— Это эльфанская роза, Ле Рия. Она не завянет, пока живы чувства мужчины, подарившего цветок, и женщины, которая приняла подарок.

— Да? Хотите сказать, это из-за ваших чувств, темнейшество, растение дало новые побеги и раскрыло новые цветы? — скептически произнесла Лера.

— Из-за наших чувств, — ответил император. — Мы наты, моё сердечко, пожалуйста, не выкай мне, хотя бы когда мы наедине. Если женщина не отвечает взаимностью, роза просто живёт такой, какой её сорвали. А вот когда женщина тоже неравнодушна, то цветок начинает расцветать и менять цвет. Чем больше между дарителем и одариваемой глубоких чувств, тем больше на розе цветов, и тем насыщеннее у них цвет.

Валерия посмотрела на усыпанный красными бутонами кустик и покраснела — это он на что намекает? Хочет сказать, что она вся такая влюблённая дурочка, поэтому роза цветёт и пахнет?

— Можешь не верить, — вздохнул Демис. — Я принесу тебе книгу, где подробно описываются свойства эльфанских роз, сама прочитаешь. Теперь про наши перемещения во сне. Я и сам не сразу понял, что это совсем не сны! Пока мы бодрствуем, то можем до определённой степени себя контролировать, но стоит нам уснуть, как энергия и магия, нас связывающие, пытаются объединиться. Они прекрасно делают это и на расстоянии, и раз мы оба страдаем из-за разлуки и неосознанно стремимся друг к другу, то наша магия пытается помочь воссоединению. Однако в период бодрствования спонтанный перенос не сработает. Но нас тянет друг к другу и днём и ночью, понимаешь? Поэтому по ночам, когда контроль со стороны мозга ослаблен, во время особенно глубокого сна возможна спонтанная телепортация к объекту притяжения. И не надо краснеть и пыхтеть, будто рассерженный ёжик! Мы женаты, и то, что между нами было — прекрасно и естественно.

— Выдумки — я о тебе и думать забыла! — Валерия гордо подняла голову и попыталась испепелить императора взглядом. — У меня дел было — выше крыши, некогда было вспоминать и страдать. Тем более куда-то там тянуться!

Демис вздохнул и, приподняв брови, выразительно показал на розовый кустик.

— Настаивать не буду. Но когда тебе захочется поверить, что ты ко мне ничего хорошего не испытываешь, просто посмотри на этот цветок. Он покажет истинное положение дел.

Лера фыркнула.

— Уже говорил, что тоже считал два наших свидания снами, но когда ты застала меня за попыткой передачи наложнице лишней силы, я понял, что всё происходит в реальности.

— Извини, что помешала, — скривилась Лера. — Моя бы воля — ноги моей в твоём дворце не было бы!

— Да, ты думала, что спишь, но я-то в тот момент бодрствовал! И не злись за наложницу! Я едва не умер, прежде чем решился ею воспользоваться, и всё равно не успел — появилась моя илари.

— Никогда не слышала, чтобы от воздержания умирали.

— Не от воздержания, моя ревнивая! А от переполненного резерва. Это очень больно. Настолько, что невозможно жить, понимаешь? Наложницы и кьяры для сильного тёмного — не роскошь и не развлечение, а жизненная необходимость. Лекарство. Я же рассказывал тебе про особенности тёмного дара? Вот и я терпел, сколько мог, но когда начал терять сознание, пришлось позвать лекарство.

Демис внимательно посмотрел на растерянно-недоверчивое выражение лица Валерии и добавил.

— Одним прикосновением ты не только избавила меня от излишков, но и перенастроила связь. И теперь мой резерв никогда не переполняется.

— И куда твои излишки деваются?

— Переходят к тебе. Ле Рия, у тебя же есть светлый дар, а он требует регулярной подзарядки. Вот, видимо, туда всё и уходит, — говорить расстроенной жене, что излишки силы Демиса идут на подпитку малыша, он не стал. Незачем её ещё больше взвинчивать. И так еле держится. Моро, как же хочется её обнять и убаюкать…

— Понятно, — женщина задумалась.

