Глава 49

Суббота. Дежурство.

Сижу в кабинете, всматриваюсь в снимок на мониторе. Пациент Соколов, послеоперационный. Рентген чистый — анастомоз держится, дренажи стоят правильно. Вношу назначения, кликаю «сохранить».

Смотрю на часы. Без пяти семь. Через пять минут придёт тот самый «таинственный пациент», ради которого Саша устроил весь этот цирк.

Пиликает почта. Наконец-то. Открываю письмо от Батурина — три файла во вложении. Анализы, УЗИ, рентген грудной клетки.

Кликаю на снимок. Мне даже смотреть на ФИО не надо — я и так знаю, чей он.

Лёгкие расправлены полностью. Диафрагма ровная. Там, где три месяца назад зияла рваная рана — тонкая светлая полоска. Рубец. Почти незаметный.

Он восстановился. Полностью.

Что ж, остался последний осмотр и мы распрощаемся навсегда. Встаю, расправляю белый халат. Проверяю причёску — волосы собраны в низкий пучок. Всё в полном порядке.

За дверью раздаются голоса. Каблуки Кристины — нашего ночного администратора — дробно цокают по ламинату коридора. Она что-то щебечет, голос весёлый, кокетливый:

— ...очень рада, что вы выбрали нашу клинику! У нас действительно лучшие специалисты. Марта Игоревна — просто волшебница!

Низкий мужской голос отвечает что-то неразборчивое.

Кристина смеётся — звонко, слишком радостно:

— Ой, вы такой скромный! Редкость в наше время!

Что ж, я почти сразу поняла, кто придёт. Эти Сашины игры в шпионов... К чему они были?

Дверь открывается, и вместе с Эльдаром в кабинет врывается его парфюм. Холодный бергамот с горчинкой ветивера. Тёплое дерево. Мускус в шлейфе. Узнаю сразу. Тот самый аромат, который когда-то въелся мне под кожу.

Эльдар в тёмных джинсах и чёрной водолазке, облегающей широкие плечи. Выглядит брутально. Хозяин жизни. Будто той операции, того огнестрела вообще не было.

Кристина зависает на пороге с восхищённой улыбкой:

— Марта Игоревна, ваш пациент!

— Спасибо, Кристина. Я сама провожу его потом.

Она кивает, бросает на Эльдара ещё один томный взгляд и уходит. Дверь закрывается с мягким щелчком.

Мы остаёмся одни. Эльдар стоит у двери. Я — у стола. Между нами три метра и семь лет.

Молчим. Он смотрит на меня спокойно, изучающе. Я держу спину прямо, лицо — профессионально отстранённым.

Это моя территория. Мой кабинет.

Наконец, киваю на кресло напротив:

— Садитесь.

Он медленно проходит, опускается в кресло. Аккуратно кладёт на стол большую кожаную папку. Откидывается на спинку, закидывает ногу на ногу. Прищуривается.

Сажусь за стол.

— Жалобы? — голос звучит ровно, деловито.

Эльдар едва заметно усмехается, одним уголком губ:

— На жизнь.

— Это не ко мне. Могу дать контакт хорошего психолога.

— Спасибо, Марта. Психолог мне не нужен.

— Тогда зачем вы здесь?

Он пожимает плечами:

— Александр Павлович рекомендовал. Контрольный осмотр через три месяца. Критический срок, как он сказал.

Киваю. Логично.

— Твои анализы я получила, — поворачиваюсь к монитору, кликаю мышкой. — Времени изучить толком не было, но и так видно — лёгкое восстановилось почти полностью.

Смотрю на него:

— Мне нужно тебя осмотреть. Послушать лёгкие, проверить рубцы, — киваю на ширму в углу. — Можешь раздеться там.

Эльдар медленно улыбается:

— Думаю, ширма ни к чему. Ты же не будешь стесняться?

Встаёт. Подхватывает край водолазки и стягивает её через голову одним движением.

