Глава 39

Анна

Свекровь вернулась домой не рано, элегантная сумочка переброшена через плечо, в руках пакеты фирменных магазинов одежды, да и сама она одета на удивление хорошо, стильно и модно.

— Артур — просто чудо! — начала она с порога, — Я уже выбрала, в чем буду праздновать свадьбу. Дело теперь за тобой. Костюм или платье? Костюм для вступления в брак — это так стильно! Последний писк моды!

С кухни выглянул пасынок с бутербродом в руке.

— И кто на нее наступил? — басовито произнес парень.

— В каком смысле? Аня, ты понимаешь, о чем он говорит?

— В том смысле, что мода она что — мышь? Наступили и она визжит? А, ну вас.

Парень махнул рукой и опять скрылся на кухне. Я же просто не знаю, с чего начать разговор.

— Ну, как? — Клавдия Семёновна загадочно улыбнулась, перешла на шёпот и внезапно превратилась в истинную кокетку.

— Что — как? — решила на всякий случай уточнить я.

— Как все прошло? Хотя, зачем я спрашиваю? Ты вся сияешь! По глазам видно, Артур — настоящий мужчина... Во всем.

— Я не... Мы не.

— Ну, мне-то можно сказать правду? Я же не осуждаю. И потом, твой жених так красив. Аня! Я действительно рада, что у тебя все сложится хорошо. Пускай вы с моим сыном будете счастливы оба. Но по отдельности. Это же ничего не меняет? Ты мне все равно как дочь.

— Спасибо, — смущённо ответила я.

Раздался дверной звонок. Сердце испуганно ухнуло и по ощущениям спряталось в глубине живота. Захотелось одновременно и выть, и молиться, только бы находиться подальше от этой проклятой двери. Я почти кожей почувствовала, как звякнул на двери засов, как напряглась эта узенькая полоска никчемной стали. Только бы она смогла удержать зверя там, где он сейчас есть. Мне с лэмом будет просто не справиться, брачный договор, который я подписала обманом, спеленал мою магию. Сейчас я и сама это чую.

— Ой! Благодетель вернулся! А мы еще не одеты и стол не накрыт, — подмигнула свекровь,

— Ты поставь чайник, а я пошла открывать.

— Нет, — мой голос упал до шепота.

— Дорогой Артур! — выкрикнула свекровь.

Мне пришлось схватить ее чуть ли не в охапку, лишь бы оттеснить от двери.

— Анечка, ну что же ты. Я тебя во всем поддерживаю и понимаю, к чему все эти сантименты? Давай, попозже обнимем друг друга и посидим за столом, откроем варенье. Вишневое, у меня есть еще...

— Там стена обвалилась, — Клавдию Семёновну не просто сбить с толку, если уж она на что нацелилась. Порой мне кажется, что летящую пулю уговорить сменить траекторию полета и то будет легче, чем отвлечь свекровь от намеченной цели.

— Аня?

— Идёмте смотреть. А то дом рухнет.

— Какая стена? Ты о чем?

— В моей спальне нет большого куска стены.

— Ну я, конечно, все понимаю. Кровать сломать, шкаф опрокинуть, стол там... Но, чтобы стену? Такого даже со мной не случалось, а я все же была замужем не один раз, — женщина одобрительно покачала головой, — Теперь я, кажется, понимаю, почему ты так смущаешься к-хм своего жениха. Ну, идем быстро, посмотрим!

— Женя? Подойди сюда, сын, — позвала я тем самым особенным, тихим и спокойным, «мамским» голосом, от которого снег способен пойти посреди лета.

Женя закашлялся, отчетливо послышался лязг разбитой о кафель тарелки.

— Ничего, это к счастью, — прошептала свекровь.

— Мне вы говорите совсем другое.

— Нет, ну а что еще я могу говорить, если ты даже тарелки на счастье разбивать не умеешь? Все же нужно делать с душой!

— Мамочка, я уже иду. Кстати, нам пора купить новый сервиз.

— На счастье, — не удержалась и добавила я. Свекровь поджала губы и выдохнула так, будто хотела зашипеть по-змеиному, да постеснялась.

— Хоть бы и на счастье! И вообще, мне не нравится твой тон, Аня.