— Когда я понял, что наши сны совсем не сны, то решил встретиться с тобой и поговорить. Нам это давно было нужно сделать, но из разных миров не докричишься. И чтобы гарантированно уснуть, принял одно снадобье, но целитель забыл предупредить о некоторых нюансах его употребления. Так и вышло, что я перенёсся к тебе во сне, да так и проспал. Сон оказался излишне глубок и крепок. А потом на целый месяц потерял возможность работать с пространственной магией. Месяц на Альрами — два месяца в твоём мире. И раз я не мог сам тебя навестить, то стал ждать твоего визита. Слуги вылизали мои покои, каждый вечер в спальню приносили свежие цветы, накрывали стол, я одевался, как на торжественный приём, выгонял прислугу, запечатывал покои пологом и ждал. До утра сидел и ждал свою илари.

Валерия распахнула глаза и приоткрыла рот — он ждал её?! Не какую-то неведомую невесту, а её — Валерию? Правда, что ли?

— Откуда мне было знать? — сказала она совсем не то, что чувствовала. — Твои служанки обсуждали скорую свадьбу императора. И высокородную леру, которую пока никто не видел, но которая, несомненно, навещает Его темнейшество.

— Знаю. В нашей истории слишком много недоразумений и неправильно истолкованных подслушанных разговоров, не находишь? Я ждал тебя. Весь месяц каждую ночь — до рассвета. Но ты не пришла. И тогда, как только действие зелья сошло на нет, я отправился к тебе сам.

— Как ты нашёл меня?

Демис думал всего секунду — рассказать про маяк, что следил за ней? Ле Рия накрутит себя ещё больше. Значит, придётся немного соврать.

— Между нами есть связь, по ней и прошёл. А ещё я встретил Его величество Альреса Третьего, и провёл с ним некоторое время. Он-то и рассказал мне о местном празднике Восьмое Марта. Мне показалось, что появиться с поздравлениями и извинениями будет лучше именно в этот день. Пугать я не хотел, конечно. Хотел порадовать.

— Почти получилось, — буркнула Лера, пытаясь спрятать за некоторой грубостью своё смятение и растерянность. — Светлый король в нашем мире? Ловит доверчивых девственниц и выпивает их досуха?

— В вашем мире, да. Но не поверишь — он встретил женщину, которую полюбил, и теперь ему не нужны алири. Она спасла его, когда он оказался в этом мире без денег и магии. Потом я тебе расскажу — занимательная история вышла!

История короля интересовала мало, Лера лишь отметила, что в Москве, похоже, альрамийцам мёдом намазано — лезут и лезут! Но что ей делать со своим сердцем и рассказом императора? Если Демис не врёт, она из всех событий сделала совершенно неверные выводы! Кошмар, конечно, но это потому, что один иномирный гад не посчитал нужным ей всё заранее объяснить. И потому, что предыдущий опыт общения с противоположным полом учил — мужчины умеют только использовать, им нельзя безоговорочно доверять!

— С праздником тебя! — император покрутил рукой, потом достал из ниоткуда тёмно-красное платье, а к нему — рубиновый гарнитур.

Валерия задохнулась — красота, конечно, но ей-то что делать? Принять? Скажет — поощряет, потребует что-то взамен. Отказаться? Обидится, да и жалко — платье великолепное, глаз не оторвать! Чем-то похожее на то, в котором она сбежала, но немного другой фасон и оттенок.

Между тем, император продолжал изображать Деда Мороза, раздающего подарки. Хорошо хоть не просит влезть на табуретку и рассказать стишок!

— Цветы я занёс в маленькую комнатку и положил в лохань с водой, а это — сладости, — опять из воздуха Демис вынул большую коробку Merci.

Лера даже зажмурилась, потом осторожно открыла сначала один глаз, затем второй — не померещилось?

— Как ты догадался? — выдохнула она, протянув руку к коробке.

Демис про себя подивился своей илари — на платье и рубины она посмотрела вскользь, а в конфеты вцепилась, будто они — самое дорогое. Может быть, потому, что она их хотела, но не купила, а он, вроде бы, сам догадался?

Демис приосанился и расплылся в улыбке, глядя на потрясённое выражение лица Валерии.

— Спасибо, — отмерла Лера и кинула взгляд на чайник. — Чаю?

Демису хотелось чаю. Хотелось сидеть на этой микроскопической кухоньке, есть вкуснющие пироги и смотреть на свою девочку. Но он помнил, что его илари не терпит никакого принуждения, и что сегодня ей с лихвой досталось пищи для размышления. Если он хочет вернуть Ле Рию, то должен действовать очень осторожно.

