Глава 5

Отступаю в угол, прижимаюсь спиной к стене.

- Что ты делаешь?

- Еду вниз. - Отвечает спокойно, но в глазах читается что-то опасное. - Так же, как и ты.

Лифт начинает движение, медленно спускается.

Я смотрю на цифры над дверью. Третий этаж. Второй.

Ещё минута. Может, меньше, а потом выйду, и всё.

Но рукой Дамир тянется к панели. И нажимает красную кнопку.

Лифт дёргается и останавливается.

Свет мигает, потом горит ровно. Абсолютная тишина давит. Слышу только своё частое дыхание.

- Ты что творишь?! - Наезжаю на него. - Включи обратно!

- Нет.

- Дамир!

- Мы поговорим.

- Так нельзя.

- Нет. - Шагает ближе, и мне некуда отступать. Холод от стены проникает глубже, контрастируя с жаром, который уже начинает разливаться по телу от его близости. - Вчера ты сбежала, но на этот раз не выйдет.

- Ты не можешь меня здесь держать.

- Могу. - Ещё шаг. Теперь он совсем близко. Его запах заполняет тесное пространство, смешиваясь с моим страхом и чем-то ещё, запретным. - И буду. Сколько нужно.

- Это...это незаконно!

- Какая разница. - Усмехается без улыбки. - Мне плевать.

Паника поднимается волной. Лифт маленький, а он большой. Заполняет всё пространство. Воздуха не хватает.

- Отойди.

- Нет.

- Дамир, я серьёзно...

- Я тоже. - Голос низкий, опасный.

- Мне не о чем с тобой говорить.

- Есть о чём. О нашей дочери. О том, почему ты скрывала её. О том...

- Ты сам велел не возвращаться.

- А ты могла сказать, что беременна.

- Зачем?! Мне не нужен такой муж, а Самире такой отец.

- Это не тебе решать… - Рычит сквозь зубы и не договаривает.

Шагает вперёд резко, быстро как хищник, настигающий жертву.

Руки упираются в стену по обе стороны от моей головы, запирая в клетке из его из мускулистых рук. Его тело это стена жара, силы, желания.

Лицо в нескольких сантиметрах от моего, дыхание обжигает кожу, губы так близко, что я чувствую их тепло.

- Это была большая ошибка, Ярослава. - Шепчет, и дыхание обжигает губы. - Ты всегда будешь в моей жизни.

И целует.

Взрыв.

Его горячие губы на моих губах, с привкусом отчаяния и голода. Дамир не спрашивает разрешения. Не даёт шанса отстраниться. Просто берёт, захватывает и подчиняет. По-другому он не умеет.

Я замираю на секунду, потому что это шок для меня.

Он целует меня. Целует, как будто имеет право. Как будто я всё ещё его.

Руки упираются в его грудь, пальцы чувствуют твёрдые мышцы под рубашкой, биение сердца, быстрое, как и моё. Пытаюсь оттолкнуть.

Но всё бесполезно.

Он сильнее и больше. Придавливает меня к стене всем телом - вжимается, лишает пространства, воздуха, возможности думать. Заставляя ощутить каждый сантиметр его силы, его возбуждения. Чувствую его возбуждение, прижимается к моему животу, заставляя бёдра сжаться в ответ.

Рукой скользит по волосам, разрушает аккуратную укладку. Сжимает у затылка - это всё абсолютный контроль. Болезненно-сладкий, посылающий искры вниз по позвоночнику.

Другая рука на талии, как будто я всё ещё принадлежу ему.

Целует глубже, языком проникает в рот, и я чувствую вкус.

Этот вкус.

Кофе, что-то мятное. И он сам - его вкус, который я помню наизусть, который преследовал все эти годы во снах.

Тело ноет от его прикосновений.

Руки, которые должны оттолкнуть, сжимают его рубашку. Губы, которые должны сопротивляться, отвечают. Язык встречается с его языком, знакомый танец, который тело помнит лучше разума.

Нет. Так нельзя. Остановись, говорю себе.

Но не могу.

Он чувствует капитуляцию. Издаёт низкий звук, какой-то первобытный. Рука на талии опускается ниже, сжимает бедро, прижимает к себе сильнее.

Я чувствую его через слои ткани, твёрдость, жар, желание откровенное.

Он хочет меня всё ещё. После стольких лет.

И я хочу его. Ненавижу себя за это.

Целует шею, покрывает шею горячими поцелуями. Зубы скользят по коже, прикусывают там, где пульс бьётся. Дыхание обжигает, шёпот касается уха:

- Пиздец, как по тебе соскучился. - Я так давно не прикасался к тебе.

Его пальцы под блузкой поднимаются выше, касаются края лифчика, большой палец скользит дразняще по соску, круговыми движениями, заставляя выгнуться, стонать.

И тут я вспоминаю, что он спал с ней. Ты прикасался к ней. К своей жене.

Осознание накатывает волной и отрезвляет.

Он целует меня теми же губами, которыми целовал её.

Он держит меня теми же руками, которые держали её.

Я не единственная и никогда не буду.

Разум включается и злость возвращается.

Отталкиваю его обеими руками.

Он отступает на шаг, не потому что я сильная, а потому что не ожидал.

Смотрит на меня непонимающе, дыхание, как и у меня сбитое, губы влажные от наших поцелуев.

- Ярослава...

Замахиваюсь.

И бью, так что звон разносится в замкнутом пространстве.