Глава 22

Мне больше не снились кошмары. Я поняла это, проснувшись и вдохнув терпкий мужской аромат. Под ладонью билось чужое сердце. Над головой слышалось размеренное дыхание.

Да, кошмары впредь не посещали меня, они воплотились в жизнь, стали явью, самой настоящей реальностью.

— Соня! — вскрикнула я и села в кровати, вспомнив о надвигающейся напасти.

В руках присутствовала тяжесть. Нога оказалась перевязана как раз в том месте, где недавно болела. Я посмотрела на поломанные ногти, на множественные царапины на ладонях, на давний след на локте, оставшийся после удара по нему хлыстом.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Лэиан, проведя пальцами по моему позвоночнику.

Я поежилась. Следовало сейчас же броситься к городским воротам, снова остановить какую-нибудь карету, пригрозить кучеру ножом и пробраться в Тарвуд. Смогу ли? Не начался ли еще тот бал, куда должны привести Соню? А вдруг и там имеется охрана? Как попасть в замок леди Грэйл, отыскать в незнакомом месте дочь и не позволить причинить ей вред?

Плечи опустились. Я утратила веру в себя. Неужели было приложено мало усилий? Сколько можно бороться, пробивать головой высокие каменные стены, терпеть боль, переживать за мою маленькую пуговку? Неужели это никогда не закончится?!

— Они собрались ее отвезти на бал, — простонала я от отчаяния.

— Ожидаемо.

Я стиснула зубы, сжала кулаки, не обернулась, не сверкнула в его сторону взглядом. Устала. Даже на обычное проявление эмоций не нашлось сил.

Нельзя опускать руки, однако они опускались уже сами собой.

— Что мне делать? Они убьют ее. Они убьют доченьку, мою пуговку, мое маленькое солнышко.

На глаза навернулись слезы. Остался последний самый главный рывок, который нельзя не совершить. Но как его сделать?

Лэиан тоже сел, приобнял меня за плечи, потянул к себе. Я не плакала, однако прижалась к его теплой коже, сидела и бездумно смотрела на черные завитки волос на груди.

Еще пару минут, и нужно снова идти на войну. Войну со стенами Тарвуда, с охраной, с леди Грэйл, с жестокостью этого мира. Никто о этой битве не знал. Зато я уже давно воевала.

— Я помогу.

— Правда? — слеза все же сорвалась вниз.

Дровосек вытер мокрую дорожку со щеки, поцеловал туда же, поправил мои волосы. Под восторженный и опасливый взгляд он поднялся, оделся и пошел во двор. А я страшилась поверить в услышанное. Можно было давно попросить его о помощи, однако неудобно, ведь Лэиан и так предоставил кров над головой, теплую постель, себя.

Я неторопливо оделась, взяла в руки подаренную статуэтку и поспешила на улицу. Увиденное не обрадовало. Вчерашнее заходящее солнце теперь плыло высоко в небе. Оказалось, я проспала целый вечер, ночь и утро. Потрачено столько времени!

— Лэиан, а ты… — слова спутались, стоило заметит дровосека, сбрившего бороду.

Он заметно помолодел. Передо мной предстал новый человек, без привычной грубости, с неожиданно мягкими чертами лица. Руки сами потянулись к мужчине. Провести по скуле, щеке, коснуться губ. Я словно завороженная следила за своими пальцами, прикасалась к загорелой коже, поражалась несоответствию с его обычным образом.

— Ты вправду поможешь?

Лэиан перехватил мою руку, сжал, поцеловал костяшки пальцев. Следовало обрадоваться. Но отчего тогда появилась тяжесть в груди? Почему показалось, будто дровосек прощался со мной, последний раз прикасался к моему плечу, поправлял волосы, заглядывал в глаза.

— Не хочешь со мной поговорить?

— Не сейчас, — сказал он, и спустя полчаса мы двинулись в путь.

Я донимала его расспросами, предлагала разные варианты, как пробраться через стражников Тарвуда, ведь мне запрещено появляться в городе. Вот только нас пропустили. Мужчины в обмундировании глянули на Лэиана, поклонились, разошлись по сторонам. На меня они даже не посмотрели!