— Спасибо, я бы с удовольствием, но мне пора домой.

— Домой? — насторожилась Лера. — Я с тобой никуда не пойду!

— Я и не рассчитываю, — развёл руками император. — Ты сама сказала — у тебя здесь родные, новая жизнь, и я — лишний. Рад, что у тебя всё в порядке, правда! Если ты не против, можно мне иногда тебя навещать?

— Ты… просто уйдёшь? — опешила Лера. — Не станешь меня уговаривать и не попытаешься похитить?

— Просто уйду. Твоё счастье и твои желания для меня важнее, чем собственные, — улыбнулся Демис и положил на край стола два камешка — голубой и зелёный. — Вот одноразовые порталы, если вдруг захочешь меня навестить, буду рад. А это…

— Переговорник, — ахнула Валерия.

— Да, Переговорник. Если решишь пообщаться, пожаловаться или похвалиться — ты знаешь, как это осуществить, не используя порталы.

Мужчина встал, и Лера в очередной раз отметила, насколько ему идёт костюм. Да и вообще, насколько Демис… необыкновенный.

— Спасибо, — прошептала она, прижимая к груди тетрадь.

— Можно, я тебя поцелую? Только поцелуй — на прощание?

И она сама потянулась, а потом утонула в ощущениях… и разочаровании, когда император прервал поцелуй и скрылся в портале.

Что же с ней делается, а? Что же с ними происходит?

Машинально распахнув дверь в ванную, Валерия обомлела, оценив масштабы бедствия — куда она поставит столько цветов? У неё и столько ваз под них нет! Надо разобрать, да расставить, какие вместятся, а остаток придётся раздарить. Маргарите Павловне, маме отвезти, Наташке. В школу охапку — пусть украсят учительскую.

Черт, к Наталье не с чем ехать — иномирный троглодит сожрал пироги! Правильно — на Альрами таких ему никто не испечёт!

Надо же — ел её выпечку, каялся, подарков надарил и ничего за это не потребовал. Просто ушёл.

Даже немного обидно, хоть бы для вида поуговаривал!

Валерия улыбнулась, вспоминая встречу. В принципе, темнейшество не так и плох, как она о нём думала. И если и дальше будет вести себя цивилизованно, то может быть….

Громкий звук звонка заставил вздрогнуть и замереть

Кто на этот раз?

Вздохнув — наверное, это Гена пришёл поздравлять — Лера, не глядя в глазок, сразу открыла дверь.

Ну как — сразу? Попыталась.

Видимо, замок заклинило, потому что её усилия результата не дали.

Что за ерунда? — Валерия ещё раз дёрнула защёлку — никакой реакции. Вернее — замок открыт, но дверь даже не шелохнулась.

И?

Догадавшись посмотреть на упрямицу магическим зрением, женщина фыркнула — ну конечно!

Видимо, когда она сбежала в обморок, темнейшество не смог разобраться с запором и просто запечатал дверь магией. Спасибо, конечно, что не оставил квартиру нараспашку, но мог бы снять блокировку перед уходом. Или предупредить хозяйку.

Или он это специально? Мол, не сумеет отменить заклинание и будет вынуждена обратиться к нему напрямую?

Черт, вот в такое верить не хочется, ведь Мир был довольно убедителен и показался ей искренним.

Снова прозвучавший пронзительный звонок заставил выбросить из головы размышления и поторопиться со снятием блокировки.

Стоило слететь последнему плетению, как дверь сама распахнулась, и Валерия подавилась заготовленным для Гены упрёком — мол, зачем трезвонить, слышно же, что она открывает?

Напротив её квартиры стояли двое полицейских.

— Валерия Александровна Кардаш? — осведомился один.

— С праздником! — буркнул второй, косясь на усыпанную лепестками и листьями площадку перед дверью. — Понимаем, что не вовремя, но — такая у нас работа. Без выходных и праздников.

«Кстати, надо подмести, а то перед соседями неудобно», — мелькнула мысль.

— Да, это я. Спасибо за поздравление. Понимаю, что работа, но какое к ней я имею отношение? — на автомате ответила Лера. — Что-то случилось?

