Глава 18

Рука после вчерашнего удара хлыстом саднила. Я передернула плечом и еще с полчаса полежала в кровати. Последние пять дней мысли были заняты попытками пробраться в Тарвуд. Следовало бы давно найти выход из сложившейся ситуации. Вот только я словно билась о закрытую дверь, ключ от которой не подобрать, замок не взломать, а протаранить ее не удастся.

Видимо, пришло время отвлечься.

Если постоянно думать об одном и том же — решения не найти. Мозг нуждался в передышке. В моей ситуации она крайне необходима, ведь не было дня, чтобы тревога за дочь давала слабину. Я жила как на иголках. Мой путь по лезвию ножа стал опаснее, ведь теперь помимо прямой угрозы появился шальной ветер, норовивший сбить упрямую женщину, уже с трудом переставляющую ноги.

Определенно следовало отвлечься.

В дверь раздался тихий стук. Она отворилась, и в комнату заглянул Лэиан с вещами в руках. Мужчина положил их на стул возле кровати. А стоило мне приподняться на локтях, как он ушел, ничего не сказав.

Пять дней! Вроде бы это приличный срок, чтобы познакомиться с человеком, хоть немного его понять, особенно если вы живете в одном доме. Но дровосек замкнутый и совершенно неразговорчивый. Он лишь изредка отвечал на вопросы. Зачастую был долгий угрюмый взгляд, покачивание головой и приглашение садиться за стол. Все! На этом наше общение заканчивалось.

Хотя в нем никто и не нуждался. Меня больше беспокоила реакция организма на присутствие этого человека, каждый раз будоражили воспоминания рассказов о нем. К тому же не забылся опыт с гостеприимством Кириана.

Я потянулась к оставленным на стуле вещам. Платье. Простое, нежно-зеленое, из мягкого материала. Оно село, как влитое, подчеркивая грудь, талию, до самого низа скрывая ноги. Я быстро заправила постель, собрала волосы и отправилась к мужчине, на этот раз сумевшего подобрать одежду под мой размер.

— Спасибо.

Лэиан забросил дрова в печь, отряхнул руки и посмотрел на меня.

— Пожалуйста.

А стоило открыть рот, чтобы пуститься в расспросы, как он широким шагом направился к выходу. Как всегда. Со стороны могло показаться, что дровосек бежал от разговора, однако это не так — просто не хотел. Люди бегут иначе. Для него же беседа со мной словно не имела смысла.

— Сегодня определенно нужно отвлечься, — вслух произнесла я и решительно пошла к печи.

В процессе готовки разум всегда опустошался. Ты замешиваешь тесто, всецело отдаешь себя ему, раскатываешь. И проблемы словно отходят на задний план. Они есть, они никуда не делись, но на время, незначительное, короткое время остаются позади, не беспокоят. Я настолько погрузилась в приготовление булочек, рецепт которых подсмотрела у поварихи в пансионе, что почувствовала легкость на душе, ставшей глотком родниковой воды после многодневной жажды.

Откуда-то вернулась уверенность, что никакие преграды мне не помеха. Я не придумала, как ворвусь в Тарвуд, однако именно теперь вновь поверила в свои силы. Найдется способ. Будет шанс. Главное, его не упустить.

А стоило наложить выпечку на тарелку и повернуться к столу, как я замерла, заметив наблюдавшего за мной Лэиана. Он сидел на табуретке и ждал. Когда пришел? Как долго смотрел? Почему не подал звука?

— Ничего, что я немного… похозяйничала?

Дровосек отрицательно покачал головой.

— Платье красивое. Вы ведь не купили его специально для меня?

Снова то же движение. Не ложь ли?

Мои глаза едва не округлились от озарившей разум догадки. Я ему понравилась? А как иначе объяснить проступки мужчины? Он выхаживал меня, как оказалось, два дня, предоставлял кровать столько ночей, кормил, дал золотые, раздобыл платье. Лэиан не пудрил мозги, подобно Кириану, разговорами и обещаниями. Он попросту отмалчивался, словно… словно… Я не смогла найти ответ на свой же вопрос, даже толковых предположений не подобрала. Мало ли, чем руководствовался этот человек.

Я поставила на стол чашки, разлила горячую воду, села напротив дровосека. Какая часть из рассказов о нем правда?

— Чем отплатить за вашу доброту?

— Ничего не нужно.

— Но все же. Лорд Карчвилл за свое гостеприимство забрал мою дочь, а сам предложил… кхм… кое-что не очень приятное.

