Глава 28

Глава 28

Марго

Я медленно листаю сайт, щелкая по фотографиям столов, но глаза словно затянуты пеленой. Деревянные, металлические, с мраморными столешницами, все сливаются в одно серое пятно.

Пальцы дрожат, когда курсор зависает на модели с темным дубом.

Такие стояли у нас в углу у окна. Невольно вспоминаю, как солнечные лучи играли на их поверхности по утрам, как пожилая пара с таксой всегда занимала именно этот столик, а их собака смотрела на меня умными глазами, выпрашивая кусочек круассана. Теперь там только пепел и обугленные остатки былого уюта.

На кухонном столе передо мной стоит остывшая чашка кофе, похожая на болотную топь. Рядом лежит блокнот с пометками, страницы помяты от моих нервных пальцев.

Перед глазами список того, что нужно:

- 30 столов (дуб?).

- 90 стульев (устойчивые!).

- барная стойка…

Каждая запись кажется мне насмешкой. Телевизор в фоновом режиме бормочет что-то про приближающийся циклон. Голове, как навязчивый мотив надоедливой песни, крутится одна мысль: начать заново, просто взять и начать все заново.

Но как, если каждый новый день приносит только боль и страх?

И вдруг телефон звонит, заставляя меня вздрогнуть, как от удара током.

Игорь.

Палец замирает в сантиметре от стекла, будто над пропастью. После нашей последней встречи в больнице, после всех этих писем от адвокатов, что ему еще от меня нужно? Беру трубку, и в груди что-то сжимается, как тисками.

- Чего тебе? – резко спрашиваю у него, не собираясь любезничать.

- Ну что, довольна своей местью? – шипит в трубку. - Думала, я просто так это оставлю?

Резко отодвигаю ноутбук, так что он едва не падает со стола. Сжимаю телефон так сильно, что пальцы начинают болеть, но это не помогает заглушить дрожь, бегущую по всему телу. В горле пересыхает, а сердце колотится, как птица в клетке.

- Если ты звонишь, чтобы нести какую-то чушь, у меня нет на это времени. Говори конкретно или вешай трубку, - слова вылетают сквозь стиснутые зубы.

- Не прикидывайся дурочкой! - рычит, и динамик хрипит от перегрузки, будто не выдерживая его ярости. - Кто, как не ты, мог проткнуть мои шины? Кто еще поцарапал бы весь бок? Ты вообще представляешь, во сколько мне обойдется ремонт?

- Ты спятил. Я даже не знаю, где сейчас твоя машина, - не спрашиваю, просто констатирую факт, что ему не нравится.

- Врешь! - он кричит так, что мне приходится отстранить телефон от уха. - Ты мстишь, как последняя тварь, но я тебя сдам, Марго. Найду свидетелей, достану записи с камер, и ты сядешь. Хоть на сутки, но сядешь!

У меня даже дыхание от его наглости перехватывает.

- Ты серьезно? Ты поджег мое кафе, бросил сына одного с температурой, а теперь обвиняешь меня в том, что кто-то поцарапал твою тачку?

- Да ты всегда была истеричкой, - продолжает истерить, - но сейчас перешла все границы.

- Слушай, Игорь, - резко встаю и стул с грохотом падает на пол. - Если у тебя нет ничего, кроме твоих больных фантазий, то мне неинтересно слушать этот бред. А даже если бы что-то и было, то это ты бы сел за подделку доказательств.

- Ты...

Вешаю трубку, не желая слушать этот брат, но пальцы продолжают дрожать. В комнате воцаряется тишина, но она кажется громче любого крика.

Телефон тут же загорается снова.

Вот же скунс приставучий.

Сбрасываю.

Он звонит опять.

Снова сбрасываю.

На третий раз отключаю звук и швыряю телефон на диван, где он подпрыгивает, как живой, прежде чем затихнуть.

Что за бред? Кому вообще понадобилось портить его машину?

По любому кому-то еще дорогу перешел.

Я вдруг замечаю, что дышу слишком часто, как будто только что выбежала из горящего здания. Воздух кажется густым, его не хватает. Беру чашку, делаю глоток холодного кофе, он горький, как этот разговор, как вся моя жизнь в последние месяцы.

Подхожу к дивану и беру телефон, набираю Раевского.

- Алло? – спокойно берет трубку, и это меня немного отрезвляет. Он де должен огребать за бывшего.

- Здравствуйте. Мне только что звонил Игорь, - на выдохе отвечаю ему.

- Что-то случилось? - он сразу переключается в рабочий режим.

- Он обвиняет меня в том, что я испортила его машину. Проколотые шины, царапины по всему боку... Говорит, что найдет свидетелей и посадит меня.

Раевский молчит пару секунд, но эта пауза кажется вечностью.

- Грязно блефует, и может попытаться создать проблемы, - перебивает он. - Где вы сейчас?

- Дома, - поворачиваюсь вокруг, будто ищу подтверждение своим словам. Кухня кажется чужой, как будто я здесь не живу, а только временно остановилась.

- Хорошо. Я подъеду через полтора часа. Не отвечайте на его звонки, не вступайте в переписку. И... Маргарита?

- Да?

- Не волнуйтесь. Это просто очередная попытка давления, - в его словах столько уверенности, что на мгновение становится легче.

- Хорошо. Буду вас ждать, - киваю, хотя он этого не видит. Вешаю трубку и смотрю на ноутбук.

Экран уже потух.

Начать заново...

Можно, если только он не сожжет и это тоже.

За окном начинает накрапывать дождь.

Отличный день.