Глава 3

Как относиться к людям, обитающим здесь?

Если бы все было реально, то я вела бы себя более осторожно. Пришлось бы подбирать слова, присматриваться, подвергать все и всех сомнению. Но только если бы…

— Рада с вами познакомиться, — улыбнулась я мужчине, назвавшемуся целителем.

Бигэал — какие странные у них имена — пригласил сесть за стол и даже учтиво отодвинул стул сперва для Сони, затем для меня. Он нервно дернул плечом, поправил высокий воротник дуплета. А я заскользила взглядом по длинному столу, заставленному яствами, по темным стенам, по большому портрету мужчины, взирающего на всех с презрением. Здесь не хватало света. Комната задыхалась мраком, напоминала болезненного ребенка, нуждающегося в прогулке на свежем воздухе.

— Вы обладаете магией? — спросил целитель, опустившись на стул рядом с Аланэей.

Хозяйка дома вела себя отрешенно. Как и прежде, она всем своим видом показывала, что с ней лучше не заговаривать. Медленные движения, взгляд прямо перед собой. Единственное — женщина частенько смотрела на пустующее место главы семьи.

— Нет, — ответила я спустя некоторое время.

Непривычно, когда рядом ходят слуги, обслуживают, кланяются. Меня тянуло принять у них тарелку, поставить перед собой, налить без посторонней помощи того же супа.

— А у вашей дочери?

Я вскинула на него голову и одарила красноречивым взглядом.

— Она не понимает нашей речи. Так ведь? Вы же со мной разговариваете, уверен, даже можете читать. Что написано под портретом?

— Познай голод свой, чтобы насытиться вдоволь, — продекламировала я.

Бигэал снова дернул плечом. Мужчина явно чувствовал себя неуютно. Бесцветные губы часто кривились, кустистые брови то и дело сходились на переносице, а в дряблую кожу на шее впивался воротник, который час от часу поправлял целитель.

— Занятный случай. На моей практике впервые такое, — он мелко закивал. — Позволите после ужина вас осмотреть?

— Зачем?

— Как же! Вы недавно попали в наш мир, а уже освоили язык.

— Кто сказал, что недавно?

Бигэал подобрался.

— Другие люди не могли заводить с кем-либо беседу без моего вмешательства. Они пытались выучить язык, но говор разительно отличался. К тому же на это необходимо время.

— Так кто сказал, что мы недавно попали в ваш мир? — переспросила я.

— Леди Дарья, — возле меня появилась девушка-робот с маленьким кулоном на подносе.

— Это речевой камень, — пояснил целитель. — Он для вашей дочери, чтобы тоже смогла разговаривать и понимать нас. Вреда никакого не нанесет, — быстро добавил Бигэал, заметив мою настороженность. — Его не придется носить постоянно. Хватит пары дней.

Я аккуратно взяла белый камень. Маленький, с еле заметными голубыми вкраплениями, он оказался довольно тяжелым.

— Как он действует?

Бигэал поправил воротник и прочистил горло. Видимо, у них принято увиливать от ответов. Хотя и я тоже могла бы помолчать, ведь находилась в чужом доме, сидела за чужим столом, должна по крайней мере благодарить хозяйку за гостеприимство, а не засыпать ее целителя вопросами. Наверное, в другой ситуации так и было бы.

— Вы предлагаете повесить на грудь Сони вещь, которая может пагубно на нее повлиять. — Я повернулась к пуговке и погладила ее по руке, указывая взглядом на тарелку с супом. — Зачем это мне и зачем это вам? На моем месте вы тоже задавались бы такими вопросами.

Аланэя одарила меня гневным взглядом, однако тут же прикрыла глаза и приняла безучастный вид. Странности. Повсюду странности, начиная с того момента, как она развернула карету, стоило нам в нее сесть, и заканчивая словами целителя. Я не детектив и могла упустить много нюансов. Но ведь столько очевидного плавало на поверхности. Единственное спасало — моя кома.