— Я похож на лорда Карчвилла? — словно оскорбился мужчина.

— Не знаю, на кого вы похожи. Мне вас не понять. С самого появления в вашем мире мне более заметны плохие, даже ужасные стороны людей. И о дровосеке Лэиане, именуемым охотником, рассказывали много нехорошего.

Он как ни в чем не бывало взял булочку, съел ее, затем потянулся за второй.

— Но вы ведь не такой?

Лэиан коротко взглянул на меня и снова вернулся к поглощению пищи.

— Почему в вашем присутствии появляются странные ощущения?

— Какие? — неожиданно заинтересовался он.

Мелькнула мысль предложить сделку: ответить на его вопросы и взамен получить то же самое. Этакая игра. Вот только вряд ли столь суровый человек играет в игры.

— Дыхание перехватывает и каждый раз хочется убежать. Вы словно внушаете страх своим появлением. Но это чувство разнится с настоящим страхом.

Бровь мужчины дернулась вверх. Он поджал губы и снова потянулся за выпечкой. А во мне заиграло раздражение. Сложно разговаривать с тем, кто постоянно игнорирует или, что еще хуже, не воспринимает тебя всерьез.

— Я вам настолько не нравлюсь? — вырвалось самопроизвольно. — Прошу, объясните, зачем помогать незнакомке, тратить на нее время, покупать платье, если от разговоров с ней воротит.

— Вам не пора в Тарвуд? — сухо произнес он.

Пришла моя очередь молчать. Хотелось заявить, что вскоре он никогда меня не увидит, вздохнет спокойно, ведь его тихий мирок впредь никто не потревожит. Но вместо грубых слов я встала из-за стола и подошла к лохани, в которую еще предстояло набрать воды.

Поведение Лэиана чуть ли не бесило. А больше всего раздражала неизвестность. Это опасный человек, живущий в уединении, который вряд отделился от остальных людей по собственной прихоти. Произошло нечто ужасное. И кто в той ситуации был злодеем? Он?

Но в то же время дровосека хотелось разгадать. Этакая конфета, начинка которой неизвестна. Нужно медленно и осторожно разворачивать обертку, чтобы ненароком не повредить целостность. Что крылось за маской угрюмости? Присутствовало ли в мужчине хоть толика доброты, или он давно прогнил изнутри и поэтому не показывал своей истинной натуры, подобно Кириану?

Я сжала бортики лохани. Вот на что нужно сегодня отвлечься — на Лэиана!

А перед тем, как начать его разгадывать, я решила заняться уборкой. Так надо. И пусть это не мой дом. За дни, проведенные в пансионе, вошло в привычку работать, не покладая рук, постоянно куда-то бежать, делать, делать, делать. Меня тянуло вытереть пыль, поправить и без того ровно сложенные вещи и стоявшие на своем месте предметы. Я ведь здесь переночевала ни раз и ни два. Почему бы хоть как-то не помочь хозяину, пусть и грубому неразговорчивому дровосеку, последнее время вызывающему больше злости, чем опасения?

Я быстро справилась с комнатами и отправилась на чердак. Лэиан постоянно там спал. Но стоило подняться, как меня шокировало увиденное. Один матрас возле окна, несколько стульев и пустота. Мне стало совестно, ведь хозяин дома уже которую ночь проводил тут! Я ведь гостья, а не он!

Разве злой человек поступит подобным образом? Он будет ущемлять себя ради удобства другого?

Вот только довериться, открыться и вновь ступить на те же грабли ой как не хотелось. Хватило мне Кириана.

С улицы раздался стук. Он повторился. Я подошла к маленькому окошку и увидела Лэиана, колющего дрова. Замах, удар, глухой звук ударяющихся о землю поленьев. Очередной замах. Снова удар. Я залюбовалась. Было в его работе нечто чарующее, какое-то родное, словно мы находились не в чужом мире, полном жестокости, а в нашей русской деревне. Спустя пятнадцать минут непрерывной работы мужчина вытер лежавшим неподалеку полотенцем лоб и снова принялся колоть дрова.

Я очнулась, собралась вернуться к уборке, но вместо этого побежала вниз, подхватила кувшин и пошла к нему. Меня тянуло на задний двор. Хотелось понаблюдать за мужчиной вблизи. Правда, стоило появиться, как Лэиан опустил топор.

— Воды?

— Вы не ушли?

— Я не знаю, как пробраться в Тарвуд. Вот, решила пока остаться. Вы не против?

