Глава 19

Место оказывается именно таким, как Марина и хотела – с кучей людей, шумом и теснотой, хотя музыка не оглушает, разговаривать можно. Ещё не ад, но близко.

– Вот это нормально, – довольно говорит она.

Столики все заняты, поэтому мы садимся за барную стойку, заказываем вино и продолжаем болтать.

Марина смеётся, рассказывает, комментирует окружающих, иногда просто машет рукой:

– О, смотри, типичный «я весь из себя успешный»… через час будет рассказывать, какой он ранимый и вспоминать про свою бывшую-сволочь!

Я смеюсь, отпиваю из бокала и почти физически ощущаю, как наконец сваливается с моих плеч жуткая, невыносимая тяжесть.

Наверное, она вернётся… завтра, когда алкоголь выветрится из головы. А может и не вернётся. Но я успешно гоню от себя лишние мысли, и у меня даже получается просто получать удовольствие от происходящего.

К нам пару раз подходят, пытаются познакомиться. Марина отшивает всех так легко, что мне даже говорить ничего не нужно.

– Нам и вдвоём прекрасно! – заявляет она одному из особенно настойчивых.

– Полностью согласна, – добавляю, поднимая бокал.

Мы снова смеёмся, пьём, говорим уже вперемешку, без логики.

Телефон я беру просто так – время посмотреть. Марина в этот момент что-то оживлённо доказывает молодому парню-бармену, размахивая руками, а я, не особо вникая, машинально разблокирую экран.

И, проморгавшись, вижу пропущенный звонок.

Константин звонил. Несколько секунд просто смотрю на имя, как будто оно может исчезнуть, если не трогать. Потом, не давая себе времени ни на какие размышления, нажимаю на вызов.

Отвечает он почти сразу.

– Лара…

– Ты звонил? – выговариваю и сама понимаю, что прозвучало невнятно.

– Лар, ты… у тебя всё в порядке? – осторожно интересуется Костя.

– Лучше не бывает! У нас с Мариной тут очень весело!

Именно в момент произнесения этой фразы мой язык решает, что самое время начать заплетаться.

– Потрясающе, – резюмирует Константин скептически. – Не скажешь адрес, где ты сейчас?

– Тебе зачем?

– Хочу присоединиться к искромётному веселью!

– С тобой будет не так весело!

– Чего это вдруг?

– Ты же не будешь обсуждать с нами, какие все мужики сволочи!

– Ну почему, у меня тоже есть много весёлых историй о сволочах – например, о кадрах из Министерства здравоохранения!

– Это не то! – вздыхаю и ойкаю, потому что нога соскользнула по металлической подставке на высоком барном стуле.

– Ларочка, солнышко, – голос Тейхмана как-то меняется. – Будь добра, скинь мне свой адрес!

– Не…

– Я сказал, адрес! Геолокацию, Лара!

Даже вздрагиваю от резкого рявка.

– Ладно уж, – ворчу в ответ.

– Вот и умница, – бывший муж снова переходит на ласковый тон. – Я сейчас приеду! Проверю, чтобы никто из представителей моего пола случайно не подтвердил сволочную репутацию там рядом с тобой!

– Зануда, – бормочу, закатывая глаза.

– Я тебя тоже люблю, – фыркает Костя и отключается.

Тупо смотрю на замолчавший телефон, не понимая, это мне послышалось? Потом экран снова загорается сообщением в мессенджере. «Геолокация!!!»

Именно так, с тремя восклицательными знаками. Плохо попадая пальцами по экрану, скидываю то, что просит Константин, и сую мобильный в сумку.

– Кто звонил? – Марина, отвлёкшись от какой-то увлекательной дискуссии с барменом, поворачивается ко мне.

– Тейхман, – отвечаю, поморщившись.

– О-о-о, – тянет она, как-то предвкушающе прищуривается. – И что?

– Сказал, сейчас приедет.

Марина сначала смотрит на меня, потом вдруг расплывается в широкой улыбке.

– Ну всё, – заявляет уверенно. – Вечер удался!

– Да не начинай, – морщусь, отпивая из бокала. – Он просто решил проверить, не лежу ли я где-нибудь под барной стойкой. В конце концов, я же… кто там… заведующая… его родильного отделения.

– Ага, – фыркает Марина. – Конечно. Просто так главные врачи ночью по клубам не ездят, чтобы проверить своих заведующих, – многозначительно ведёт бровями.

– Я не его… – отрезаю автоматически

– Ну да, ну да, – прыскает она, кивает с преувеличенной серьёзностью. – Поэтому и едет!