— Случилось, — кивнул полицейский. — Вы позволите войти?

— Мои родители? Что с ними? — Лера почувствовала, как в голове закружилось, ноги подогнулись, и она непременно упала бы, если б один из полицейских не успел подхватить её под руку. Второй тут же забормотал, успокаивая.

— Простите, не хотели напугать! Никто не умер и не попал в аварию! Присядьте! — чуть не на руках мужчины занесли Леру в зал, и бережно усадили на диван.

— Если всё в порядке, тогда чем вызван ваш визит? — растерянно произнесла Валерия.

— Ваш адрес нам дали в интернате, вы навещали там одну старушку. Понимаете, она исчезла. Директор полагает — сбежала. Бабушка и раньше пыталась такое проделать, но всегда удавалось пресечь, а тут не углядели. В общем, мы хотели бы убедиться, что её у вас нет и предупредить — если старуха появится, то вы должны немедленно позвонить или в интернат, или нам напрямую.

«Апполинария! Интересно, как ей удалось исчезнуть — без магии-то?» — догадалась Лера, чувствуя, как отпускает липкий страх.

— Нет, у меня она не появлялась, — ответила женщина. — Конечно, если увижу её, то сразу же позвоню.

— Что случилось? — позади полицейских материализовался встрепанный Демис.

Боже мой, только темнейшества ей тут не хватало! — она готова была пристукнуть ретивого папашу. Счастье, что визитёры стояли спиной и не видели, как открылся портал. Зато возникшего в квартире рассерженного мужика в странной одежде не заметить было невозможно.

— Мирослав, ничего не случилось, я в порядке! — бросилась она навстречу, спасая положение. — Апполинария пропала, приехали проверить, не у нас ли она и сообщить о пропаже, если я ещё не в курсе.

Лера вцепилась в руку императора, взглядом умоляя ничего не спрашивать и не выяснять отношений.

— А… А! — и кто бы сомневался, что темнейшество тут же не воспользуется ситуаций? — мужчина немедленно подгрёб Валерию к себе и сердито воззрился на представителей власти. — Спасибо, что предупредили, мы с супругой будем настороже.

— Настороже? — переспросил полицейский, с сомнением рассматривая одежду Демиса.

— Муж хотел сказать, что будем внимательно смотреть по сторонам. Как только увидим Апполинарию, сразу сообщим и заберём ее к себе, пока за ней не приедут, — торопливо перевела Лера и добавила. — Милый, ты прямо с репетиции, даже не переоделся, так хотел сам меня отвезти? Сейчас быстренько соберусь, ты же знаешь, что я не копуша. Поедем буквально через пять минут!

Полисмены переглянулись и попрощались.

Валерия с приклеенным к ней Демисом проводила их до дверей, потом заперла замок и только потом скинула наглую императорскую конечность и отпрыгнула в сторону.

— Что. Ты. Тут. Делаешь? Ты понимаешь, что чуть было не спалился сам и меня не подставил?

— Ничего не горит, и не горело, — быстро просканировав пространство, ответил Демис. — Ты сильно испугалась, я почувствовал это и не мог не отреагировать.

— Это такое выражение, значит — выдать себя противнику, — машинально объяснила женщина. — Ты теперь каждый раз будешь врываться в мой дом, стоит тебе что-то заподозрить? Ваше темнейшество, неужели не понятно, насколько такие визиты неуместны? Здесь не Альрами, и о магии и порталах население понятия не имеет! Ты решил меня подставить?

— Прости, действовал на инстинктах, — покаянно пробормотал император. — Забыл накинуть полог, в следующий раз буду внимательнее.

— Что значит — в следующий раз? Ты планируешь регулярно врываться в мою жизнь? — возмутилась Валерия. — С пологом или без — я не желаю несанкционированных визитов.

Поймав озадаченный взгляд мужчины, пояснила:

— Визитов, на которые ты предварительно не получил у меня разрешения.

— Если тебе угрожает опасность — да, — твёрдо ответил Демис. — Мы связаны, ты забыла? Поэтому, если я почувствую твой страх, боль, или другие подобные эмоции, я не смогу это проигнорировать. Вдруг тебе плохо? Или ты в опасности?