— У камня магическое воздействие, — мягко пояснил Бигэал.

Мужчина не ожидал подобного напора. Хотя какой тут напор? Так, слабенький поток вопросов.

— Он помогает освоиться в нашем мире и становится проводником. Понимаете, при переходе через круговорот сознание закупоривается, чтобы все произошло быстро и безболезненно. Поэтому ваша дочь стала инородным телом в дружественной среде.

— А камень растворяет созданную организмом защиту? — догадалась я.

— Получается, что так.

Количество вопросов резко увеличилось. Однако ответы на них можно поискать позже, ведь сейчас важнее был один: надевать медальон на шею Сони или нет?

— Пожалуй, откажусь.

— Как? — охнула Аланэя, застыв с поднесенным ко рту кусочком мяса, нанизанным на вилку.

Я взялась за цепочку и отложила магическое украшение на белую скатерть.

— Благодарю за такой щедрый подарок. Не представляю, какова его ценность, но принять не могу. Ваша забота приятна. Комната, платья, угощения, — решила я озвучить не истинную причину своего отказа. — Как теперь с вами расплатиться? А если еще принять речевой камень… — я обреченно вздохнула.

Кома комой, вот только головой тоже нужно думать. Да и вообще… выбраться бы отсюда.

— Как нам покинуть ваш мир? — быстро добавила я, ухватившись за хорошую идею.

Вдруг мой мозг сам подкидывал подсказки, называя это место «другим»? Если так, то для пробуждения следует найти ключ, отыскать переход и шагнуть к свету. А там меня встретит белый потолок больничной палаты, противный писк приборов и любимая Сонечка. Наверное, даже мама с сестрой придут навестить. Я улыбнулась, вспомнив о своих родных.

— Этот камень дешевый, — видимо, целитель не расслышал мой вопрос. Он посмотрел на хозяйку дома, поджал губы и слегка подался вперед. — Как я уже говорил, он не причинит никакого вреда вашей дочери. А главное, она сможет нас понимать.

Я перевела взгляд на Соню, тихо поглощающую суп. Ей даже положили на стул несколько подушек, чтобы дочка могла достать до тарелки и ничего не расплескать.

— Зачем?

— Снова, — раздраженно выдохнула Аланэя и устремила взор на входную дверь, словно там вот-вот должен кто-то появиться и спасти ее от нашей нудной беседы.

— Ей будет проще. Представьте, как это, когда все вокруг говорят на незнакомом языке. Поставьте себя на ее место.

— Я вас услышала, но решения своего пока не поменяю. Пока, — подняла я указательный палец вверх, предупреждая очередные уговоры.

За навязчивыми подарками обычно кроется нечто большее. Куда ни глянь, в реальном мире все пестрит рекламой, где заглавными буквами подписано «БЕСПЛАТНО». А стоит прыгнуть за этим кроликом в нору, как почти сразу же больно бьешься головой о пол. Нет никакой глубокой норы. Почти везде обман. Так почему я должна согласиться сейчас?

— Не хотите пояснить свое решение? — не унимался целитель.

— Бигэал, — тихо произнесла Аланэя.

Мужчина тут же поднялся, подал ей руку и неторопливо повел к выходу из столовой. Лишь теперь стало заметно недомогание хозяйки дома. Каждый шаг давался с трудом, силы словно покидали ее, утекали с бегом времени, отсчитывающем последние годы жизни. Вот так нас с Соней оставили одних. Дочка уже поела и с интересом разглядывала комнату, а я…

«Для быстрого и безболезненного перехода», — шевельнулась мысль. Он не был таким. И стоило подумать о том моменте, как тело налилось тяжестью, будто тоже вспомнило тот коктейль неприятных ощущений.

— Наелась? — подалась я к пуговке, лишь бы отвлечься.

Никакая это не реальность! Пережитое — плод моего воображения!

