Глава 62. Не оставлю

Выхожу из калитки. Останавливаюсь и сердито поправляю берет на голове.

Яр опять караулит меня.

Опять ждет.

Опять стоит мрачным истуканом, а рядом с ним зевает во всю зубастую пасть Маркиза, а потом она замечает мою фигуру и машет хвостом.

— Хватит уже! — кричу я. — Надоел!

Мне отвечает Маркиза глухим лаем и виновато смотрит на Яра, который вытягивает руку из кармана теплого осеннего пальто-пиджака.

Опять решил щелкнуть Маркизу по уху?

Поджимаю губы и с угрозой щурюсь.

Но Яр не щелкает Маркизы по уху, а треплет по холке, и в ответ Маркиза лижет его пальцы.

— Тебе не надоело, Яр?!

Ветер между нами свистит и проносит сухие листья с грязным полиэтиленовым пакетиком, который я провожаю растерянным взглядом.

Откуда он, блин, летит?

На нашей улице что-то в последнее время стало грязно. Убирают кое-как, мусор стали вывозить реже, урны на улице вечно забиты под завязку.

И сколько бы я не жаловалась, все без толка.

И не только я жаловалась.

Соседи даже собирались на встречу с управляющей компанией, но в итоге им скормили пустые обещания и сказали, что будут повышать тарифы.

Перевожу взгляд на Яра.

А вот он… Вот он бы добился того, чтобы на нашей улице сменили управляющую компанию или же нынешних лентяев заставил работать.

Никто не посмеет Ярославу фыркнуть или заявить, что надо сначала повысить тарифы, а только потом требовать чистую улицу и более частый вывоз мусора.

Поправляю шарф на шее, чтобы ветер не задувал, и уверенно шагаю через дорогу к Ярославу, который ждет меня в суровом молчании.

Шмыгаю.

Может быть, я зря я решила попросить его о помощи, но мне надоел мусор на улице,а скоро зима, снег и гололед. Нужна хорошая и ответственная управляющая компания, которая не позволит людям идти через сугробы или скользит по обледеневшей брусчатке.

— Яр! — заявляю я, когда подхожу к бывшему мужу.

— Нет, мне не надоело, — отвечает он, выпуская изо рта потоки пара.

Он без шапки, а на улице холодно, и волосы на голове у него нет. Он же их убирает почти под ноль.

Уши красные.

Он точно под таким ветрищем заболеет.

Я стягиваю шарф и сердито накидываю его на голову Ярослава.

— Лера…

— Заткнись, а, — шиплю в ответ, закутывая его, — ты мерзнешь стоишь!

В юности я ему постоянно напоминала про шапку, которую он всегда забывал надевать или терять.

Даже пару раз скандалила и говорила, что если он заболеет, то лечить не буду.

Но лечила.

— Ты должен поговорить с управляющей компанией, которая занимается уборкой и вывозом мусора, — еще раз заматываю концы шарфа на шее Яра, — они обнаглели, Яр, — серьезно смотрю в удивленные глаза, — меня они не слушают…

— Лера, ты…

— Да, я хочу, чтобы ты пошел и разобрался с ними! — перебиваю его на повышенных взволнованных тонах. — Разнес их шарашкину контору! Они надоели, Яр! Работать не хотят!

Он перехватывает мои запястья и мягко их сжимает, заглядывая в глаза.

— Я разберусь.

А зрачки расширены, как у наркомана под дозой.

Да у меня самой от его тихого и низкого обещания “Я разберусь” волна слабости по всему телу прокатывается.

Как я давно этого не слышала.

— А когда… разберешься? — уточняю я вздрогнувшим голосом.

— Сегодня.

Жарко. Очень жарко.

— Хорошо, — отвечаю.

Разжимает пальцы, и я медленно вытягиваю запястья из его захвата. Укутанный в мой объемный розовый шарф Яр не выглядит глупо или смешно.

Он все еще мрачный и злой огр, но в розовом шарфике, и я хочу, чтобы этот огр поцеловал меня.

До сладкой дрожи в груди.

Я, конечно, буду сопротивляться, вырываться, но это лишь для того, чтобы опять почувствовать его физическую силу, его мощь, его власть надо мной, маленькой, слабой и глупой.

Но… сам он сейчас не догадается, что ему можно сыграть в агрессивного и доминирующего самца.

Я должна его спровоцировать.

По-женски хитро и ловко.

Так, чтобы он решил, что это он первым проявили инициативу, а не я.

Как?

Я лезу в карман за лимонной карамелькой. Эти кислые конфетки всегда со мной. Я так и не смогла от них отказаться.

— Прекрати уже ходить за мной, — разворачиваю карамельку замерзшими пальцами, не отрывая взгляда от лица Яра, — это глупо.

— Я сам решу…

Яр замолкает на половине фразы, когда я невозмутимо закидываю лимонную карамельку в рот. Я успеваю ему показать кончик языка, перед тем сомкнуть губы и причмокнуть.

Да, провоцирую.

Ну и что.

Это мое право.

И мне не стыдно.

— Ладно, я пойду.

Разворачиваюсь на носочках и делаю всего лишь один шаг. Яр вновь хватает меня за руку и разворачивает к себе.

— Ты что… творишь, Лера…

— Ты о чем?

Значит, тогда в машине и его накрыло от лимонных карамелек воспоминаниями. Он поэтому был таким козлом? Перевозбудился, да?

— Ты же знаешь, Лера…

— Нет, не знаю. О чем ты, Яр? — недоумеваю.

— Об этом.

Я не успеваю выдохнуть, как он рывком притягивает меня к себе, въедается в рот, проталкивает за зубы язык и затем нагло жадно высасывает мою карамельку. Нёбо обволакивает кислая сладость. На секунду я отключаюсь от реальности.

Резко отстраняется и, пьяно вглядываясь в мои глаза, с хрустом раскусывает карамельку.

Сердце стучит как бешеное. Кровь пульсирует в висках.

— Какой же ты козел! — я даю ему слабую пощечину. — Оставь меня!

Вырываю руку из его ладони и шагаю прочь. Закусываю губы, сдерживая улыбку, дышу тяжело и оглядываюсь.

Следует за мной. Маркиза от Яра не отстает.

— Оставь меня! — говорю я.

— Нет, — мрачно отвечает. — Не оставлю.