Дровосек взял протянутый в его направлении кувшин и начал жадно пить, не проливая ни капли. А я впервые отвлеклась и посмотрела по сторонам. Заднюю стену дома прикрывали ровно сложенные дрова. Здесь был небольшой хлев, откуда из темноты выглядывала морда лошади. А чуть дальше виднелось сооружение непонятного предназначения. Стеклянная крыша, такие же бока.

— Что там?

— Хотите посмотреть? — спросил Лэиан и поставил кувшин на землю.

Стоило ответить утвердительно, как он направился к подобию теплицы, приоткрыл наполовину дверь и протянул мне руку. Я замялась, подобно юной девушке. Глупо, в мои-то годы. Пальцы тут же оказались в его ладони, и мы юркнули внутрь, в невероятно огромное помещение, которое снаружи смотрелось совсем маленьким. Вниз шли многочисленные ступени. Я замешкалась, вызвав непонимание на лице дровосека.

Меня поразила глубина теплицы. Ее стены в нижней части были укреплены досками. Они защищали саженцы, растущие здесь в четыре ряда, от возможного обрушения.

— Вы сами вырыли этот… эту яму?

— Сам. Пойдемте. И смотрите под ноги.

Я часто закивала, последовала за ним, осторожно ступая на узкие земляные ступени, края которых опять же поддерживались небольшими дощечками. Как же тянуло ускориться! Хотелось быстрее попасть вниз, осмотреть необычную теплицу изнутри. Я шла за Лэианом, правой рукой держалась за стену. Ноги норовили соскользнуть. А под конец, когда до ровной поверхности оставалось совсем немного, правая все-таки поехала, вызвав мой вскрик и напряжение на лице дровосека, который ловко меня подхватил.

— Там просто… — начала я, ухватившись за его сильные руки.

Близость Лэиана поразила. Хотя скорее привела в замешательство его хватка. Мужчина не спешил убирать ладони с моей талии, не отстранялся, не отступал. А у меня опять перехватило дыхание, но иначе, не от страха, не от желания убежать.

— Там ступень, — все же пришлось закончить фразу.

Казалось бы, взрослая женщина, имеющая за плечами брак и ребенка, сейчас оробела от близости мужчины. Красивого, чего таить, мужчины. От него тянуло древесными нотками, теплом и еле уловимым запахом скошенной травы. Неудивительно, учитывая ежедневное занятие.

— Снова дыхание перехватило, — отчего-то сказала я вслух. — Вы на меня странно действуете. Нет, — пришлось быстро добавить, стоило дровосеку отпустить меня, — не в плохом смысле.

Лэиан все же отступил. А я почувствовала, как запылали щеки. Кто за язык тянул? Это же надо такое ляпнуть! Подумаешь, обычный мужчина вызвал обычную реакцию у женщины. Что такого? Не рассказывать ведь ему, не делиться тем, как бросило в жар, пересохло во рту и затрепетало сердце. Обычная, черт ее подери, близость человека!

Однако она не шла из головы. Даже когда мы направились по центральному ряду к дальней стене, где деревца были самыми большими. Я смотрела на них, удивлялась необычностью цвета ствола, листвы, их формой и забавными вкраплениями, которые словно пульсировали на свету, но мысленно возвращалась к недавнему инциденту.

— Это магические? Те самые, которые могут улучшить урожай и продлить жизнь?

— Да. Четыре разновидности. Сперва растут здесь, а потом я пересаживаю в лес и слежу за ними.

— Поэтому вы каждый день уезжаете из дома?

Лэиан неопределенно пожал плечами и указал на самое высокое дерево, едва достающее мне до носа. Оно отличалось от остальных, смотрелось как совершенно обычное. Да и вокруг него пустого места было больше.

— Плоды. Прикоснитесь.

Я опасливо глянула на мужчину и последовала совету. А стоило дотронуться до длинного стручка, заканчивающегося голубым цветком, как меня прошибло током.

— Это что такое?!

— Удобрение. Я не убиваю людей, Дарья. Мне хватает плодов хиссы, чтобы поддержать рост и развитие магических деревьев. Четыре их разновидности — четыре разных удобрения. Корень, кара, лист и плод.

— А цветок? Он не идет в расход?

Дровосек улыбнулся и поднял палец вверх. Необычно было видеть на вечно хмуром лице настоящую улыбку. Простое движение губ преобразило его, приоткрыло дверь в вечно запертую крепость под названием Лэиан. Он оторвал от цветка вытянутый лепесток и протянул мне.