— Да, было вкусно. А можно винограда?

Я подала дочери небольшую гроздь и прикоснулась к до сих пор нетронутой ложке. Есть не хотелось. Но вот попробовать…

— Леди Серебряникова, — появилась в дверях Эаран, стоило моим вкусовым рецепторам запеть оду повару, приготовившему такой восхитительно вкусный суп, — госпожа Карчвилл приказала отвести вас в ваши комнаты. Позвольте.

— Да, конечно, — отозвалась я и помогла Соне слезть со стула.

По тем же темным коридором с поскрипывающими половицами мы добрались до покоев, в которых девушка-робот покинула нас. Время выбравшейся на сушу черепахой побежало вперед. Почти сразу же появилась Кэами и предложила принять водные процедуры, помочь с мытьем волос, а потом с их расчесыванием. Я долго отнекивалась, но не смогла противостоять мощному напору.

Правда, проделывала она все молча. Стоило мне спросить о чем-нибудь, как девушка отводила глаза. И я ее понимала. Мы ведь незнакомые люди, с которыми лучше не делиться всей подноготной семьи-работодателей, вот только мои вопросы больше относились к нюансам этого мира. Разве сложно ответить, кто такие мории и чем они страшны? Или трудно сказать, много ли их на землях Карчвилл и что нужно делать, чтобы не наткнуться на этих созданий?

Зато Кэами оживилась при обсуждении красивого заката и, едва закончила возиться с нами, пожелала доброй ночи.

По ощущениям, за вечер мы чуть ли не горы свернули, а по сути — помылись. Я в одиночку справилась бы намного быстрее. Не массировала бы так долго жесткой тряпкой руки и ноги, не уделяла бы столько времени волосам. Наверное, у меня вошло в привычку жить бегом. Быстро есть, одеваться, краситься, делать отчеты на работе, провожать Соню, готовить… и замедляться лишь на выходные.

Я поправила одеяло и обняла дочь. Все стало таким после развода. Маленький ребенок, нужда в деньгах, бесконечные растраты как на таблетки, так и на выплаты по кредитам. Из-за нервов головные боли не давали покоя. Я отчаянно пыталась смириться с решением Леши уйти к другой, всей душой желала броситься во все тяжкие, но не позволила себе этой прихоти из-за пуговки. Благо те ужасные дни — забытое прошлое. Теперь все более-менее нормализовалось.

— Сонечка, давай поиграем с тобой в игру, — прошептала я ей в макушку.

Если происходящее сейчас реально, вероятность чего крайне мала, то у нас серьезные проблемы. Во-первых, мы в неизвестном месте. Во-вторых, у нас нет проверенных людей, которым можно доверять, поддержки близких и даже так необходимых знаний. В-третьих, целителю известно о возможных перемещениях между мирами и он намеренно не ответил на вопрос, связанный с возвращением домой. А о поведение Аланэи лучше не задумываться. Она поселила у себя незнакомцев, привела мужчину, чтобы тот уговорил надеть Соне кулон, выдала свои действия за заботу о ближнем.

Я многое могу понять, но альтруизм с примесью неприязни — нет.

Если же мир — плод моего воображения, то дела еще хуже. В первом случае с реальностью следует найти хороших людей и попросить вернуть нас обратно, а в этом… Как очнуться? Я слышала, что некоторые годами не выходят из комы. Проснуться и встретить повзрослевшую дочь? Пропустить все самые важные моменты из ее жизни?

— Какую игру? — заинтересовалась пуговка.

— Смотри. Я буду девочкой с именем Неверю, а ты — с именем Верю, — назвала я нас в соответствии с отношением к месту, в котором мы провели полдня.

Соня кивнула и села в позу лотоса.

— Я сейчас… ммм… тону в болоте.

