глава 11

Захар терпеть не мог подобные сборища, не ходил на них отродясь. Чувствовал себя в этой среде некомфортно. Вся эта богемная жизнь ассоциировалась у него с деклассированными элементами. Кому вообще нужна живопись, когда есть фотография и нейросети?

Странные люди, застрявшие в прошлом веке, занимающиеся ерундой, вместо того чтобы найти себе настоящее дело. Все эти, с позволения сказать, произведения искусства, галерея ужасов доморощенная. Он испытывал от соприкосновения с этим миром чувство неловкости. Испанский стыд. Вроде сам не замарался ничем, а все равно. И стремился абстрагироваться от всего.

Он бы и сейчас не пошел, но Ксения достаточно внятно объяснила, что на подобных выставках можно встретить нужных людей и завязать деловые знакомства.

- К тому же, это часть имиджа, а имидж надо поддерживать, - сказала она ему с улыбкой. – Нужно не просто соответствовать, а быть всегда на шаг впереди, задавать моду. В этом и состоит моя работа.

Ладно, тут он был согласен. Работа Ксении важна, ее связи тоже. И да, возможность завязать неформальные знакомства в деловой среде, тоже имела значение.

Его удивило количество журналистов и представителей СМИ, зато Ксения чувствовала себя здесь как рыба в воде. Ей улыбались, с ней здоровались, а она уверенно двигалась в этой толпе и продолжала говорить ему:

- В этот раз выставляется Миньковский, насколько мне известно, он тут представит несколько новых работ. Это самый популярный художник на данный момент, покупать у него модно. В его клиентах самые известные люди, нам надо засветиться. И целесообразно было бы тоже что-нибудь у него купить.

- Хорошо, - проговорил он, рассеянно глядя на развешанные по стенам картины.

Для него все это сливалось в какое-то грязноватое коричнево-серое пятно, но одна картина неожиданно привлекла его внимание. Изображенное на ней показалось чем-то знакомым. Красноватый закатный пейзаж вызывал пронзительные эмоции. Там было еще несколько картин, он отметил про себя и выполненный крупными мазками портрет девушки, тоже какой-то… Цеплял чем-то.

У экспозиции вертелся ущербный тип с красным носом, Захар подумал, наверное, его художества.

И тут он заметил в сторонке Наталью.

В тот момент он бывшую жену прибить был готов. Все-таки влезла в это дерьмо. Отиралась там, как… А рядом с ней какой-то богатенький старпер. С палочкой, бл***! Его чуть не вывернуло. Хотелось подойти к ней, тряхнуть хорошенько и сказать:

«Что, промышляешь по калекам теперь?! Богатенького папика нашла? Позорище».

Он прошел мимо, даже не взглянув на нее.

Поговорить с бывшей женой он собирался после.

***

Вот уж просто как страшный сон. Меньше всего Ната ожидала увидеть здесь бывшего мужа. Казалось, он просто уничтожит ее глазами, она отвела взгляд и застыла. Но к счастью, здороваться не пришлось, улыбающаяся Ксения тянула Захара вперед.

Уверенная, яркая. Почему-то проскочила ассоциация с ядовитой бабочкой. Прохор Ладов попытался заговорить с ней, но та едва кивнула ему и направилась вперед, туда, где уже собралась толпа у картин Миньковского.

- Кто это? – спросил вдруг Глеб, пристально глядя им вслед.

Наталья оглянулась.

- Это известная блогерша, Ксения Иварцева.

А Глеб отмахнулся:

- Я не про нее, меня не интересуют блогеры.

- Этот мужчина, - проговорил прищурившись. - Кто он? Я недавно здесь, еще не всех знаю. Мне показалось, вы знакомы?

Что Наталье было ответить? «Это мой бывший муж, с которым я только что развелась»? Да, когда Глеб в прошлый раз подвозил ее, она обмолвилась, что в разводе. Но тогда была полная анонимность. Много чего можно рассказать случайному попутчику, зная, что вы никогда больше не встретитесь. Теперь все внезапно стало личным и конкретным.