— Что-то раньше, когда я… Впрочем, уже неважно, — прервала себя Лера. — Своим видом ты вызываешь вопросы, про твой способ заглянуть в гости и не говорю! У нас одеваются иначе, а выдавать тебя за актёра, не переодевшегося после репетиции — не выход. Это были представители закона, и нам повезло, что они не заинтересовались ни твоей странной для нашего мира одеждой, ни внезапным появлением.

— Мирослав. Почему ты назвала меня так? — задумчиво произнёс Демис, уводя разговор в сторону.

— Потому что имя Демис иностранное, а Мирослав — вполне наше, российское. И на твоё второе имя похожее — Мир.

— Мне оно нравится, — расплылся в улыбке император и тут же озабоченно наклонился к лицу Валерии. — Ты точно в порядке?

— В полном. Вот Апполинария убежала — это плохо. Одинокая старушка рискует нарваться на большие неприятности. Ты мог бы её найти? Впрочем, это глупый вопрос, откуда тебе знать кормилицу светлого графа?

— Гм… Можешь рассказать подробнее — откуда она тут взялась и из какого места потерялась?

И Лера вкратце обрисовала ситуацию.

— Не знаю, что сказать, — Демис еле удерживал рвущийся смех.

— Пожилая иномирянка где-то на улицах одна, а тебе смешно? — обиделась Лера. — Да, она меня обманом завлекла в портал, но воевать со старушкой я не могу. Она же может погибнуть!

— Ле Рия, давай присядем, — предложил император. — А то стоим в коридоре, а тут тесно, я опасаюсь лишнее движение сделать — того и гляди, сшибу что-нибудь. Да и ты перенервничала, лучше принять более удобное положение.

Валерия проскользнула мимо императора в гостиную.

— Ну, села. Дальше что? — она приняла независимый вид. — Только недолго, потому что я собиралась уходить.

— Куда?

— Это к делу не относится. Или говори, что собирался, или отправляйся в свой дворец!

— Ле Рия, ты ждёшь ребёнка, крайне неразумно отправляться куда-то в одиночестве! В этом мире ужасный воздух, еда и вода. Про толчею на ваших улицах и опасные повозки я и не говорю. Ты не можешь рисковать собой!

— Я буду не одна — за мной зайдёт мой мужчина! — Лера выкрикнула это в запале и едва не охнула, ощутив волну горечи. Это что же — эмоции Демиса? Ого… Нет, дёргать тигра за усы — не лучший метод.

— Я к подруге поеду, — уже спокойным голосом пояснила она. — Обо мне есть, кому позаботиться, и у меня на самом деле мало времени. Что ты хотел мне рассказать?

— Во время покушения, на свадьбе, среди гостей был Светлый король, — скрепя сердце заговорил император. — И он исчез прямо из зала — ушёл порталом, испугавшись за свою жизнь. Поскольку гибель или похищение короля из дворца Тёмных — это скандал, мне пришлось отправиться на его поиски. Всю историю рассказывать не буду — в общем, по следу портала я попал в этот мир и не только отыскал застрявшего тут короля, но нашёл ещё одну пропажу. Графа Гортанс.

— Кевин опять охотился? — рассердилась Лера. — Вот же гад! Самого бы кто-нибудь похитил, посмотрела бы, как ему понравится быть игрушкой в чужих руках!

— Больше он сюда не попадёт, да и нужды в ворованных девушках, у светлых, я надеюсь, больше не будет. Но речь не об этом. Граф нашёлся в одном странном заведении, — император выдержал паузу, прежде чем продолжил. — Под личиной старой женщины.

Лера распахнула глаза, пока не до конца понимая, о чём говорит Демис.

- Маг вживил амулет иллюзии в его тело, поэтому граф не мог сменить облик, а так как он остался без силы, то вынужден был прозябать, ожидая, когда его кто-нибудь найдёт. Я обеспечил его порталом и накопителем, видимо, граф ушёл сразу же, как только смог уединиться на пять минут.

— Рада за графа. Но причём тут он? Речь о пожилой женщине, его кормилице.

— При том, Ле Рия, что граф жил в виде древней бабушки в доме для больных и ненужных стариков, — Демис сделал пасс, в воздухе зависло изображение интерната, если стоять перед его входом. — Вот в этом.

- Там же, где Апполинария?! Граф не говорил, что он там не один с Альрами? Апполинария…

— Боюсь, граф солгал. Нет никакой кормилицы, и в том заведении с Альрами находился он один.