— Это действие твоих магических растений?

Дровосек грустно поджал губы и направил телегу к товарным лавкам. Непонимание уже терзало мысли. С губ едва не срывались очередные вопросы, однако я сдерживалась, молча ехала, а затем шла за ним от магазинчика к магазинчику. Лэиан покупал нам одежду, не скупился, просил сразу же надеть на себя. Я выполняла. С опаской поглядывая на отдаваемые за тряпье суммы, меня бросало в жар. После пансиона местные расценки — не секрет. И как же неловко было осознавать, что на подобные вещи пришлось бы работать несколько лет.

Вопросы накапливались. Однако я молчаливо следовала за ним, уже шурша множеством дорогих юбок. Из деревенской пары мы за каких-то полтора часа превратились в важных господ, перед которыми расступались жители города, которым широко распахивали двери продавцы и услужливо предлагали свои товары.

Под конец, когда на мне появились украшения, а Лэиан стал походить на светского льва в белоснежной рубашке, камзоле и приталенных брюках, он заказал карету.

— Поговорим? — подала я голос, едва мы расположились в ней напротив друг друга.

— Твоя дочь будет на третьем этаже в дальней комнате, — произнес мужчина, поправляя кружевной воротничок. — Не останавливайся, сразу отправляйся туда. В самый конец коридора к темно-синей двери. Охрану усыпи этим платком, — дровосек достал из кармана небольшую шкатулку и передал мне.

— Ты меня пугаешь.

— Я постараюсь находиться рядом, но не обещаю. На случай непредвиденных обстоятельств сразу же беги с дочерью к лестнице для слуг. Они недалеко от лестницы, скрыта за голубым гобеленом возле портретов.

Мне стало неуютно. Мы словно ехали на тайную операцию, из которой не выбраться живыми. И Лэиан, судя по серьезному виду, собрался бороться до последнего взодоха.

— Запомнила. Что делать дальше? — спросила я, запихнув подальше неуемное любопытство. Не ответит ведь!

— Отправляйтесь в мой дом. Ключ я оставил возле колодца. В кладовой, за сыром, найдешь тайник, возьми его и езжай в Блэклин.

— Лэиан…

— Отыщи там мага, заплати ему все золото и возвращайся в свой мир.

Я взяла дровосека за руку, сжала ее со всей силы. Он вновь будто прощался. Уже сейчас, еще не шагнув за порог замка, уже приветливо возвышающегося над нами.

Слуга открыл дверцу кареты. Лэиан вышел первым, помог спуститься мне и в очередной раз поцеловал костяшки моих пальцев. И если раньше я чуть ли не млела от подобных ласк, то теперь едва ли не тряслась из-за скрываемой им правды. Не к добру все это!

— У меня были подозрения, — понизила я голос, едва мы двинулись к ступенькам, ведущим к парадным дверям, — что ты необычный дровосек, но не представляла, насколько. И теперь послушай меня. Даже не думай со мной прощаться! Ты уйдешь с нами, ты сам возьмешь ключ от своего дома, достанешь золото из тайника и отправишься со мной в Блэклин.

Мужчина кивнул прислуге, открывшей перед нами двустворчатые двери. Они кланялись, опускали взгляд. Было неуютно и неловко. Я прижалась боком к дровосеку в поисках поддержки, которую он дал, положив ладонь поверх моей, лежавшей на его локте. Нарядно одетый лакей тут же предложил нам пройти в бальный зал, откуда уже струилась спокойная музыка.

— Лэиан, ты меня понял? — переспросила я, едва опомнилась.

Он с грустью посмотрел на меня, улыбнулся. Теперь каждому новому шагу начало вторить сердце. Тревога новой волной подступила к горлу. А стоило попасть в огромное помещение, как округлившиеся от восторга глаза заскользили по внутренней отделке зала. Дровосек же что-то сказал мужчине, встретившему нас у входа.

— Лэиан оин Грэйл с его дамой, — громогласно объявил тот, и мои ноги приросли к полу.