Отворачиваюсь к раковине и мою руки дольше, чем нужно. Горячая вода почти обжигает ладони, а я думаю о том, что сейчас прикоснусь к его коже впервые за семь лет.

Я профессионал. Мне всё равно, кто передо мной.

Должно быть всё равно.

Достаю стетоскоп из кармана халата и поворачиваюсь.

Эльдар стоит у кушетки без футболки, в джинсах. Широкие плечи, мускулистый торс. На левой стороне грудной клетки — длинный розовый шрам. Ровный, аккуратный.

Отличная работа.

— Дыши глубоко.

Прикладываю стетоскоп к груди. Слушаю. Дыхание чистое, везикулярное. Слева — там, где был разрыв лёгкого, всё чисто. Хрипов нет.

Касаюсь рубца. Кожа под пальцами горячая. Атласная. Шрам мягкий, эластичный. Зажил идеально.

Эльдар прикрывает глаза и рвано выдыхает, но не двигается. Я медленно веду пальцами вдоль шва. Внутри что-то сжимается — непрошеное воспоминание. Эта кожа когда-то была моей. Это тело принадлежало мне…

Стоп! Резко убираю руку.

— Одевайся. Всё в порядке.

Эльдар усмехается:

— Ты же ещё не закончила осмотр, доктор.

Смотрю на него холодно:

— Закончила. Лёгкое восстановлено. Рубец без патологий. Больше проверять нечего.

Возвращаюсь за стол и слышу шорох ткани. Эльдар одевается, потом садится напротив. Откидывается на спинку кресла.

Поднимаю взгляд:

— Я передам выводы Александру Павловичу. Он свяжется с вами. Вас проводить?

Эльдар качает головой:

— Марта, давай поговорим. Спокойно.

— Я всё сказала. С тобой всё в порядке.

— Я не об этом, — он наклоняется вперёд. — Ты действительно хирург от Бога. Спасибо, что не дала мне умереть. Но я хочу поговорить о нас.

Внутри что-то обрывается.

— Нет никаких «нас», Эльдар! — голос срывается громче, чем хотелось. Сбавляю тон: — Понимаешь? Нет. Всё кончено. Что ты прицепился? Жил своей жизнью — живи дальше. Будь счастлив. Прощай.

Эльдар прикрывает глаза. Медленно выдыхает. Так он делал, когда его доставали.

— Марта, я многого не знал тогда. Как и ты многого не знаешь о том, что случилось.

Перебиваю — резко, зло:

— Знать не хочу! Мне ты и ваша семейка вот где! — провожу пальцем по горлу. — А теперь –– твоё время закончилось. Мне надо к пациентам.

Встаю. Подхожу к двери и открываю — приглашение уйти.

Эльдар поднимается, но не двигается. Смотрит на меня долго.

— Хорошо. Я понимаю, что всё сложно. Но я больше не исчезну из твоей жизни, Марта. Не сейчас, когда многое стало понятно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Делает шаг к двери и останавливается рядом.

— Я ухожу из бизнеса развлечений. Оставляю его Рустаму. Хочу заниматься чем-то другим. Чем-то правильным. Чтоб тебе рядом со мной было спокойно.

Смотрит мне в глаза:

— Тебе придётся смириться, что я буду рядом, Марта. Я никуда не исчезну.

— Не будешь, — выдавливаю сквозь зубы. — А если сейчас не уйдёшь, вызову охрану.

Он мягко усмехается:

— Не надо, моя горячая Марта. Я ухожу.

Выходит в коридор, но останавливается и оборачивается:

— До встречи.

Уходит, оставляя шлейф парфюма.

На автомате закрываю дверь, возвращаюсь к столу и опускаюсь в кресло. Открываю карту следующего пациента. Иванова, палата 20. Пытаюсь вникнуть в суть жалоб пациентки.

И краем глаза замечаю на столе большую кожаную папку. Ту самую, которую Эльдар принёс с собой.

Он её забыл или оставил специально?..