— Прошу прощения, вы как всегда правы.

Вновь прозвучала та самая изумительная фраза, которая сохранила мне кучу нервов, а Клавдию Семёновну, я полагаю, и вовсе пару раз уберегла от удара.

Мы дружно вошли в мою комнату. Женька выглядывает из-за плеча, почти нависает, свекровь медлит. Из-за входной двери слышны громкие крики Артура. Голос дракона пока еще полон радости и предвкушения встречи. Я же боюсь хоть чем-то выдать свой страх. Ни Женя, ни Клавдия Семёновна ни о чем не должны догадаться. Иначе свекровь упрется, никуда не пойдёт, попробует уговорить лютого зверя отступить от меня.

— И где же та дырка в стене? — хмурит брови свекровь, а я застенчиво улыбаюсь.

Мягким движением отвожу в сторону картину. Из портала веет летом, нагретыми на солнышке фруктами, вон и мой раб у стены стоит. Точнее, мой самый любимый мужчина. Брови сведены в одну линию от напряжения, губы поджаты. Хоть бы он сейчас ничего лишнего Клавдии Семеновне не ляпнул.

— Ой, а вы прораб, да? Стена бракованная оказалась, рабочие замуровали в ней хлеб, — извиняется свекровь перед Чезаро, а тот совершенно ничего не может понять, — Ее мыши прогрызли. Надо же было такому случиться! Но ничего. Вы сами залепите дыру? Цементика дать?

— Сиятельная? — Чезаро повел плечами. Кажется, парень смутился. Зато свекровь по-прежнему прет, как таран.

— Просто у вас такой решительный вид, что я чувствую, именно у вас все должно получиться. Но, если хотите, мы, конечно, можем и сами залепить эту стену, но возможны эксцессы. Боюсь, как бы не пришлось переделывать. Да.

— Клавдия Семёновна, пролезьте вперед, пожалуйста.

Я прошу ее, а сама внутренне содрогаюсь от тех глухих ударов кулака, которые градом сыплются на нашу входную дверь. Вон и Женька затравленно обернулся.

— Ты что, боишься жениха? — свекровь искренне изумилась.

— Не совсем. Просто хочу повременить со свадьбой.

— Даже не думай! Пока ты временишь, он себе другую тещу найдет! Нет уж.

— Женя, помоги мне. Нам нужно пролезть туда. Клянусь, у твоей Машки будут лучшие конюшни и личный конюх. Станешь скакать по берегу моря.

— Ага.

Сын будто бы всего этого только и ждал. Он ловко обнял бабушку, приподнял ее над полом и почти пропихнул в портал.

— Продажный осел! — шипит свекровь. А я помогаю подтолкнуть ее сзади. Мой бывший невольник спешит к нам, подхватывает свекровь на руки, помогает ей встать ровненько посередине пентаграммы. Интересно, откуда она здесь взялась.

— Где мы, Аня? — ошарашенно озирается элегантная женщина.

— На берегу моря.

Женька так же бодро закидывает в портал и меня. Я едва успеваю хотя бы как-то сгруппироваться, неловко встаю. Чезаро вопросительно смотрит на паренька, даже бровь изогнул, того гляди бросится на мою защиту.

— Женщин должно беречь, если ты воин.

— Берегу, как могу, — нисколько не смущается мальчик, — Там сейчас дверь разобьют, слышите? Можно мы у вас пока погостим?

Чезаро весь подобрался, провел рукой по волосам, улыбнулся немного криво.

— Что ж, тем обиднее будет Артуру проиграть сражение. Одно дело — биться с равным и совсем другое — с обритым.

— Вы о чем?

Женька нахмурился, повернулся, заметил окно и море за ним. Парень взволнованно потряс головой.

— Слышал, можно сойти с ума, если много заниматься уроками, — парень резко и возмущённо вздохнул, — Я думал, мне это не грозит. Вчера вон к контрольной подготовился. Зря. Во всех смыслах зря. Ни пятёрки, ни ума теперь нет. Это что же у наших отличников в головах тогда творится? Хм. Нет, ну зато я понимаю, зачем они так много учатся вместо того, чтобы пить мм-м лимонад где-нибудь за гаражами. И деньги не тратишь, и учителя довольны, и галлюцинации такие, что жуть. Не, больше никаких контрольных, никакой подготовки к ним.