«Мне не послышалось?» — набатом застучала мысль в голове.

Скрипач сыграл не ту ноту. К нам повернулись чуть ли ни все мужчины. Мы тут же оказались целью множества косых взглядов женщин, увешанных сверкающими бриллиантами и разодетых в дорогие наряды. И лишь статная девушка в противоположном конце зала посмотрела прямо, гордо, с чувством собственного достоинства. Ее осанка стала прямее, а на губах тут же появилась зловещая улыбка, предназначенная Лэиану.

Окружение слилось в единую массу. И тяжелые люстры, и высокие белые потолки, и огромные окна, балконы, блестящие полы, люди… Меня лихорадило от непонимания. Голова едва не шла кругом от открывшейся правды.

— Ты ее преемник? — едва не проскрипела я из-за сухости во рту.

— Дарья, мы проходили мимо лестницы. Как только объявят первый танец, ты направишься к ней, спросишь у слуг про галерею.

— Ты ее преемник?

— Лэиан, — с заискивающими нотками произнесла девушка, уже добравшись до нас с другого конца зала. — Не представишь свою спутницу?

— Бабушка, — учтиво поклонился дровосек. — Выглядите великолепно.

Открытия сегодняшнего дня не переставали поражать. Да беловолосая… женщина выглядела моложе меня! Ее нежно-голубое платье было украшено лишь несколькими тонкими ленточками с маленькими белыми бусинами, блестящими при каждом ее движении. В остальном же — простота и напускная невинность. И если придворные дамы смотрелись слегка вычурно, то каждая деталь в гардеробе леди Грэйл придавала ее образу юношеской нежности.

Бабушка?!

— А ты по своему обыкновению груб, — смерила она дровосека недовольным взглядом и обратилась ко мне: — Даяна оан Грэйл.

— Имя моей спутницы останется в тайне, — голос Лэиана прозвучал низко, с еле различимой угрозой.

Да у этих двоих случилась нешуточная ссора! Я слегка придвинулась к мужчине, сжала руку, в которой он удерживал мою. Поводов для беспокойства становилось все больше. Ведь судя по шепоткам с правой стороны, моя персона уже привлекла внимание окружающих одним своим появлением вместе с преемником хозяйки замка.

Леди Грэйл надменно улыбнулась. Она достала платок, подкинула его в воздух, и музыка тотчас сменилась на оживленную. Гости зашевелились. Мужчины двинулись к дамам. Те радушно принимали их приглашения и позволяли увести себя в центр зала.

— По традиции, — девушка протянула в направлении Лэиана изящную руку.

— По традиции, — произнес дровосек, словно его приговорили к смертной казни, и пошел вместе со своей бабушкой к остальным парам.

Я не представляла, как сдвинуться с места. Вместо мыслей образовалась каша. Вроде бы играла музыка, а вместо нее пространство наполнял приглушенный звон. Бабушка!

Неужели все присутствующие здесь женщины не молодые особы, приехавшие на бал в поисках подходящей пары, а чьи-то мамы, бабушки, прабабушки? Все обман! А эта леди Грэйл…

Красноречивый взгляд Лэиана, брошенный во время одного из поворотов в танце, вернул меня на землю. Я шагнула назад. Мужчина в белом одеянии попросил быть осторожнее и обошел меня стороной. Еще один шаг.

Она его бабушка!

Я опустила глаза, коротко выдохнула, дав себе мысленную встряску. Сейчас важнее Соня! Все остальное после.

Ноги понесли меня к лестнице. Я едва ли не взлетела на второй этаж, а там замедлилась, приняла важный вид и поинтересовалась у проходившего мимо слуги, в какой стороне галерея. Руки вспотели от волнения. Как же сложно сохранять хладнокровие, когда на кону жизнь дочери! Поблагодарив мужчину за разъяснения, я неторопливо пошла в указанном правлении. Но стоило ему скрыться из виду, как мои каблуки вновь застучали по ступеням.

Как и говорил Лэиан, искать нужную дверь не понадобилось. Она попалась на глаза, едва я ступила на синий ковер, устилающий коридор третьего этажа.