— Но я видела там Апполинарию! Разговаривала с ней.

Демис развёл руками, желая, чтобы женщина сама догадалась, что он пытается ей объяснить.

— Если в интернате не было кормилицы, значит, — Лера в замешательстве потёрла лоб, — я общалась с графом, который принял облик кормилицы?

— Думаю, кормилицу выдумал граф, чтобы перевести твою неприязнь на кого-то другого. Ведь его первоначальный план был — уговорить тебя на брак. Если бы ты знала, что попала в другой мир из-за него, то вряд ли смогла бы влюбиться за короткое время. Тут и флёр не помог бы.

— Флёр?

— О, Моро, Ле Рия, ты не знала? У графа редкий дар — вызывать к себе симпатию и привязанность. Правда, Альрес говорил, что он слабый, поэтому граф вынужден применять разные усилители. Поэтому ему нужно было, чтобы девушка изначально не питала к нему ненависти. Он же окружил тебя заботой и вниманием, верно? Вызвал доверие, а флёр довершил начатое. Если бы не твои отросшие волосы, ты с радостью вышла бы за графа замуж, поделилась своей магией, увеличив резерв мужа, и стала бы для него энергетическим донором.

— Да, я понимаю, — Валерия закрыла лицо руками. — Ваш мир — это такой кошмар!

— Мы со Светлым нашли выход, больше им не понадобятся белокурые магически одарённые девственницы. И алири тоже станут не нужны. Я тебе потом всё расскажу.

— Почему не сейчас?

— Но ведь ты сама сказала, что торопишься? Так вот Ле Рия, не было никакой Апполинарии. Тебя выкрал лично граф Гортанс.

— Подожди! — отмахнулась Лера. — Значит, меня обманом умыкнул сам граф? И именно он под видом бабушки жил у меня в квартире, а потом в интернате… Вот же гад!!! А я ему передачки покупала… Где этот паразит?

— На Альрами, в своём замке.

— Постой, а кто тогда вторая бабушка? В моей квартире жили две старушки! Обе исчезли. Граф нашёлся, а вторая — кто? Может быть, она — настоящая кормилица?

— Альрес утверждает, что на новую охоту за светлыми девственницами граф отправился вместе с матерью. Думаю, вторая бабушка — графиня Гортанс. Можешь больше не волноваться, что где-то скитается беспомощная старушка, сын получил свободу, и сам отыщет и спасёт графиню.

— Да уж, этих аспидов беспомощными не назовёшь, — огорчённо вздохнула Валерия. — Когда же наконец я научусь разбираться в людях? Ладно, спасибо за информацию. Пожалуйста, постарайся больше так не врываться! И… и… и мне правда некогда, я же в гости собираюсь. К подруге!

Демис понимающе кивнул и растворился в воздухе, а Валерия схватилась за голову.

Она — идиотка! Клиническая!

Верила тем, кому верить категорически нельзя! Причём уже знала, что граф её подставил и обманул, и всё равно рассиропилась, стоило увидеть «кормилицу». Помогать ей взялась, голову ломала, как прикрепить готовый портал к предмету. Пожалела старушку.

А её эта «старушка» не жалела!

Прокручивая в голове события прошлого года, Валерия разбирала в своей ванной филиал цветочного магазина, откладывая, что подарить, а что оставить себе.

Демис расстарался — цветы выглядели роскошно! Наверное, все оранжереи обнёс. Или соседние государства растряс, ведь она слышала, как дворецкий жаловался на природные катаклизмы в имперских садах.

Ваза у неё нашлась всего одна, но Лера применила смекалку и пустила в ход обнаруженную на антресолях трёхлитровую банку, самую большую кастрюлю и термос. Больше ёмкостей под цветы не нашлось, поэтому она, с некоторым сожалением, разложила цветы по охапкам — Маргарите Павловне, Наташке и те, что в понедельник заберёт в школу.

Потом Лера успела сбегать к соседке, еле отвертевшись от чая, позвонила Наталье и, возвращаясь, у подъезда столкнулась с нарядным Геннадием, вооружённым коробкой конфет и тюльпанами.

— Валерия, — мужчина приветливо улыбнулся. — А я к вам! И это — вам! С праздником!