Свекровь стоит там, куда ее поставил Чезаро, водит носом, принюхивается, недоверчиво косится на меня.

— Аня, только давай договоримся, меня не нужно лечить. Экономь средства. Да! Совсем не так я представляла сумасшествие. Эта версия мне по душе. Я на пляж, меня не искать и не спасать.

— К оружию, мой союзник.

Я не успеваю вертеть головой, что задумал Чезаро, вовсе представить себе не могу, просто смотрю на него с изумлением, — Если я погибну, вы должны будете вступиться за мать, такова честь воина.

— Да, конечно. Само собой. Алебарда есть? Или для того, чтоб алебарда появилась, нужно еще и к математике подготовиться?

— Оружейный зал на втором этаже. Выбирайте то, что вам по руке. Против дракона лучше всего действует рапира при точном ударе. Тонкое и крепкое лезвие способно проскочить между чешуек и принести вам ко всему прочему славу. Алебардой того не достичь, несмотря на видимое преимущество в силе удара.

— Еще и дракон! Да, теперь-то я понимаю отличников. Так и академиком можно стать. И все легально, без побочных эффектов, без привыкания. Достаточно немного поучиться за современными учебниками, и драконы появятся сами.

— Бегом! Время теперь торгуют по цене жизни!

Женька испарился, только засверкали по лестнице домашние спортивные тапки. Я же сдвинуться не могу с места, кое-как, вкривь и вкось залепляю портал, а он и не желает исчезать.

— Ты думаешь, Артур ворвётся сюда?

— Лэм искал избранную лет триста, если верить договору, полагаю, он не готов теперь отступить от жены.

— Нужно было Женьке сказать, чтоб убежал и не возвращался.

— Он уже не ребенок, его не нужно спасать. Твой сын не предатель, он воин и обязан заступиться за мать, — безапелляционно отвечает Чезаро.

И я не знаю, прав он или нет. Мне было бы гораздо спокойней, если бы мой сын спасся, чем если он будет готовиться к бою. Да только я не права и сама понимаю свою ошибку. И все равно страшно.

— Ты возьмёшь шпагу? Чезаро, я прошу, будь осторожен.

— Обойдусь без нее.

Черная тень набежала на двор, свет померк. Стали слышны удары крыльев о воздух. Кажется, сам дом мой теперь содрогнулся. И только любимый будто бы никуда не торопится, прислушивается, кривит в презрительной, надменной улыбке губы.

— Посмотрим, кто удостоится главного приза, кому продлит ниточку жизни шалунья Судьба.

Чезаро бросился к выходу один, совсем безоружный, из одежды на парне только штаны. А я словно закаменела, не понимаю, что могу сделать, как помочь и кому. На втором этаже топает мой ребенок, за окном свекровь торопится к морю, попутно, прямо на бегу, срывает с клумб цветы. Всех их нужно спасти, вот только как это сделать? И я бросилась вон вслед за Чезаро. Пускай дракон заберет меня, пускай хоть в клочья порвет, только бы он сохранил тех, кого я люблю.

И вновь грохочут полотнища крыльев над крышей. Коридор кажется длинным невыносимо, я чуть не путаюсь в своих собственных ногах, наконец-то выскальзываю за дверь. Две тени взметнулись вверх в воздух. Я не вижу Чезаро. Оглядываюсь по сторонам, но его нигде нет. И земля под ногами будто дрожит, а сам воздух стал таким же опасным, напряжённым, каким он бывает перед бурей или сильной грозой. И, кажется, ничего нельзя уже сделать. Может, любимого моего просто сожрали? Нет его больше, все?

— Круто! — кричит Женька в окно, — Математиком стану!

Один дракон хватает другого лапой за горло, сжимает, второй бьёт крыльями, ударяет хвостом. Черные капли срываются вниз из раны, они похожи скорее на мазут, чем на кровь. Пахнет расплавленной резиной, бензином и разогретой сковородой. Вспышка огня, резкий взмах крыльев, шипение. Драконы сцепились и тонут в огне, кажется, они вот-вот сгорят оба. Удар о землю, по-моему, из-за него мой дом чуть не соскочил со своего места прямиком в море.