Юбки заплетались между ног. Дыхание давно превратилось в нечто рваное и неравномерное. И хоть тянуло сорваться на бег, я шла, выпрямив спину, приподняв подбородок, слегка согнув руки в локтях.

Дверь приближалась. А вместе с ней и высокий стражник, стоявший у самого входа. Лишь из-за этого мужчины пришлось строить из себя знатную даму, заблудившуюся в многочисленных коридорах огромного замка.

— Не подскажите, это мои гостевые покои? — включила я дурочку, указав на охраняемую им комнату.

— Вам на второй этаж.

— Правда? Как же я могла ошибиться… Ой! — воскликнула я, словно невзначай подвернув ногу и повиснув на руке мужчины. — Простите, я такая неуклюжая.

А едва мой платок коснулся носа стражника, как его глаза закатились. Он начал заваливаться на бок. Еще немного — и я оказалась бы подмята тяжелым телом, если бы вовремя не отскочила вбок. Хотелось все проделать тихо… Но грохот от падения был сильнейший!

Дверь приоткрылась. Из нее выглянул рыжеволосый мужчина.

— Помогите! Я спрашивала, как попасть в гостевые покои, а он как упадет! — для правдоподобности пришлось испуганно округлить глаза.

Второй стражник выскочил, стал переворачивать первого. Правда, вскоре он грохнулся сверху, едва вдохнул чудодейственного снотворного. Я осмотрела платок со всех сторон, улыбнулась. Действует!

Стоило взглянуть на ручку двери, как затрепетало сердце. Я взялась за нее, на миг зажмурилась и нажала.

— Соня, ты очень одаренная и способная девочка. Леди Грэйл выбрала тебя за твои магические способности, — коснулся слуха голос съеры Савиры. — Смотри, как задыхается кристалл. Слышишь, как он взывает о помощи? Дотронься. Не бойся.

— Мама говорила, что его трогать очень опасно.

Я прижала руки к груди, едва ли не вбежала в светлую пустую комнату, но вовремя вспомнила, что нужно прикрыть дверь. А стоило сделать пару шагов и заглянуть в арочный проход, расположенный справа, как меня затопило волной тепла. Сонечка…

— Откуда она могла это знать? Мама сейчас нуждается в тебе, она… — женщина запнулась.

— Она здесь, доченька.

— Мама?!

— Пуговка!

Мы бросились друг к другу. Соня тут же оказалась у меня на руках. Маленькая, светлая, такая родная. Я целовала ее, обнимала. Щечки, глазки, ручки, пальчики. Мы не виделись немыслимо долго, больше вечности, жизни самой вселенной. Насмотреться на нее, потрогать, погладить волосы, плечико, поправить платьице, снова обнять. Как мало для счастья надо!

Здорова, улыбается, не забыла. Я бегло осмотрела, нет ли каких царапин, снова поцеловала, поправила красивую прическу, убрала упавшую на лоб прядь. Спустя столько дней и ночей борьбы даже не верилось, что у меня все получилось. Моя пуговка рядом!

И я вдоволь насладилась бы нашей встречей, если бы не шелест юбок сбоку. Съера Савира уже двигалась к выходу. Видимо, женщина вздумала позвать стражников и снова воспрепятствовать моему воссоединению с дочерью. Вот только она не знала об одном чудодейственном средстве.

Соню пришлось поставить на пол. Я ринулась к надзирательнице пансиона, по случаю бала приодевшейся в сиреневое платье, без особых раздумий толкнула ее к стене и прижала к горлу руку, согнутую в локте.

— Детей воровать нехорошо. Запомни это, — сказала я перед тем, как приложить платок к носу съеры.

Женщина рухнула на пол. От вида ее неподвижного тела по венам заструилась энергия, опалила жаром щеки, развернулась в груди предвкушением скорой победы. Я смогла! У меня получилось!

— Так, Сонечка, пора убегать.

— А кристалл? — искренне удивилась пуговка, не сводя испуганного взгляда со съеры Савиры. — Леди Грэйл попросила о помощи, а людям нужно помогать.