— Съешьте.

— Что-то не очень хочется. Ладно, — добавила я и положила тот в рот.

Горьковатый на вкус, он по итогу оказался омерзительным. Однако стоило глотнуть, как по телу побежала колючая волна, наполнившая меня энергией и силой. Я взглянула на свою правую руку. Появилось ощущение, будто ей одной можно вырвать из земли многолетнее дерево.

— И часто вы это едите?

— Никогда. Мне ни к чему.

— А эффект долго длится? И если не один лепесток, а сразу несколько?

Лэиан напрягся и неодобрительно покачал головой.

— Нет-нет, вы не подумайте. Чистое любопытство. Похоже на наш энергетик — напиток такой. От него сон как рукой снимает, повышается внимание и хочется постоянно что-нибудь делать. Такое ощущение, будто энергия бьет через край. Но потом проходит немного времени, и начинается сильная слабость. Тут так же?

— Слабости не будет. Это магическая энергия, которую можно использовать себе во благо даже не одаренным людям.

— Как воды Лазуири?

Лэиан посмотрел на дерево, коснулся вытянутого зеленого листка. Эта тема ему не нравилась.

— Да. Вы все посмотрели, или еще что-нибудь показать?

Я не стала навязываться и неторопливо направилась к лестнице, по дороге разглядывая магические деревья. Маленькие, забавные, они вызывали улыбку и желание прикоснуться к их листве. Но пришлось подавить его, во избежание недовольства хозяина.

— Их сложно выращивать?

— Да.

— А почему?.. — я резко развернулась, отчего Лэиан чуть не налетел на меня. Вопрос вылетел из головы.

Да что не так с моей реакцией на него? Тому виной долгое отсутствие рядом представителя противоположного пола или же постоянный трепет в присутствии дровосека? Одно ясно — меня притягивала его загадочность, опасность, суровость и, несомненно, сила.

— Вы идете?

— Да, — опомнилась я и отвела взгляд, но не сдвинулась с места. — Лэиан, у вас кто-нибудь есть?

— Живность, кроме коня, не держу, — не понял он мой вопрос.

— Нет, я про женщину. У вас есть любимая? Ну, или та, с которой проводите время? — сказала я и чуть ли не простонала от своего неугомонного красноречия.

Сегодня явно не мой день! Нужно засунуть в рот кляп, чтобы оттуда не вырвалась подобного рода нелепица.

— Нет, — коротко ответил дровосек и завел руки за спину.

Я энергично закивала, собралась вновь двинуться к лестнице.

— А почему? Ой, не отвечайте, глупый вопрос, — тут же пришлось поправить себя и все-таки зашагала к выходу.

Подниматься вверх оказалось в разы проще. К тому же меня несло вперед желание побыстрее попасть на свежий воздух и прочистить себе мозги. Пять дней мы с Лэианом, грубо говоря, жили вместе. Почему эти странности начали лезть в голову сейчас?

Я вышла из теплицы и широким шагом направилась к дому. Нет нужды разгадывать дровосека. Следует снова пойти к воротам Тарвуда, а там составлять план, придумывать, каким образом пробраться внутрь. Пусть Лэиан и дальше останется угрюмым молчуном, от которого тянет бежать без оглядки. Правда, стоило дойти до входной двери, как я развернулась и поторопилась обратно.

— Так почему у вас никого нет?

Дровосек выпрямился, так и не взяв топор.

— Не вижу надобности.

— То есть вы, подобно знати вашего мира, не собираетесь заводить семью? — спросила я и сделала шаг к нему.

— Да.

— Вас не привлекают женщины? — еще шаг.

Лэиан поразился моей логике. Он не раздумывал над ответом, в долю секунды сократил между нами расстояние и, обняв за талию, поцеловал. Я не смогла закрыть глаза. Руки не сумели оттолкнуть его. А губы… разомкнулись навстречу, впуская внутрь. Это было подобно смерчу, так же головокружительно и неожиданно, грубо, властно. Он целовал, сметая любые сомнения и унося прочь всякие преграды. Я опомнилась, ответила, не удержалась и прильнула.12727c

Наше дыхание переплелось. Тела соединились. И не было больше внутреннего трепета, появился водоворот чувств, забытых, необузданных, запретных по отношению к незнакомому человеку. Я словно растаяла в его руках. Меня наполнили небывалой силой и сладкой тяжестью. Ноги вот-вот готовы были подкоситься. А я… я коснулась его густой бороды, ощущая прилив радости и тепла, запустила пальцы в мягкие волосы.