Я закатываю глаза, но спорить уже не хочется. Голова приятно гудит, внутри разливается лёгкость, и даже мысль о том, что Костя сейчас сюда заявится, не раздражает так, как должна бы.

Решаю спуститься со стула, чтобы сходить освежиться, но снова чуть было не промахиваюсь мимо подставки для ноги.

– Осторожнее! – Марина ловит меня за локоть. – Ты сейчас с этого трона навернёшься, и никакой Тейхман не успеет тебя спасти.

– Да всё нормально, – отмахиваюсь, хотя чтобы удержать равновесие, действительно приходится постараться.

Ухожу в туалет, немного плещу в лицо водой… хорошо, что «боевой раскрас» мы с Мариной не делали. Когда возвращаюсь, вижу, что подруга внезапно включила «старшую акушерку» и о чём-то спорит с барменом, а молодой мужчина усмехается в ответ на её тыканья пальцем по барной стойке, но разговор умудряется поддерживать.

И тут, стоит мне взобраться обратно на барный стул, чувствую на себе взгляд.

А потом и руки. Ладони на талии, очень знакомые.

– Привет, звезда вечеринки, – в низком голосе слышна лёгкая усмешка. – Еле нашёл тебя.

– О, – Марина оборачивается к нам и расплывается в довольной улыбке. – А вот и спасательная бригада подъехала!

– Марина, – бурчу, но она уже переключается на Костю.

– Константин Альбертович, – преувеличенно вежливо здоровается. – Не переживайте, мы тут очень культурно отдыхаем!

Костя переводит на неё короткий взгляд, кивает.

– Да уж вижу, – говорит спокойно. – А вам не пора?

– Куда? – Марина округляет глаза.

– Домой, – так же спокойно отвечает он. – Обеим!

– О-о-о, – Марина хохочет. – Какой командный голос! Прямо сразу захотелось подчиниться! Простите, Константин Альбертович, я любя!

– Я понял, – он хмыкает, но совершенно без злости. – Лар, пойдём, я тебя отвезу. Времени вообще-то уже второй час ночи.

– Детское время! – отрезаю больше из чувства противоречия, чем от нежелания уходить.

– Ларочка, ты на стуле уже еле держишься, – качает головой мужчина.

– Нормально я… ой!

А всего-то повернуться хотела. Но ведёт в сторону так, что удержаться помогают только руки Константина, который моментально подхватывает меня, помогая восстановить равновесие.

– Это стулья неустойчивые! – заявляю недовольно.

– Я так и подумал, – безропотно соглашается Тейхман. – Давай я тебя отвезу куда-нибудь, где они более удобные, хорошо? Пойдём.

До меня вдруг доносится уверенный голос Марины, которая, уже снова потеряв к нам интерес, втолковывает парню, протирающему бокал:

– А я тебе говорю, если матка после родов мягкая, это не значит сразу лить окситоцин как из ведра! Сначала руками посмотри нормально, мочевой пузырь проверь, кровопотерю оцени, а не геройствуй!

Чуть было глаза не закатываю. Нашла место лекции читать!

Но бармен неожиданно, усмехнувшись, выдаёт:

– Вообще-то я и не спорю! Если атония, сначала оценка состояния, массаж матки, мочевой пузырь, кровопотеря, а потом уж всё остальное.

Марина на секунду замирает и смотрит на него с таким искренним изумлением, как будто перед ней бутылка внезапно заговорила человеческим голосом.

– Так, – говорит медленно. – А ты у нас кто такой интересный?

Парень только пожимает плечами, поставив один бокал и беря вытирать другой.

– Марина, – зовёт старшую акушерку Константин. – Тебя домой подкинуть?

– Не надо, – та только отмахивается, продолжая с любопытством разглядывать молодого мужчину напротив. – Езжайте. Я сама потом доберусь! А скажи-ка мне… – обращается снова к бармену, но тут меня отвлекают.

– Лара, – Костя тянет меня с барного стула, – пойдём.

– Я и сама могу! – нахмурившись, отталкиваю его руку, пытаюсь выровнять положение тела, но получается плохо – мир на секунду уезжает в сторону. – Чёрт…

Костя реагирует быстрее, чем я успеваю что-то сообразить. Ловит, а потом просто берёт и… подхватывает меня на руки!

– Ты что творишь?! – вырывается у меня. – Поставь немедленно!

– Не поставлю, – он уже разворачивается и идёт к выходу, неся меня так, как будто я вообще ничего не вешу.

– Костя!

– Не ёрзай, а то уроню! И не факт, что случайно, – усмехается он криво.

– Ты ненормальный, – бормочу, уткнувшись ему в плечо.

– Есть такое дело, – вздыхает мужчина.

