Глава 4

Злата

Эта фраза засела глубоко в голове, что сон как рукой сняло. Я поднялась с кровати и придвинулась к боковушке, облокотившись к ней спиной.

Сердце бухало о ребра.

Эта женщина, любовница моего мужа, Мила, как выяснилось в разговоре с Ником. С ней была лишь одна встреча, тогда на моем старом месте работе, где она призналась, что состоит с моим мужем в отношениях очень долгое время. Я запомнила ее слова о том, что она якобы не знала, что он женат. Восемь лет они были вместе, но я ей почему-то поверила. Я ведь сама столько времени даже не подозревала мужа в изменах. Не искала намеренно и не вынюхивала ничего, а телефон всегда был в свободном доступе, но и там я никогда не замечала ничего подозрительно. Глупая слепая курица, что сказать…

Уже после развода я прокручивала в голове разговор с Милой и не могла понять только одно. Она не знала, что он женат, но узнав, все равно продолжила быть с ним в роли любовницы. Значит все устраивало и наличие жены никак ее не смущало? Теперь же получается она была его женщиной, возможно стала женой, но из разговора было понятно, что не может забеременеть и родить. Поэтому просит моего сына им отдать? Звучит бредово и совсем не логично.

Наверно правильнее было бы просто отключиться и не брать трубку с этого номера.

Но кажется рациональность и здравый смысл во мне отключились, я чувствовала лишь раздражение, злость и возмущение и промолчать, увы, не смогла.

—Знаете Мила, с вашей стороны крайне абсурдно звонить бывшей жене своего мужчины с такими просьбами и заявлениями,— равнодушно ответила любовнице мужа. Не представляла, на какой диалог она рассчитывала? Что я по ее мнению соглашусь отдать сына на воспитание чужой женщине? Бред какой-то. Я же не кукушка. Как бы сложно не было, Тим роднее всех. Любовь к нему безусловна. Он-моя частичка.

—Я понимаю, что наверно даже не совсем правильно выразилась. Просто Ник, он в первую очередь отец, ему нужен ребенок, он хочет быть отцом Тимофею, но я, увы, пока не могу родить ему общего ребенка. Но ведь я предлагаю хороший вариант. Тим будет жить в полной семье, будет окружен вниманием, любовью, заботой. Уверяю вас, что я найду с ним общим язык, но в то же время, не собираюсь никак ему заменять родную мать. Вам будет легче устраивать свою жизнь, а в свое свободное время вы сможете видеться с сыном,— серьезно заявила Мила, отчего я просто потеряла дар речи. Приложила ладонь к виску и покачала головой.

Как же все легко и просто для любовницы мужа. Восемь лет она не задумывалась о детях, они с Ником не задумывались о будущем, жили и наслаждались вдвоем, отдыхали, развлекались, а теперь опомнились и решили, что хотят стать родителями? Видимо Нику приелась одна постель, а Миле кроме как ребенком привязать к себе было нечем. Но и тут промах. Не получалось забеременеть. Только каким боком сюда относился мой сын, я не понимала…

—У моего сына есть семья. У него есть любящая мать. У него есть бабушка и дедушка. Вы наверно никогда не сталкивались с детьми и совсем не разбираетесь в вопросах материнства и родительства, раз звоните и предлагаете такие глупости,— раздраженно бросила Миле.

Ведь реально это были какие-то бредовые идеи, неуместные и абсолютно нелогичные. От того, что мой Тим будет с ними жить это как-то изменит ситуацию между ними? Ник отстанет от Милы и не будет просить ребенка? Бывший муж последние полтора года демонстративно забивал на сына, а теперь он ему резко понадобился? Почему лично не позвонил и не сказал? Интересно, он вообще знал, о том, какие мысли и идеи бродили в голове его любовницы?

Распыляться и все выяснять, а какой смысл?

Зачем мне их проблемы?

Зачем мне думать о жизни бывшего мужа, если он, будучи в браке, восемь лет гулял от меня, не задумываясь о последствиях своих похождений. И это не только банальная брезгливость в плане интима, это моральная сторона вопроса. Но Нику было плевать на то, как развернется ситуация, когда он будет раскрыт. Он не подумал обо мне и о нашем сыне. Делал так, как ему хорошо, как ему комфортно. Эгоист одним словом. И сейчас я ничего, кроме ненависти, обиды и разочарования к этому эгоисту не испытывала, поэтому и решать их с Милой семейные проблемы не собиралась…

—Я прекрасно понимаю, что вы злитесь и на мужа бывшего и на меня. Но как бы это глупо не звучало, но я потратила на Ника восемь лет своей жизни, и теперь, когда он свободный мужчина, я хочу с ним семью и долгих отношений. Я просто понимаю, что одной постелью сыт не будешь, однажды приходит осознание, что хочется большего. Я готова на все, чтобы все это ему дать.— вздохнув, тихо объяснила Мила.

Я облизала пересохшие губы и закатила глаза.

С ума сошла женщина, обратилась не по адресу. Раз хотела ему дать семью и детей, то, что он потерял, имея в браке со мной, нужно было не мне звонить, а на прием к репродуктологу записываться.

Удивляла наглость и святая простота этой женщины. Я что, по ее мнению мать Тереза?

Нет, я обиженная и раздавленная женщина, пытающаяся начать новую жизнь.

Жизнь, где нет места бывшему мужу…

Сложно и порой казалось, что невозможно, но ради Тима я готова была на все.

Чтобы сын чаще улыбался, чтобы не зацикливался на несложившихся отношениях с отцом, чтобы радовался каждому новому дню. Чтобы сиял и просто жил, и я вместе с ним…

—Знаете Мила,— обратилась к женщине с полным безразличием в голосе. —Я вынуждена отказаться, ведь мой сын не предмет торга. Он не безвольная кукла и сам решает, с кем ему жить. С вами жить он точно не будет, при живой матери, уж точно нет. А вам, вот мой совет. Если так хочется ребеночка, возьмите и Ника к урологу сводите, может он вообще вазэктомию сделал и бесплоден теперь…