— Ох и ничего себе! — восторгается Женька.

С ужасом я понимаю, что драконы делят меня. Клубок огня выпустил наружу хвосты и крылья. Две огромные твари, два пламенеющих сердца готовы в клочья разорвать друг друга. И кажется, я никому из них не достанусь. Вот только Чезаро нет нигде. Погиб? Сбежал? Ранен?

— Артур побеждает! Или это Чезаро?

— Он что, тоже дракон?

Рев, неистовый вскрик, градом о землю сыплются удары когтей. Один дракон норовит победить другого, да только никак не может осилить. Он бьётся изо всех сил, яростно наступает. В то время, как второй просто расчётлив и ударяет наверняка.

Две переплетенные шеи, хвосты взрывают землю, пламя резко погасло, бой будто бы стих. Я только и успела, что вздохнуть, как огонь вновь вспыхнул на секунду. Кажется, он отрезвил этих двоих. Драконы осыпались чешуей на землю, усеяли ею всю траву. Громадные, лысые, бескрылые и бесхвостые. Они резко сжались в размерах и закрутились в одежду. Посреди развороченной, дымящейся земли стоят друг напротив друга Артур и Чезаро. Один одет в дорогие одежды, второй почти голый, только глаза горят яростью.

— Ты хорошо дрался, — Артур стряхнул пыль с пиджака, — И сумел обойти меня, бастард. Мне теперь есть кем гордиться. Признаю, твоё право на это семейство. Забирай.

— Благодарю. Надеюсь, больше никто не осмелится переступить чертог моего логова.

— Ни один дракон себе этого не позволит. Раз уж ты смог взять верх надо мной, сын. Правду говорят, по любви оно всегда лучше дети родятся.

Артур начертил портал, вскрыл его, будто консервную банку, и стремительно исчез.

— Отец? Чезаро, ты сын лэма Артура?

Парень ехидно хмыкнул.

— Бастард, рождённый в браке с другим. Моя мать изменила своему мужу, герцогу Боржа. Ей был нужен ребенок, и она смогла его получить. И знаешь, я ее не виню. Жалеешь, что вышла замуж за бастарда, дорогая супруга?

— Я не понимаю тебя?

— Тот драконов договор, на котором осталась капелька твоей крови, он был заключен между кланом лэма Артура и тобой. Понимаешь?

— Между всем кланом и мной? — я нервно сглотнула.

— В договор внесены имена всех женщин, что вплелись в наш род. Абсолютно всех. И твое теперь тоже.

— Допустим.

— Так случилось, что я принадлежу к клану Артура, хоть и бастард. Но у меня больше прав на тебя, чем у него. Я опередил своего родного отца. Теперь ты принадлежишь мне.

— Почему?

— Ты сама отдала свою судьбу по одному из самых древних договоров этого мира. Да и не только этого.

— Меня обманули. Твой кровный отец меня обманул!

— Драконов договор не предполагает честной сделки. Ты — моя жена и никогда не познаешь другого мужчины. Погубишь меня, тебя возьмет в жены кто-то другой из моего клана, станет заботиться о тебе и о наших детях.

— Я сама по себе.

— Ты моя по праву. И даже не думай завести гарем или второго мужа. Загублю всех.

— Я и не думала, — я озадаченно пожала плечами.

— Молодец, что правильно меня поняла.

— Я действительно не думала.

Чезаро только хмыкнул в ответ.

— Позволь, я отлучусь ненадолго. Хочу раздобыть себе более подходящий наряд, да и не только его. Вечером устрою пир. Созовём гостей из вельмож...

— Так, погодите, я не понял, а там стоят конюшни? Маааам! Машка будет жить там? Прямо в них? — Женька беззастенчиво перебил дракона, — Кстати, рапиру не удалось оторвать от стены. Но я смог стащить кортик. Им же тоже можно убить дракона?

— Бесстрашный и ретивый! — восхитился Чезаро.

— Я не поняла, а когда я смогу полетать на драконе? — прокричала свекровь из дальнего конца сада, — Сходить сума так на полную катушку. Иначе в этом нет смысла. Дракон? Иди сюда немедленно!

— Повинуюсь вам, мама.

— Гада я родила только одного и это точно не ты.