И почему на ум пришло именно это сравнение? Может, тому виной лужа, в которую мы упали. Или же странные существа, необъяснимые поступки людей и их нежелание давать ответы ассоциировались с трясиной, где каждый неверный шаг мог стать последним.

— А я?

— А ты стоишь на берегу и не можешь до меня дотянуться. Мы с тобой сестрички, и тебе нужно спасти Неверю.

— С помощью магии?

Я усмехнулась и поправила ее ночное платье, которое одолжила нам Аланэя. Интересно, где сейчас ее внучка? Наверное, она тут недавно жила и оставила одежду. Или же девочка уже выросла, а выкидывать такую прелесть у хозяйки не поднялась рука?

— Нет, с помощью уговоров. Заставь свою сестру поверить, что мир вокруг реальный.

— Зачем?

Я вздохнула, подбирая подходящий ответ.

— Ты ее не спасешь, только она сама. Девочке все вокруг кажется ненастоящим, поэтому Неверу не борется, хотя запросто может выплыть. Просто не хочет.

— А почему не верит?

— Твоя сестренка думает, что спит, и мечтает проснуться. Утонув, она вернется в реальность. А твоя задача переубедить, ведь по мнению Верю она в глубинах болота умрет.

Соня задумалась, даже прикусила ноготь указательного пальца. Пуговка пару раз собиралась что-то сказать, но закрывала рот. Наверное, задача слишком сложная для ребенка.

— Хорошо, Неверю, — вдруг заулыбалась дочь. — Разве это ненастоящее?

С ее пальцев сорвались светящиеся нити и взвились вверх. За ними потянулся полупрозрачный шлейф. Вокруг магического шарфа вскоре запорхали голубые бабочки, с крыльев которых на наши головы посыпалась волшебная пыльца.

— Если бы мы сейчас были феями, то взлетели бы, — восхитилась я и тут же добавила. — Нет, Верю, ты меня не переубедила. Я опустилась в воду по грудь. В стране воображения очень просто сделать красивые спецэффекты.

— Тогда сделай, — заявила дочь, убрав светящиеся нити.

— Не могу. Видишь, это только подтверждает, что мир ненастоящий. Мы с тобой сестры, значит, умения у нас должны быть одинаковые.

— Так нечестно, — насупила губки дочь и сложила руки на груди.

— Ой-ей, вода подступает к горлу, — придала я голосу наигранной паники и для большего эффекта схватила пуговку за запястье.

— Но ты не пыталась, — отмахнулась она.

Соня еще хмурилась, однако быстро отошла и придумала новый аргумент.

— В ненастоящем мире нет запахов. Ты чувствуешь, как воняет на этом болоте? — Дочь зажала нос и дальше заговорила писклявым голосом: — Бррр. Тут мокро и противно. Разве не видишь?

Я начала открывать и закрывать рот, будто не могла дышать, к тому же прижала ладони к шее, имитируя удушье.

— Мам, я так не играю. Давай больше не будем, — сдалась дочь и вскоре добавила: — Хорошо.

Пуговка встала на ноги, плюхнулась на меня, выбив воздух из легких, и тут же начала загребать руками невидимые воды. Она развернулась, приблизилась к моему лицу и прошептала:

— Если не поплывешь со мной, тогда утонем вместе.

— Сонечка, — отрицательно покачала я головой.

— Меня зовут Верю. Все, ты выбрала, давай тонуть.

Дочь схватилась за горло, начала наигранно задыхаться, потом скатилась на кровать и стала дергать ногами и руками, будто в агонии. А затем она закрыла глаза и повернула голову на бок.

Наверное, в другой ситуации я усмехнулась бы, если бы не серьезность обсуждаемой нами темы. Тут Верю ошиблась, поспешила с выводами, ведь Неверю не позволит умереть сестре. И пусть мир будет нереальным, она сделает все возможное, чтобы Верю попала на спасительный берег.

— Актриса ты моя, давай спать, — с улыбкой сказала я и притянула пуговку к себе.