— Спасибо! Гена, вы на машине? — с мысленным вздохом — куда их девать-то? — Лера приняла букет тюльпанов.

— Да, конечно, — быстро ответил мужчина.

— Не хотите съездить со мной в гости к моей подруге? Нет, если вы заняты, то не настаиваю. Наталья — замечательный человек, отзывчивый и душевный. Праздник, а она одна, понимаете?

— Хотите поддержать? — понимающе кивнул Геннадий. — С радостью составлю компанию.

— Отлично! Идемте в квартиру, мне надо оттуда кое-что забрать! — Лера поспешила к подъезду, Гена — следом.

Поднимаясь, Лера рассказывала, какая Наталья замечательная и только у своей двери вспомнила, что так и не убрала на площадке.

— Что это у вас тут? — удивлённо спросил Гена, рассматривая усыпанную лепестками и листьями площадку. — Соседи свадьбу играли?

— Нет, это моё, — порозовев, призналась она. — Сейчас подмету.

Магией было бы скорее, но как она применит ее при Гене? Пришлось идти за веником и совком, но мужчина тут же их отобрал.

— Идите, собирайтесь, я сам всё уберу.

Нет, положительно, такого мужика нельзя упускать! Хоть бы они с Натальей понравились друг другу!

Собирать, кроме охапки цветов, ей было нечего, поэтому Лера топталась в коридоре, пока Геннадий заканчивал подметать. А потом поблагодарила и показала на цветы.

— Вот это надо спустить вниз. У вас багажник свободен?

Мужчина мрачно посмотрел на цветочный сноп, перевёл глаза вглубь ванны — на торчащие над бортиком яркие бутоны, и остановил взгляд на букете тюльпанов, которые подарил сам. Лера их так и держала в руке.

— Он что — весь магазин скупил? И где только нашёл такие, первый раз вижу. Это же отец малыша расстарался? — с плохо скрытой неприязнью спросил Геннадий у Леры.

Лера смогла только кивнуть, радуясь, что Гена не стал дальше развивать тему, а просто поднял букет кинг-сайз размера и зашагал вниз. Конечно, на фоне такой роскоши подаренные Геной тюльпаны смотрелись бедными родственниками, но цена подарка не в его стоимости или редкости. Гена подарил цветы от чистого сердца, поэтому Валерия вылила из чайника воду, набрала свежей, и поставила в него тюльпанчики. А потом закрыла дверь и бросилась догонять Геннадия.

— А мы можем заехать в какую-нибудь кондитерскую? — устроившись на сидении, спросила она у водителя.

Пироги Демис умял, ехать с пустыми руками неудобно, а сама сбегать в магазин она не успела — сначала Демис, потом полиция, потом опять Демис. И цветы, да.

— Вы помирились? — мужчина вёл аккуратно, но чувствовалось, что он был напряжён.

— Всё сложно, — пробормотала Валерия. — Проблема в том, что я не хочу переезжать в… город, где живёт Мирослав. А он не может переехать в Москву. Я понимаю, как дико выглядит всё со стороны, Геннадий, поэтому, если вы больше не захотите меня знать — пойму и не обижусь. Вы — очень хороший человек. Правда! Если бы я встретила вас раньше, то, возможно, что-нибудь у нас и получилось бы. Но сейчас…

— Я всё понимаю, Валерия. Не переживайте! — Гена улыбнулся. — Вот хорошая кондитерская.

И они полчаса выбирали торт. В результате взяли два, и к ним ещё разных пирожков. И бутылку Мартини, за которой заехали в супермаркет.

Наталья, предупреждённая Лерой, к приходу гостей успела нарезать салаты и поставить в духовку курицу.

— Боже, откуда такая роскошь! — ахнула она, когда Гена занёс цветы. — Необыкновенные! Отнесу несколько штук на работу, девчонки полопаются от зависти и любопытства! Геннадий, признавайтесь, где нашли это великолепие?

— Сам хотел бы знать, — вздохнул мужчина.

— Это Мирослав расстарался, — пояснила Лера. — Завалил цветами всю квартиру. Вот, делюсь.

Остаток дня прошёл в позитивном настрое.