- Да, вы правы, мы знакомы, - кивнула Наталья, бросив взгляд туда, где стоял ее бывший муж.

Там сейчас было людно. У экспозиции господина Миньковского спонтанно образовалась светская тусовка. Журналисты, несколько серьезных солидных дяденек, судя по дорогим костюмам и особой повадке, элита города. Захар был среди них. И, разумеется, Ксения Иварцева, та была в центре внимания, улыбалась и оживленно что-то вещала.

В тот момент Наталье вспомнилось:

«Ты вообще имеешь представление, что такое мир художников? Они же все пьянь и наркоманы. Успешных – ноль целых, одна десятая процента, остальные – просто отбросы, побирающиеся случайными подачками. Хочешь пополнить их ряды?»

Презрение и злость, с которыми Захар выплевывал ей это в лицо. Месяца не прошло.

И это было даже не обидно, нет.

Просто, с ней он никогда не ходил в театры или на выставки. А тут и время нашлось, и желание приобщиться к искусству. Дело, значит, было не живописи, а в ней. Это ее он так презирал и ненавидел.

Черт… Стало вдруг смешно. И как всегда, вовремя включился здоровый цинизм. Хорошо, что они развелись. Зато теперь рядом с ним правильная женщина.

Еще на пару секунд Ната смотрела в тот конец зала, потом отвернулась и проговорила:

- Это Захар Проничев. Довольно крупный бизнесмен, Ксения Иварцева его невеста.

- Вот как, - Глеб прищурился и взглянул на нее искоса. - Понятно. Слышал о таком.

И уже другим тоном поинтересовался, снова переведя на нее взгляд:

- Так вы здесь по делу?

В глазах опять искорки и промелькнуло какое-то странное выражение.

- По делу, да, - Наталья улыбнулась. – Но мне уже пора возвращаться на работу. Я отпросилась ненадолго.

Ей даже придумывать ничего не пришлось. Во-первых, это была правда, а во-вторых, оставаться тут уже не хотелось.

- Не возражаете, если я подвезу вас? – неожиданно предложил Глеб, становясь так, что практически отгородил ее спиной. - Все, что меня тут интересовало, я уже увидел. Ну так что, едем?

- Ну… - Наталья скользнула взглядом по залу и кивнула. – Едем.

Может быть, нужно было попрощаться с Прохором, но тот был занят, и Ната решила – ничего страшного, если она исчезнет незаметно.

***

С того момента, как столкнулся здесь с Натальей, раздражение только нарастало. Захар слушал, что говорили вокруг него, и даже временами участвовал в разговоре. Но не мог отделаться от ощущения, что его бывшая торчит где-то здесь. Что она может здесь делать?! Старпер с палочкой раздражал его еще больше.

Но он принципиально не оборачивался и смотрел туда, а скользил хмурым взглядом по вывешенным на стене картинам. То, что он видел, ему не нравилось. Работы Миньковского были красивы, но казались ему мертвыми. Как фото на памятник.

Разговоры достали, Захар готов был уйти хоть сейчас.

Шумно выдохнул и все-таки обернулся.

Бывшей жены в зале не было.

С досадой осознав, что не видит Наталью в зале, Захар еще больше разозлился.

Куда могла деться?

Такая досада взяла, не хватало еще, чтобы она тут попалась на глаза кому-то из общих знакомых и начала болтать лишнего! Чувство идиотской тревоги закручивалось под ложечкой.

Где?

Он скользил взглядом по залу, цепляясь к лицам. Нахрен ему это было надо!

Но не только ее, того, безумно раздражавшего его мужика тоже нигде не было видно. Сейчас Захар едва удерживался, чтобы не обшарить каждый закуток этой гребаной выставки.

- Захар, ты меня слушаешь? – рука Ксении опустилась на его локоть и мягко сжала.

Он обернулся.

- Прости, я отвлекся. Что ты говорила?

