Глава 6

Моя ладонь горит от удара. Его щека мгновенно краснеет.

Он не двигается. Просто стоит, смотрит на меня с таким шоком, будто я ударила его не рукой, а чем-то более тяжёлым.

Я дышу тяжело, грудь вздымается. Рука дрожит, а губы распухли от его поцелуя.

Выгляжу как после бури. Чувствую себя так же.

- Не смей больше. Никогда не смей меня трогать.

Он моргает. Рука поднимается к щеке, касается красного пятна. Смотрит на меня так, будто видит впервые.

- Ты ударила меня.

- И ударю ещё раз, если не включишь лифт.

- Ярослава, поехали ко мне в номер. - Произносит низко, почти рычит. - Или к тебе. Мне всё равно. Просто... сделаем это. Снимем напряжение и оба успокоимся.

Что? Что он сказал?

- Что? - Выдавливаю, думая, что у меня слуховые галлюцинации.

- Не притворяйся, что не понимаешь. - Рука поднимается выше по бедру, почти под юбку. Я знаю, ты хочешь этого так же, как я.

- Ты...ты серьёзно? - Испытываю абсолютный шок.

- Конечно. - Прижимается сильнее, бёдрами к моим бёдрам, и я физически ощущаю степень его возбуждения. - Чувствуешь? Я хочу тебя. И знаю, что ты тоже этого хочешь.

Он предлагает мне секс. Просто так, как будто это решит всё.

Как будто мы любовники.

Как будто у него нет другой жены.

Горячая злость возвращается волной.

- Ты идиот. - Произношу чётко, ядовито.

- Что? - Он замирает.

- Я сказала - ты полный идиот, Дамир. - Руки упираются в его грудь, пытаюсь оттолкнуть. - Ты думаешь, что можешь прийти сюда, поцеловать меня, прижать к стене и я что? Брошусь к тебе в постель?

- Ярослава...

- После стольких лет? После того, как ты выбрал её? После того, как родил с ней ребёнка? - Голос повышается. - Ты думаешь, я настолько отчаянная? Настолько слабая?

- Я не это имел в виду...

- Именно это! - Почти кричу. - Ты предлагаешь мне «снять напряжение». Как шлюхе! Словно между нами был только секс. Как будто нет ничего другого. Просто не могу поверить, что ты всерьёз.

- Просто мы не можем даже говорить нормально не поцапавшись. Может, если мы...

- Если мы переспим, всё наладится? Ты действительно такой примитивный?

Рука всё ещё на моём бедре. Сжимаю его запястье, отбрасываю от себя с силой.

- Убери руки. Немедленно!

- Ярослава, ты не понимаешь.

- Понимаю отлично! - Толкаю его сильнее, и он отступает на шаг. - Ты хочешь секса, вот и всё. Ты видишь меня и думаешь членом, а не головой!

- Не дерзи, тебе это не идёт.

- Мне всё равно, потому что только что ты показал ко мне своё отношение. Ты относишься ко мне как к доступной бабе, которая только и ждёт, когда ты её трахнешь.

- Да, я хочу тебя, что тут такого.

- Иди к своей жене.

- Ты моя жена и никогда не перестанешь ею быть.

- Нет, Дамир, мы совершенно чужие люди.

Он действительно не понимает, как это унизительно. Ну и чёрт с ним. Ему бесполезно что-то объяснять.

- Включи лифт.

Кричу так громко, что голос срывается. Слёзы наворачиваются, но не дам им пролиться.

Он смотрит ещё несколько секунд. Потом разворачивается, нажимает кнопку.

Лифт вздрагивает, продолжает спуск.

Я стою в углу, обхватываю себя руками. Дрожу от злости, от страха, оттого что чувствовала секунду назад.

Потому что всё ещё чувствую его прикосновения.

Губы горят, а кожа помнит его прикосновения.

Лифт останавливается на первом этаже.

Выхожу первой, почти бегу через холл отеля.

Иду не останавливаясь, не оглядываясь. Сворачиваю за угол и прислоняюсь к стене здания.

И только тут позволяю себе выдохнуть, прикрыть глаза.

Он поцеловал меня.

Поцеловал так, будто имеет право.

И я ответила.

Ответила, потому что тело помнит его лучше, чем разум хочет забыть.

Пальцы касаются губ, они распухшие, чувствительные. Всё ещё ощущаю вкус его поцелуя.

Вкус, который преследовал меня три года.

Вкус, от которого я пыталась убежать.

Вкус, который вернулся и разрушил все мои защиты.

Всего один поцелуй - и всё рушится.

Потому что тело не слушается разума.

Потому что сердце не подчиняется логике.

Понимаю, что боюсь его.

Точнее боюсь не его, а себя.

Как будто четыре года не прошло.

Как будто боли не было.

Как будто я всё ещё принадлежу ему.

А может, так и есть.

Может, я никогда и не переставала его любить.

Понимаю, что нужно вернуться в конференц-зал. Но просто не могу. Это выше моих сил, но отказаться нельзя.

Оборачиваюсь и вижу Байсарова, который выходит из здания. Он разговаривает с кем-то по телефону. Вид у него напряжённый. Мне придётся пройти мимо него. Он, наверное, специально пошёл за мной. Чтобы снова «поговорить».

Замечаю толпу туристов, которые выходят из автобуса и идут по направлению к отелю. Умудряюсь пристроиться к ним и затеряться. Байсаров не замечает меня или делает вид. Всё равно нам предстоит ещё несколько часов работать вместе.

Бегу в дамскую комнату. Открываю кран, подставляю руки под ледяную струю. Набираю воды, плещу в лицо. Холод отрезвляет.

Смотрю в зеркало и вижу в отражении чужую женщину. На шее остались красные следы от его губ.

Господи, как я могла так потерять контроль.

Стираю помаду, крашу губы заново. Пытаюсь расчесать волосы и заново уложить, но расчёска пару раз выскальзывает из рук. Прячу следы на шее под воротником блузки.

Внешне выгляжу снова безупречно - голограмма идеальной женщины. Но внутри мой мир рухнул, и, если протянуть руку сквозь изображение, там ничего нет.

Зачем ты вернулся Дамир Байсаров?

Зачем ты разбередил старую рану!