Они вкусно поели, потом пели под гитару. Оказалось, что Геннадий неплохо играет и поёт, и они с Натальей, сменяя друг друга, устроили целый концерт. Лера, на ушах которой потоптался медведь, слушала с удовольствием, но подпевать не рискнула. Мартини закончился, Наталья достала какое-то коллекционное вино — подарок от благодарной клиентки. Понятно, что Валерия пила только сок и чай, но Геннадий вино слегка пригубил. Или не слегка, запивая горечь от разрушенных надежд.

В любом случае, к девяти вечера и подруга, и добровольный помощник развеселились, раскраснелись, вырывая друг у друга гитару, показывая аккорды, напевая, подбирая мелодии. И Лера поняла, что ей пора домой. Тихо, чтобы раньше времени не спугнуть поклонников бардовских песен, вызвала такси, которое пришло неожиданно быстро, всего через двадцать минут.

— Так, провожать не надо, машина у подъезда, — объявила она, — Устала, поеду домой.

— Я отвезу, — подорвался Геннадий, Наталья огорчённо вздохнула, не пытаясь его остановить. Видно было, что мужчина ей понравился.

— Вот ещё! Вы выпили, вам нельзя за руль! Повторяю — уже вызвала такси, и оно меня ждёт. Я прекрасно сама доберусь, — возразила Валерия, подмигнув Наташе, пока Гена не видит. Мол, чего стоишь, ворон ловишь? Видишь, какой мужчина? Нравится ведь? Вот! Не зевай!

И пока Геннадий бормотал, что не так уж он и выпил, что неловко — раз он привёз, то и отвезти должен сам, она выскочила за дверь. Села в салон, назвала адрес и скрестила пальцы — пусть у этих двоих всё получится! По-человечески, а не как у неё — шиворот навыворот. Но Мир сегодня удивил!

И сама не заметила, как губы растянулись в улыбке.

Так, улыбаясь, вспоминая Демиса с цветами, конфетами и признаниями, она поднималась по лестнице, перебирая в памяти недавние события.

Как оказалось, ничего не перегорело, не завяло и не ушло. Вон, от одного воспоминания, как Мир на неё смотрел, голова кружиться начинает. А когда разъярённый император выпал из портала прямо за спинами полицейских? И как он мгновенно сориентировался, подыграл, не растерялся. А ещё — как обнимал за располневшую талию, крепко, но бережно прижимая к себе… И вообще…

Чудесный вечер! Чудесный день! И впереди ещё два выходных! Завтра надо будет съездить на пару часов в Подлипки. Подарок маме лежит, давно приготовлен, цветами её Мир снабдил. Отвезёт один букет родителям, скажет — от Мирослава. И что почти помирились. А причину размолвки ей и придумывать не надо — она на виду. Валерия правильно озвучила Гене реальную проблему — император не оставит свой мир, не переберётся на Землю. А она не бросит родителей, подругу, Москву. Демис пожелает, чтобы ребёнок воспитывался на Альрами, всё-таки наследник. Но она даже слышать не хочет, чтобы расстаться с малышом. И её родители так ждут внука, как она может лишить их этого? И сына — общения с бабушкой и дедушкой?

Ребёнок мягко толкнулся, и Лера замерла, положив руку на живот.

Нет, маленький, мама тебя не оставит! Конечно, папа у нас тот ещё… гад. Но если хочет, может быть очень милым, внимательным и обаятельным. До июля ещё четыре месяца, что-нибудь обязательно придумается!

Интересно, как у Наташи дела? Хоть бы у них с Геной всё срослось! Конечно, за один вечер не склеишь, но, похоже, симпатия возникла. И общие интересы есть. Глядишь, потихоньку Геннадий разглядит, какое Наташа сокровище, и выбросит из головы Леру вместе с ворохом её проблем. Тем более что она прямо ему сказала — между ними ничего не может быть. Да и сколько тех встреч было? Знакомы-то всего ничего. За такое короткое время нельзя привязаться к человеку по-настоящему. Так — интерес, а это не любовь, от этого проще отказаться.

Перехватив удобнее коробку с двумя кусками торта, которую Наташка в последний момент буквально всунула ей в руки, Валерия открыла дверь и сразу прошла на кухню к холодильнику.

Сегодня она сыта, а вот завтра с утречка чай с тортиком — ням-ням!

— Наконец-то явилась! — Лера замерла, а потом медленно повернулась на раздавшийся за спиной голос.