Я глянула на миниатюрную подушку с мерцающим камнем. Он зачаровывал, притягивал, манил. Рука сама потянулась к кристаллу. Я схватила его, ухмыльнулась, собираясь забрать эту ценную вещицу с собой, и направилась к выходу.

— Не всем. Плохие люди за твои старания даже спасибо не скажут. И леди Грэйл…

Дверь распахнулась прямо перед моим носом. Встретив там упомянутую даму в компании двух рослых стражников, мы с Соней отшатнулись и отступили к белой стене.

— Как же я сразу не догадалась? — вздохнула юная старуха, посмотрев на неподвижное тело съеры Савиры.

Тут же подоспел Лэиан. С привычным спокойствием он одним лишь взглядом приказал мужчинам расступиться. Те беспрекословно подчинились. Дровосек зашел в комнату и остановился рядом со своей бабушкой, словно заняв ее сторону.

— Твоя спутница вздумала украсть мою ценную находку, — возмутилась Даяна, посмотрев на внука.

В груди шевельнулось нехорошее предчувствие. Я повела плечом, сильнее сжала руку Сони, но не сдвинулась с места. Куда бежать? Единственный выход перегородила семья Грэйл, которые сейчас красноречиво обменивались взглядами.

«Нас не отпустят», — мелькнула догадка. И приближавшиеся на подмогу еще трое стражников были тому явным подтверждением.

— С иными находками приходится расставаться, ради собственного же блага, — то ли на что-то намекнул, то ли предостерег ее дровосек.

Тонкая бровь девушки… бабушки изогнулась. Леди Грэйл усмехнулась, повернулась ко мне и щелкнула пальцами, тем самым приказав схватить непрошенных гостей.

— Нет! — вскрикнула я и выставила вперед руку с кристаллом. — Ни шага к нам, или разобью!

— Не надо, — с опаской произнес Лэиан.

— Стойте! — остановила своих подданных Даяна. — Сейчас же отдай его мне.

Тяжесть в груди усилилась. От нехорошего предчувствия дышать стало трудно. Я собралась поправить воротничок платья, который удавкой начал душить горло, но даже не шелохнулась. На меня словно набросили невидимую петлю. И леди Грэйл своим гневным взглядом медленно затягивала ее, собираясь вдоволь насладиться страданиями жертвы.

Лэиан же будто остерегался сдвинуться с места. В воцарившейся тишине он смотрел то на меня, то на свою бабушку, то на кристалл. Еще немного, и появившееся в воздухе напряжение можно будет резать ножом. Даже пять стражников, уже теснившихся в дверях, застыли в ожидании приказа.

Раздался металлический звук доставаемого из ножен меча.

«Не выбраться…»

— Только не разбивай, — медленно произнес дровосек и, посмотрев мне в глаза, добавил: — Бабуля, нам нужно поговорить.

— Тут не о чем разговаривать, — небрежно бросила она, идеально сыграв свою роль. И если бы ни сжатые кулаки, я бы не подумала, что Даяна вообще не ощущала витавшего в комнате напряжение.

Неужели кристалл настолько ценен?

Я дернула вытянутой рукой вниз, и они едва не охнули. Да что в нем особенного? От камня тянуло холодом, ощущалась легкая пульсация. Он словно вытягивал из меня что-то. Или отдавал?

— Дарья, не нужно. Лучше отдай его мне, — опасливо сделал шаг дровосек.

— Лэиан, надеюсь, ты помнишь наш уговор? — тут же спросила Даяна, выдав свои опасения. Она явно больше не чувствовала себя столь уверенно. — Ты все же вернулся домой, а значит, теперь обязан заботиться о своей Аине.

— Помню, бабуля, — с каменным спокойствием произнес мужчина, сделав еще один шаг ко мне.

Хотелось верить, что ему не нравилась эта перспектива. Ведь если так, то дровосек сейчас займет сторону своей бабушки, не позволит нам уйти, превратится в того же Кириана. И наша с Соней гибель станет неминуемой!

