Глава 29 · Она не любит тебя

— Как-то диалога у вас не получается, — Демьян переводит взгляд с меня на Ксению и обратно на меня, — или тебе неудобно в моем присутствии учить любовницу своим секретикам?

Я пытаюсь понять Демьяна, но выглядит он агрессивным самодуром, который ловит кайф от унижения жены.

Все так просто?

— Я бы не приняла твоего ребенка от другой женщины…

— Да ты и своего готова убить, — Демьян прищуривается, — причем с четкой позицией отомстить мне.

— Не переворачивай мои слова…

— И дело не в здоровье, — Демьян продолжает смотреть на меня, как крокодил на кролика, — сама сказала… — скалится в улыбке, — лишь бы избавиться от меня. И где тут любовь, о которой ты так верещала все это время, м?

— Это не я тебе изменяла…

Ксения молчит, и я уже даже забыла о том, что она сидит на полу нашей гостиной. Пусть слушает и делает выводы о том, что женатики — бессовестные уроды, которые ни жен, ни любовниц не уважают.

— Зачем тебе этот ребенок?

— А зачем мужчине дети, Дина? Что за глупые вопросы? — усмехается. — И знаешь, после сорока… хочется еще раз побыть большим и суровым отцом, которому не посмеют ударить в лицо, например.

У меня от его слов встает перед глазами четкая картинка: Демьян в пижамных штанах, лохматый и сонный стоит посреди светлой детской и держит на руках хныкающего младенца.

Крепко зажмуриваюсь, чтобы прогнать от себя это видение, и мой синяк простреливает болью.

— Разве хотеть ребенка для мужчины — преступление? — вопрошает Демьян.

— Мы не детей должны хотеть, — цежу сквозь зубы, — а уже ждать внуков. Тебе сорок шесть, Демьян…

Но во мне слова Демьяна отзываются не злостью, а тоской по молодости, в которой я была молодой мамочкой, а мой Демьян — молодым отцом.

— Демьян, — шепчет Ксюша и опять смотрит на него большими и влюбленными глазами, — я могу пройти лечение… Я всегда хотела быть мамой…

Демьян переводит на нее холодный и отстраненный взгляд, улыбается и тихо говорит:

— Ситуация изменилась, — улыбается без тени нежности, — моя жена беременна. Такая радость, но не для нее, конечно. Она бы без зазрения совести отправилась на аборт, если бы я не решил забрать ее анализы и показать врачу, — смотрит на меня, — Ты бы так и сделала, да?

Да. Я бы так и сделала, потому что мне уже сорок четыре. Потому что у меня здоровье ни к черту. Потому что с ребенком я бы не избавилась от Демьяна и не начала новую жизнь.

Потому что у меня нет сил на материнство и на сопутствующие проблемы: бессонные ночи, крики, усталость и конфликты с Демьяном.

— Твои измены как-то не располагают к материнству.

— Она не любит тебя, Демьян, — сипит Ксения.

Я хочу возмутиться словам шлюхи в шелковом халатике, но почему-то не нахожу слов для опровержения ее обвинений.

— А ты меня любишь? — Демьян усмехается.

— Да… — Ксения всхлипывает. — И я хочу, чтобы ты остался со мной…

Да не по зубам тебе этот крокодил.

Он-то и мне оказался не по зубам. Чуть-чуть расслабилась, так он у меня ногу откусил и не считает себя виноватым.

— Зачем быть с той, которая тебя не любит? — Ксения вытирает слезы с щек и в отчаянии заглядывает в безжалостные глаза Демьяна. — С той, которая и твоего ребенка уже ненавидит?

— Вот это да, — я медленно и недоуменно моргаю.

— А ты хочешь возразить? — изучающий взгляд Демьяна вновь направлен на меня.

— У меня нет ненависти к этому ребенку…

— Но ты бы не отказалась от выкидыша? — Демьян приподнимает бровь.

Как он хорошо меня изучил. Он будто читает мои мысли, в которых я действительно фантазирую, как истекаю кровью на его глазах и теряю его малыша.

Меня это шокирует.

Гормоны гормонами, но я действительно хочу наказать Демьяна через смерть его ребенка: Либо через аборт, либо через выкидыш.

— Она не любит тебя, Демьян.

— Я строго против разводов, — он в ответ вновь поднимает взгляд к потолку. — Я тебе уже говорил это. Я не тот мужик, который меняет жен и заводит новые браки… Но быть с женщиной, которая тебя не любит… да, это тяжело… — кивает и тяжело вздыхает, — и даже тошно…

— Не смей обвинять меня в нелюбви, — хрипло отзываюсь я.

Но почему-то я сама не верю в свое тихое возражение, в котором много сомнения и усталости.

— Завтра у тебя с утра полное обследование, — Демьян игнорирует мой ответ и встает. Разминает шею, — но я вижу, что тебе уже получше, — усмехается, глядя на меня, — вижу, что ты то бледнеешь, то краснеешь… да, штормит, но истерики сдерживаешь. Значит, есть самоконтроль, да?

Я молчу. Любовница была проверкой, насколько я в себе и насколько я в адекватном состоянии, ведь женщина только перед другой женщиной будет стараться держать себя в руках. Чтобы не опозориться. Чтобы быть на ее фоне лучше.

— Значит, нет проблем с головой, — Демьян прищуривается, — а то я почитал про климакс и выяснил, что у некоторых женщин он может спровоцировать психические расстройства, но это не твой случай. Это хорошо. Ты просто капризная женщина.

— Что ты за монстр… — в изумлении шепчу я.

— Тебя заберет водитель, — проходит мимо Ксении, — отвезет домой, — оглядывается на меня, — а ты отдыхай. Завтра сложный день.