Ему даже двери клуба открывают! Охранник или кто-то ещё… не успеваю увидеть. И отпускает он меня только возле машины.

– Садись, – помогает сесть, придерживая, чтобы не ударилась головой, сам пристёгивает ремень безопасности.

– С чего такая забота? – ворчу, откидываясь назад и закрывая глаза.

– С того, что я без тебя не смогу, ты же моя… заведующая, – запинается Костя перед последним словом.

– Угу, – вздохнув, устраиваюсь удобнее. – Знаешь, что я тебе скажу, Тейхман?

– Что?

– Я всё равно не могу забыть тебя до конца. Это не лечится, да?

Молчание получается таким долгим, что я даже приоткрываю глаза, смотрю на мужчину, крепко сжавшего руль и глядящего перед собой.

– Кажется, да, Лар, – наконец кивает он, смотрит на меня и улыбается как-то так искренне, так по-настоящему, что я опускаю взгляд, не в силах продолжать на него глядеть. – По-моему, у нас с тобой одно заболевание на двоих. Называется: «Я люблю свою бывшую».

– Я не говорила, что люблю, – пытаюсь слабо спорить.

– Ну, я говорю, что люблю, – он пожимает плечами, заводит машину.

– Ты же понимаешь, что это полный… капец, – снова закрываю глаза, меня сразу начинает клонить в сон, когда машина набирает скорость.

– Я бы не так выразился, дорогая моя, – доносится до меня.

Константин как будто говорит ещё что-то, но сосредоточиться не получается. Словно весь выпитый мной за сегодняшний вечер алкоголь внезапно решает действовать как снотворное. И прихожу в себя я уже только в момент, когда меня обдаёт прохладой из открытой двери автомобиля.

– Иди сюда, Лар, – ласковый голос. – Давай, обхвати меня за шею.

– Я… дойду… – выдыхаю кое-как. – Ключи…

– Пойдём, пойдём. Конечно, дойдёшь. А я помогу. Где там твои ключи? В сумке?

– Ага…

До квартиры Костя меня действительно доводит, придерживая за талию. Открывает дверь, я, пройдя в коридор, на автомате скидываю туфли.

– Помочь тебе лечь в постель? – в его голосе нет ни намёка на что-то лишнее.

Но… кажется, тот же алкоголь играет со мной злую шутку.

Или просто все тормоза у меня внезапно отказали?

Потому что я просто обхватываю его за шею руками и прижимаюсь к крепкому мужскому телу.

– Помоги… – выдыхаю на ухо вздрогнувшему мужчине.

– Ларочка, не надо, – он качает головой. – Ты выпила лишнего…

– Какая разница?! – подаюсь вперёд и прижимаюсь к его губам.

Костя впечатывает меня в стену почти сразу же. Целует так, что мне не хватает воздуха, гладит по талии, спускается к бёдрам, но…

Останавливается.

– Нет, моя хорошая, – выговаривает, задыхаясь. – У тебя стресс. Ты завтра будешь жалеть, а я не хочу, чтобы ты жалела!

– Не буду я жалеть, – хватаю его руку, тяну вниз, туда, где платье задралось до самых бёдер и даже выше, и у меня вырывается стон, потому что я помню, как это у нас с ним было…

Как давно у меня этого не было…

– Ларочка, солнышко моё… не так, любимая моя, не так! – Костя стискивает зубы, мотает головой. – Я же… знаю тебя…

– Конечно, знаешь, – откидываю голову назад, зажмуриваюсь, потому что он сам, хоть и не двигается, но начинает поглаживать меня ладонью.

– Я дам тебе то, что ты хочешь, – говорит сквозь крепко сжатые челюсти. – Всё, что хочешь… Но по-настоящему… по-настоящему мы с тобой будем вместе только тогда, когда ты будешь понимать, что происходит…

– Да… – выдыхаю, даже не думая, с чем соглашаюсь, мне просто хочется, чтобы он сделал уже… хоть что-то!

И он делает. Даже не пытается снять с меня бельё, но я чувствую через ткань его пальцы, и он делает всё настолько хорошо, настолько так, как надо, что мне не удаётся сдерживать стоны.

Оргазм накатывает быстро, неудержимо, вспыхивает, заставляя дёрнуться, вскрикнуть, задрожать и обмякнуть в руках мужчины.

– Какая же ты горячая, – слышу дрожащий шёпот. – Моя ты, Лара… как была, так и осталась! Моя девочка! Жена моя…

После пережитого удовольствия подкашиваются колени, и Костя снова подхватывает меня на руки. Доносит до спальни, опускает на кровать, отходит, что-то делает, я толком не понимаю, что – и только чувствую, как меня накрывают чем-то тёплым… пледом?