Я отступила, наткнулась на стену. Сложно раз за разом обжигаться, дарить человеку доверие, которое он не заслуживает и в самый неподходящий момент безжалостно топчет. Лэиан ведь не такой?

— Дарья, передай его мне.

— Мамочка? — взволнованно произнесла Соня. А стоило на нее отвлечься, как дровосек вмиг сократил между нами расстояние и накрыл своими руками мою, до сих пор удерживающую кристалл.

— Не забирай.

— Так надо.

— Лэиан, поторопись! Внизу гости. Они не поймут, если я задержусь.

Снова дало о себе знать плохое предчувствие. Оно пошевелилось в груди, коснулось холодом висков, придало тревоги из-за чего-то нехорошего, готового вот-вот произойти. С кем? Со мной, с Соней? Или с ним?..

Я зажмурилась, отрицательно покачала головой и вновь встретилась взглядом с Лэианом, продолжая сжимать в кулаке кристалл. Эта вещь — единственный путь к спасению. Если дровосек по-прежнему на моей стороне, то вряд ли сможет что-либо сделать. Ведь один тон, которым разговаривала с ним бабушка, говорил о многом. Она им недовольна!

— Стража! — не вытерпела Даяна.

— Он хрупкий? — дерзко произнесла я, глянув не нее. — Если сильнее сожму, сломается?

— Не надо. Дарья, отдай его мне, — попросил Лэиан, отвлекая от вновь застывших возле двери мужчин.

Как же сложно!

Я часто заморгала, сражаясь с подступившими слезами, и все же разжала кулак. Дровосек забрал кристалл. На ладони осталась пустота. То ли это было полное доверие, то ли нежелание разочароваться в нем. Возможно, хотя бы этот мужчина не предаст, не выберет свою бабушку, подставив под удар меня и Соню.

Наверное, я слишком многого от него ждала. Мы всего лишь провели пару ночей вместе. Не было дано никаких обещаний. К тому же я сразу предупредила, что уйду в свой мир при первой же возможности. Так зачем Лэиану мне помогать?!

А верить-то хотелось…

Леди Грэйл протянула распахнутую ладонь. Вот только кристалл туда не лег. Дровосек осмотрел его со всех сторон, подбросил в воздух и под короткий вздох своей бабушки поймал.

— Лэиан!

— Вы готовы выслушать условия?

— Ты его не разобьешь. Ты не посмеешь! — прекрасное лицо исказила гримаса ужаса.

— Не посмею, — с еле заметной улыбкой произнес дровосек. — Не сейчас. Магический взрыв опасен для людей. Сперва Дарья с дочерью покинут Тарвуд.

— Лэиан оин Грэйл, ты второй преемник рода Грэйл и обязан заботиться о своей Аине! Одумайся, пока не поздно.

— Нет, — слабо прозвучал мой голос.

Дровосек защищал меня от взрыва?! В голове не укладывалось, что он забрал кристалл, чтобы уберечь нас с Соней от опасности, и намеренно подставился под удар. Почему? Ответ напрашивался сам собой, вертелся на языке, казался слишком простым, чтобы быть правдой.

Обрадоваться бы посетившей меня догадке… Вот только беспокойство не переставало напоминать о себе. Я сжала ладошку дочери и взяла ее на руки.

«Все равно не выберемся».

— Ты пойдешь со мной, — прошептала я, положив ладонь на плечо Лэиана.

А стоило дровосеку повернуть голову, как ближайший стражник бросился на него. Он охнул от удара спиной о стену. Словно в кошмарном сне синий кристалл вывалился из его руки, взмыл в воздух, блеснул на свету. (3303c)

Словно по команде, все ринулись спасать магический камень. Я же кинулась к Лэиану и, едва сжав самых дорогих людей в объятьях, услышала хрустальный звон.

Тело опалило холодом. Одежда вспыхнула синим пламенем. Я почувствовала мощнейший толчок в спину, закричала от жуткой боли и зажмурилась, приготовившись удариться боком о стену, но словно провалилась в нее.

“Пожалуйста, пусть это будет кома!” — мелькнула последняя мысль, и меня поглотил водоворот темноты.