Легкое облачко пробежало по красивому лицу невесты, потом она снова улыбнулась и сказала, показывая куда-то в сторону:

- Хорошо было бы приобрести.

- Что именно ты хочешь купить?

- Вот это, - она подвела его ближе к картине.

- Мне не нравится, - сразу отрезал он.

- Но это престижно. Это уровень. И не мешало бы сделать взнос в благотворительный фонд. Надо расти, милый, в наше время невозможно продвигаться без активной рекламы.

Захар только поморщился, а Ксения продолжала:

- Вот смотри, холст относительно небольшой и для работы кисти Ильи Миньковского очень демократичная цена. Конечно, если меня спросить, то я бы взяла вон тот подороже.

- Бери что хочешь, – бросил Захар.

- Спасибо тебе! – Ксения обняла его и поцеловала в щеку. – Обожаю!

И тут же заулыбалась, а рядом, как специально, защелкали затворы фотоаппаратов.

- Я отойду ненадолго, - сказал он.

- Конечно, да, - Ксения послала ему обворожительную улыбку и отвернулась. У нее тут были свои дела, она уже вела стрим. Все правильно, это ее работа, она этим делает деньги, и у нее до*улион подписчиков.

А он просто устал от шума. У него из головы не шло, куда могла деться бывшая. Но далеко отойти Захар не успел, натолкнулся на сына. Денис выглядел довольным и возбужденным, глаза блестели. Поздоровался и сразу сообщил:

- Арина должна подъехать. А вы потом к деду?..

Захар перебил его:

- Ты мать тут не видел?

- Что? – сын оглянулся, на лице возникло выражение неловкости. – Она здесь? Черт…

- Была, - обронил Захар, еще больше хмурясь. – Но я потерял ее из виду.

- Так, может, ушла? – с надеждой проговорил Денис.

- Может быть, - мрачно прищурился Захар.

Если ушла, то куда и с кем?

Какого хрена его должно это волновать?! Почему он должен заботиться о том, чтобы его бывшая ни во что не вляпалась?! Нахрен! - выдохнул он и, в конце концов, вернулся к Ксении.

А у той все было в самом разгаре.

- Долго еще? – поинтересовался Захар, мрачно глянув на парня с камерой на плече.

Еще двое торчали рядом.

- Часа полтора-два, пока не знаю, - шепнула ему Ксения, блеснув улыбкой. – Я постараюсь закруглиться раньше. Потом – все что угодно, я тебе обещаю… М?

И тут же переключилась:

- Здесь Денис? - махнула ему рукой. – И Ариша придет? Отлично. Это очень кстати! А ты не отходи далеко, ладно? Ты мне еще понадобишься!

- Хорошо.

Время надо было убить, он пошел слоняться по залу. Дошел до того места, где висел чем-то зацепивший его красный закат. На нем была табличка «Продано».

***

Наталья ушла намного раньше, практически сразу, как только Глеб предложил ее подвезти. Задержались совсем ненадолго, прежде чем выйти из зала, он сказал:

- Одну минуту, мне нужно сделать звонок. И сразу поедем, нормально?

- Конечно, звоните.

По времени она успевала. Мужчина с кем-то говорил, до нее долетали отдельные фразы. По ним можно было бы догадаться о сути разговора, но Ната старалась не прислушиваться. Отодвинулась и сосредоточилась на большом постере у входа.

- Ну, вот и все, – прозвучало рядом. – Можем ехать.

- Да, – она очнулась от своих мыслей.

Разных пафосных автомобилей у выставочного зала было припарковано много. Наталья поискала взглядом того монстра на колесах, на котором он подвозил ее тогда, однако в этот раз Глеб был на другой машине. Дорогая модель, но не кричащая.

- А где же ваш танк? – спросила она.

- На приколе пока. Высоковато, с ногой еще трудно забираться. Но это ненадолго.

Сейчас он был тем, кто есть на самом деле. Крепкий мужик со стальным взглядом. И выправка.

Однако они подошли.

- Прошу, - он открыл ей дверь.

Спустя минуту они уже отъехали от стоянки.