– Спи, любовь моя… бедовая, – тёплый вздох, касание губ.

Хочу возразить, чего это я бедовая, но не успеваю – проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь резко, как будто меня кто-то толкнул.

Несколько секунд лежу, не двигаясь, не открывая глаз, и пытаюсь понять, где я и что со мной. Голова тяжёлая, во рту неприятно, но это ожидаемо. В конце концов, несколько раз моргнув, морщусь от яркого света, проникающего в щёлочку между шторами.

– Ох, боже… – с трудом сажусь на постели, оглядываю себя… и со стоном закрываю лицо ладонями.

Вот это я вчера дала маху! Господи, как теперь Косте в глаза смотреть… а где он, кстати?!

Отняв ладони от лица, прислушиваюсь и понимаю, что в квартире я совершенно точно не одна. На кухне какое-то движение.

Вздохнув, кое-как сползаю с кровати, достаю из шкафа первую попавшуюся одежду и тихонько, надеясь, что меня не будет слышно, ползу к ванной.

Я хотя бы буду чувствовать себя увереннее, если буду умытая! На «прилично выглядеть» не рассчитываю, не тот возраст, чтобы после такого количества алкоголя быть бодрой как огурчик.

Уж не знаю, удаётся ли мне проскользнуть незамеченной, или Костя просто деликатно даёт мне возможность привести себя в порядок, но когда спустя полчаса я захожу на кухню, то как минимум ощущаю себя человеком.

– Доброе утро, – бывший муж поворачивается ко мне от плиты, улыбается так естественно, как будто он… не бывший, а вполне себе настоящий.

– Угу… – выдавливаю из себя, отводя глаза. – Доброе…

– Садись, я заварил чай, – Костя достаёт с полки две чашки. – Прости, похозяйничал тут у тебя немножко…

– Да ничего, – неловко опускаюсь на стул.

– Готовить тебе завтрак не стал, подумал, что вряд ли ты будешь голодная, – продолжает он спокойно, ставя передо мной чашку и наливая мне чай. – Да и в холодильнике у тебя мышь пока не повесилась, но уже плачет голодными слезами! Ты же сегодня выходная, лучше чуть позже сходим куда-нибудь поесть, но сначала прогуляемся немного, тебе надо воздухом подышать, бледная, как поганка.

– Столько комплиментов с утра пораньше, я прям не знаю, куда деваться! – во мне просыпается привычное ехидство. – А если я не хочу с тобой гулять?!

– Ну наконец-то ты начала нормально разговаривать, любовь моя, – фыркает Костя. – А то я уж подумал, что ты весь день от меня глаза прятать будешь!

Закусываю губу и снова утыкаюсь взглядом в чашку с чаем. Но меня тут же отвлекают. Костя присаживается рядом на корточки, кладёт ладони мне на талию, поглаживает.

– Лар, ну что ты как маленькая, – говорит ласково. – Всё ведь в порядке.

– Угу, так в порядке, что мой бывший муж, с которым мы в разводе, заваривает чай у меня на кухне наутро после того, как… – запинаюсь и не договариваю до конца.

– Лар, я же не собираюсь давить на тебя или ещё что-то, – начинает Костя серьёзно.

И чуть сжимает ладони. И я, поморщившись от неожиданности, охаю.

– Что такое? – мужчина тут же растерянно отдёргивает руки.

– Да ничего, как-то… дискомфорт какой-то, – вздыхаю, распрямляя спину.

– Ударилась где-то? Вчера? – он тянет наверх мою футболку.

– Эй!

– Лар, да перестань ты, чего я там не видел! Просто осмотрю!

– Нет у меня там ничего, никаких синяков, – придерживаю подол.

– Тогда тем более, – Костя хмурится. – Успокойся и сама приподними, не нужна мне твоя грудь, бок покажи.

– Это сейчас прозвучало странно, ты же понимаешь? – хмыкаю, глядя на него, и он тоже усмехается.

– Да, понимаю, – но тут же сгоняет с лица улыбку. – Давай, показывай, где болит?

– Не болит, просто тянет, – вздохнув, приподнимаю футболку. – Да ладно, это наверняка из-за того, что я выпила прилично после большого перерыва…

– Ты же не после недельного запоя, чтобы такую реакцию выдавать, – Костя сосредоточенно пальпирует область левого подреберья.

– М-м-м… – тяну, когда его пальцы проходятся по той самой точке.

– Здесь? – мужчина смотрит на меня напряжённо.

– Немножко, – признаюсь неохотно.

Он кивает, выпрямляется.

– Планы поменялись, – говорит твёрдо. – Прогуляемся мы с тобой обязательно, но сначала дойдём до УЗИ.