Правда, все оборвалось так же быстро, как и началось.

— Я ответил на ваш вопрос?

— Вполне, — сдавленным голосом произнесла я.

— Еще спрашивать собираетесь? — осведомился он, продолжая придерживать меня одной лишь рукой за талию.

— А что нужно спросить? — после неожиданного поцелуя с трудом удавалось соображать.

Лэиан отпустил, отступил, отвернулся. Он взял топор и снова начал колоть дрова. Мне же не хватило сил сдвинуться с места, произнести слово, вообще опомниться. Желание продолжить еще бурлило в крови. Меня штормило от эмоций, зародившихся от обычного поцелуя.

— И все? — выдала я.

— Что вы еще хотели? — ненадолго остановился дровосек и снова замахнулся.

— Да, — задумчиво притупила я взгляд. — Да, ничего.

От событий последнего получаса меня словно молотом ударило по голове. Слова позабылись, мысли перестали складываться в логические цепочки. Я всегда считала себя разумной женщиной, умеющей думать перед тем, как говорить, не мямлить, не навязываться, вести себя подобающим образом. Что со мной произошло сейчас?

Может, у него есть какой-то дар? Вдруг этот человек обладал магией и воздействовал ею на меня. Точно! Тот лепесток не просто наполнил тело энергией, а помутнил разум.

Я улыбнулась, отыскав разгадку. Стало даже легче. А стоило взглянуть на Лэиана, без конца махающего топором, не возникло ничего необычного. Простой мужчина. Работящий, собранный, любящий чистоту.

Чтобы не натворить еще глупостей, я отправилась в дом, откуда не выходила до самого обеда. В темной каморке нашлись крупы. Оттуда же я взяла кусок сыра, вызвавшего довольно много вопросов. Разве человек, живущий вдали от остальных, способен обеспечить себя им?

Я внимательнее присмотрелась к ткани своего платья, к столу, к скамье, к кровати, дверям, полотенцам, даже печи. Разнилось! У Эаран, да и в пансионе все выглядело старым, дешевым, хоть и чистым. Зато предметы и вещи в доме Лэиана смотрелись дорогими. Материал везде добротный. Мебель украшена резными ножками.

Неужели выращивание деревьев — прибыльное дело? Как нельзя кстати вспомнился случай в карете, когда леди Карчвилл отдала солидный мешочек за каких-то пару палочек. Как много их удается добыть из целого дерева? Сколько людей пользуются услугами Лэиана?

Я вздрогнула, услышав хлопок двери, и спохватилась, вспомнив о ломтике сыра в руках. Тут же потянуло спрятать его за спину.

— Можно взять?

— Положите обратно, — произнес он и направился в спальню, откуда вышел через считанные минуты уже переодетым. — Собирайтесь.

— Мне нечего собирать, — развела я руками и, заметив на столе мешочек с крупой, отнесла его в коморку.

— Тогда пойдемте.

По позвоночнику пробежала холодная змейка страха. Вряд ли ради чего-то хорошего он позвал меня с собой. Сейчас будут очередные ужасы, переживания. Возможно, Лэиан собрался попросту выгнать из дома женщину, засунувшую нос куда не следовало. И правильно. Хватит это терпеть!

Правда, стоило выйти на улицу, как дровосек подал руку и помог взобраться на козлы. Он сел рядом и причмокнул на коня, который тут же двинулся с места.

— Вы собираетесь отвезти меня в лес и там скормить мориям? — попыталась выдать я свои опасения за шутку, даже натянуто улыбнулась, стараясь не показать страх.

— Я не убиваю людей, Дарья, — укоризненно посмотрел на меня Лэиан. — И кровь для удобрений мне не нужна.

— Да помню. Просто… от незнакомцев проще ожидать плохого, чем хорошего. Простите за неудачную шутку.

Дровосек кивнул, даже улыбнулся одним уголком губ. От этого незатейливого движения мир словно стал ярче и прекраснее, а сам мужчина преобразился. Правда, вскоре снова вернулась его угрюмость.

Мы выехали на широкую дорогу и вскоре повернули в лес. Солнце мелькало между кронами деревьев. Я смотрела на завораживающую красоту, но мысленно возвращалась к Соне, мечтая поскорее добраться до нее.

«Прости, пуговка. Мне нужен всего день, и я снова попробую…»

— Куда мы едем?

— Хочу показать вам кое-что.