- Куда едем? – спросил Глеб, когда они выбрались на оживленную улицу.

Наталья назвала адрес, а он как-то странно покосился на нее и выдал:

- Кхммм.

Она подумала, может, ему совсем не по пути, сказала:

- Это, наверное, неудобно, да? Тогда можно до ближайшей остановки.

- Милая девушка, мы ведь, кажется, договорились, что не существует таких понятий, как далеко или неудобно, - произнес мужчина, не отрывая глаз от дороги.

И неожиданно перевел на нее взгляд. Наталья даже слегка покраснела, давненько ее не называли девушкой. Отвела глаза и уставилась в окно.

- Так я узнаю, что за секретные дела у вас были на выставке? Согласитесь, звучало очень шпионски.

- М? – она прикусила губу и искоса взглянула на него. – А вы во всем видите что-то подозрительное, Глеб Борисович?

- Угу, - мужчина хмыкнул, а по губам скользнула довольная улыбка.

Это был чистой воды троллинг. Но не обидный, ей хотелось поддержать.

- Вы, часом, не сотрудник спецслужб? – теперь Наталья повернулась к нему всем корпусом.

- Почти угадали! – мужчина расхохотался, крепко сжимая руль, и одновременно резко сманеврировал. – Бывший, теперь на пенсии. А фамилия моя…

Ну да. «Я артист больших и малых академических театров, а фамилия моя… фамилия моя слишком известна, чтобы я ее называл»*

- А фамилия ваша Милославский? – ей стоило труда, чтобы удержать улыбку.

- Нет, Покровский, - ответил он.

- А я Астахова.

- Ну вот и познакомились, - уже другим тоном сказал мужчина. - Так что?

Наташа пожала плечами, в конце концов, никакая это не тайна.

- Просто там было выставлено несколько моих картин. Но… как бы инкогнито.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

- А вы полны сюрпризов, Наталья Николаевна, - произнес с какой-то странной интонацией. - И что же это были за картины? Или тоже секрет?

- Нет. Уже нет. Было несколько работ, - она запнулась. - Всего пять на самом деле. И я впервые решилась на такое, потому немного нервничаю. Не поймите меня неправильно. Мои работы были выставлены от мастерской Прохора Лядова.

Он резко повернулся к ней:

- Подожди, подожди, дай угадаю… - и внезапно расхохотался, взъерошив волосы. – Красный закат?!

- Да, – она застыла, глядя на него. – А... что?

Мужчина покосился на нее и загадочно обронил:

- А это уже мой секрет.

Теперь она даже не знала, что сказать. Некоторое время они ехали молча, потом Глеб спросил:

- И где же работает женщина, которая пишет такие картины?

- В архиве одного НИИ.

- Где?! Серьезно, что ли?

- Вполне, - Ната улыбнулась. - Мы, собственно, уже приехали.

Потому что они действительно медленно подъезжали к воротам территории родного НИИ.

- Спасибо, что подвезли.

Глеб некоторое время смотрел на нее пристально, потом сказал:

- Обещайте, что мы еще с вами встретимся.

Что ей было ответить? Но он и не ждал ответа, просто оставил свой контакт и записал номер ее телефона.

- Если у вас вдруг возникнут проблемы. Или просто захотите поговорить. А теперь заходите, чтобы я был спокоен.

Дождался, пока она войдет внутрь, и уехал.

А она осталась у окошка КПП, из которого на нее во все глаза смотрел их неизменный вахтер (он же сторож). Но немая сцена долго не продлилась.

- Как съездили, Наталья Николаевна? - невинно поинтересовался вахтер, умудряясь одновременно коситься взглядом на улицу. - Чего там было на выставке?

- Кхммм, да, было интересно, - Наталья прокашлялась.

- А вас Виктория Львовна искала, хотела видеть.

- Да? – она кивнула, гадая, зачем могла понадобиться в отделе кадров, да еще во второй половине дня. – Хорошо, я поняла.

И уже хотела пройти через турникет, как зазвонил ее телефон.