Глава 40 · Тон смени

Я сначала не верю своим глазам, когда на крыльцо из подъезда, в котором живет Макар, выскакивает Ксения.

Она кажется немного раздраженной и напряженной. Поправляет круглый воротничок белой полупрозрачной блузки, хмурится и кривит губы.

— Да, это Ксюша, — уверенно подытоживаю я, и в сердце вспыхивает острая тревога.

Что она тут забыла?

Или Демьян настолько охамел, что поселил свою шмару рядом с нашим сыном? Но судя по его разъяренному и недоуменному взгляду, он тоже не ждал увидеть Ксюшу здесь.

— Какого черта? — рычит себе под нос и торопливо покидает машину.

Громко и несдержанно хлопает дверцей.

— Что ты тут забыла? — рявкает он через всю парковку.

Ксения вздрагивает и бледнеет, когда замечает Демьяна, который твердым и решительным шагом направляется к подъезду.

Ладно.

Тогда у меня другая догадка. Ксюша спит не только с моим мужем, но и с нашим сыном? Может быть, Макар — запасной вариант?

Боже мой.

Какая мерзость. Прижимаю холодные пальцы к губам в попытке сдержать порыв тошноты и делаю медленный вдох и выдох.

Вот к такому я точно не была готова.

Ксения тем временем пятится к подъездной двери, которая на ее удачу распахивается, выпуская молодую женщину с маленькой пучеглазой собачкой на руках.

Демьян гневно одергивает полы пиджака. Ему до крыльца осталось шагов десять, и Ксюша испуганно юркает в подъезд и закрывает за собой дверь.

Похоже, наша семья по уши в дерьме, и я не хочу утонуть в нем. Пусть Демьян сам разбирается с Макаром, Ксюшой и с самим собой, а я останусь здесь, в машине, потому что я устала.

Но…

Без меня встреча Демьяна, Ксении и нашего сына может окончиться трагедией. Готова ли я к этому, или мне все же стоит сейчас проявить чудеса женской эмпатии и мягкого контроля?

— Проклятье, — шиплю и в следующую секунду уже выныриваю из кожаного салона на улицу, — Демьян!

Демьян меня не слышит. Он опять ушел с головой в бесконтрольный гнев. Быстро, перескакивая ступени, он поднимается на крыльцо и кидается к двери, которую зло и резко дергает за ручку.

Но Ксюша успела заблокировать подъездную дверь, и теперь Демьяну нужен либо ключ от домофона, либо звонок Макару, который вряд ли пустит бешеного папулю к себе.

Пучеглазая собака на руках молодой женщины начинает визгливо лаять, когда Демьян пинает дверь:

— Вот же сука! — а затем оглядывается на собачонку и гаркает. — Заткнулась!

Собака резко замолкает, а ее хозяйка спешно спускается по лестнице:

— Чокнутый!

И ведь не поспоришь.

Я наблюдаю со стороны и не вмешиваюсь, потому что мне любопытно, чем все закончится.

У нас два варианта.

Первый. Демьян выламывает железную дверь. Нет. Не выламывает, а срывает с петель и магнитного замка, и я совсем не удивлюсь, потому что в нем много дурной силы.

Второй. Он все же вспомнит, что у него есть я, а я, умница и красавица, к связке ключей от нашего дома подцепила дубликат ключей от квартиры Макара.

— А ну, стой! — низко и гневно окликает женщину с собакой Демьян.

Опять не угадала. Демьян выбрал третий вариант, в котором он реши вызвериться на незнакомку.

А она в свою очередь замирает внизу, крепко зажмуривается и говорит:

— Я буду кричать.

— Дверь открой, — низким голосом приказывает Демьян. — В темпе.

Пучеглазая собачка жалобно скулит, и я со вздохом лезу в сумку. Вытаскиваю ключи, громко ими звякнув в воздухе, и иду к крыльцу.

Демьян переводит на меня взгляд, и я устало трясу ключами перед собой.

— Можете идти, — шагаю мимо испуганной женщины, — и простите. Мой муж сегодня не встал не с той ноги.

Женщина буквально убегает, крепко прижав к груди собачку, которая жалобно трясется и скулит.

— У тебя есть ключи? — спрашивает Демьян и зло щурится на меня.

Я ничего не отвечаю. Я медленно поднимаюсь. Ксения никуда от нас не убежит, поэтому не вижу смысла устраивать за ней погоню.

— Ты мне ответишь на вопрос?

— Нет, Демьян, — едко отвечаю я. — Я ношу в сумке чужие ключи, — хмурюсь и встаю к Демьяну почти вплотную, — и это, если что, сарказм.

— Открывай, — урчит он.

— Тон смени.

Я понимаю, что ему не составит труда сейчас отобрать у меня ключи, но молча подчинять его тупым агрессивным приказам я не стану.

Хватит с меня.

— Открывай, — зло повторяет Демьян и с угрозой щурится.

— Тон смени.

Демьян вскидывает бровь, и я тоже следую его примеру. Напряженное гнетущее молчание длится около минуты, и никто из нас не планирует проиграть в этой зрительной дуэли.

Но когда я вижу, что зрачки Демьяна расширяются, то задерживаю дыхание, и сердце отбивает сильный глухой удар, который отдается в висках пульсацией.

— Будь добра, — тихо говорит Демьян, — отдай ключи.

Я слишком близко. Я должна отступить на пару шагов.

Замираю, когда Демьян касается моего кулака, в котором я прячу ключи, и не моргаю.

— Не капризничай, — голос Демьяна вибрирует низкими и хриплыми нотками

Ладонь его — сухая и теплая. Медленный выдох через рот, и я разжимаю кулак, чтобы затем порывисто вручить ключи Демьяну:

— Забирай.

Потом я резко отворачиваюсь. Сглатываю и жду, что Демьян сейчас наклонится и с издевкой шепнет мне в ухо «спасибо», но этого не происходит.

Он открывает под тихий писк дверь и врывается в подъезд. Ну да. Любовница поважнее жены, которая не заслуживает слов благодарности.

— Дина! Ты идешь? — гудит голос Демьяна в подъезде.