Глава 2. Малолетка с условкой

Иду с девчонками через двор - Вита вся на взводе, как будто у нас не внедорожник, а космический корабль вражеский приземлился.

Что я там предупредила.… Как Моська перед слоном поблефовала.

Следи теперь только за ней. А то ведь может еще чего-то начиркать на машине. Или хуже. Дописать то, что не успела. Смысл не знает, читать не умеет, но зрительная память, что надо.

- Вита, нельзя портить чужие вещи, если даже испортили твои.

- Можно!

- Нет. За это дают штраф.

- А что такое штраф? - идет рядом и заглядывает в глаза Аминка.

- Штраф - это когда нарушаешь какое-то правило, тебя ловят и за это надо заплатить. Ну, например, представь, что кто-то испортил твое любимое розовое платье с блестками. Прям, нарочно взял и вымазал его в грязи.

- Я бы заплакала, - шепчет Амина.

- Вот. А теперь этот человек должен тебе купить новое платье. А чтобы купить - он отдает свои деньги. Или любимые ботинки. Или всю коллекцию игрушек из киндеров. Это и есть штраф. Чтобы запомнил - и больше не баловался.

- А если он не отдаст? - морщит лоб Вита.

- Тогда приходит полиция, и он отдает в два раза больше. Или садится в угол. Надолго.

Вита молчит. Думает.

Я надеюсь, думает, как не нарваться на этот самый угол.

- Вот у вас игрушки, а у него взрослая игрушка - машинка. Вы ее испортили. Значит, кто-то должен заплатить за это. А так как вы еще не работаете, то платить надо будет мне.

- А он пусть тогда за нашу кастрюльку рассчитается. Он тоже ее сломал! - надувает губы Вита.

- И за шишку, - поддакивает Амина.

Девочка моя…

Вздыхаю.

Если бы ты знала насколько тут разница в ценнике… Я бы сама тебе завтра съездила в лес на бизнес-такси и привезла корзину шишек.

Мамский десант уже ждет меня возле качелей. Кира качает своего забинтованного после перелома Борьку, Лена на другой Стасика, Верка оставила коляску в стороне.

Уже и кофе никому не надо. Все проснулись.

- Тай, а ты его знаешь? - накидываются сразу с расспросами.

На автомате оборачиваюсь назад.

Давид стоит возле машины. Рассматривает. Говорит с кем-то по телефону.

Надеюсь не с ГАИ.

- Так… - говорю дочкам, - идите со Стасиком с горки покатайтесь. Только без драк и "шкалопендр". Вита, помни, что есть очередь и ее надо соблюдать. Амина, ты за старшую.

- Я всегда за старшую! - возмущается Вита.

- У тебя условка.

- Что?

- Не что, а за что. За "ХУ".

Девочки срываются с места, и Вита ускоряется, чтобы обогнать Амину.

- Ну?... - Лена прищуривается. - Ты его знаешь?

- Мягко говоря, - кручу в воздухе пальцами. - Это мой бывший муж. Давид. Не виделись лет пять.

- Та-ак… - протягивает Кира, делая глоток воды. - А как он тут?

- Живет, - пожимаю плечами. - Еще и в одном подъезде с нами.

- Мда… - тянет Ленка. - Такое себе удовольствие. Стасян, - зовет сына, - аккуратно там. Девочки все-таки.

- А знаете, что хуже всего?

Смотрят выжидающе.

- Это… - перехожу на шепот и киваю на своих. - Его дочки, но он не знает.

- Да ладно, - смеется Кира, - прям как у меня.

- Вы в какой-то неправильной фазе Луны рожали, точно вам говорю, - поднимает указательный палец вверх Лена, - я вам составлю натальную карту.

Кому что…

- И что, он алименты не платит? - снова идет Вера к кряхтящему в коляске Арсению.

- Я его не вписывала в отцы. Поэтому и не платит.

- На такой тачке… эх… тебе можно было бы и не работать.

- И зависеть от него? Нет уже. Думаю, девчат, надо искать просто работу не по специальности. Хотя с такой записью, фиг уборщицей даже не возьмут.

- Вот они придурки. Не могли просто уволить тихо?

- Если бы я не стала залупаться с ними, может, и уволили бы. Я же хотела доказать им… Доказала на свою голову. А без трудовой устраиваться такое себе.

- А чего развелись-то?

- Сейчас, может, и не развелись бы, - опускаюсь на лавку рядом и и смотрю на девчонок своих. - Договорились, может быть. А тогда молодые были. Никто не захотел пойти другому навстречу. Его родители еще надавили. Время поджимало. На эмоциях все больше было. Когда деньги есть и делить особо нечего, тогда развестись проще, чем расписаться. Потом уже узнала, что беременна.

- И ты ему не сказала?

- А что? Написать: "Привет, ты теперь папа, но это неважно, наслаждайся солнцем и налогами в Европе"? - вздыхает Кира, такая же как я. Только ее бросили беременной.

- Да уж... - Тянет Вера. - А теперь “почему твой ребенок царапает мне бампер”? Да? А выкуси! Надо было самому воспитывать.

- Или нет, - Лена прыскает, - это твой ребенок, братан. Ты и плати.

- А реально, если выставит тебе счет, - все на автомате поворачиваем голову в сторону машины и следим взглядом, как он переезжает на освободившееся место. - Выставит счет, а ты ему, вот и плати. Твои дети.

- А я не хочу ему говорить, что его. Фиг ему. Отдыхал там, балдел, жил в удовольствие пока я тут не спала ночами. К тому же мои его ненавидят, - усмехаюсь сама себе, - он их суп из шишек испортил. Это вообще где видано? В кафе прям на своей машине заехал? Ни воспитания, ни манер.

- Как ты вообще за него замуж вышла, за такого хама? - кивает Лена.

Давид как раз выходит из машины и стреляет в нас взглядом.

Ой. Спалил.

Мы все разом отворачиваемся.

- Любовь зла, полюбишь и шкалапендру эту.

- Мам! - кричит с горки Амина. - Вита не дает нам кататься.

Ну, правильно, как катиться, когда тот, кто должен был стать в конец очереди, скатился, а теперь лезет вверх по горке, чтобы снова съехать первой.

- Вита! Пойдем домой сейчас же!

- Шестерка, - шипит на сестру Витка.

- Дамы, - подходит к нам Давид, - у меня уже не только уши горят, но и все остальное…

- Можно без твоих интимных подробностей? - тут же осекаю.

- Пошли отойдем, поговорить надо, - кивает мне.

- Не о чем.

- Есть о чем.