Глава 1

Юлиан.

Солнце плавилось в небе. Я лежал на шезлонге, вытянув ноги и прикрыв глаза тёмными стёклами солнцезащитных очков. Простая бежевая рубашка из тонкого льна прилипла к спине, белые штаны давно утратили всякий намёк на официальность, а в руке я лениво держал глянцевый журнал, который не читал уже минут двадцать. Идеальный образ расслабленного гражданского без единой мысли в голове. Если бы кто-то из этих беззаботных пассажиров, потягивающих коктейли у бассейна, знал, что рядом с ними развалился действующий адмирал, чья фамилия засекречена так же надёжно, как ядерные коды…

Впрочем, им и не нужно знать. Миссия требовала полной конспирации. Груз, что покоился в специально оборудованном трюме среди чемоданов и сумок туристов, был слишком важен, чтобы рисковать.

Рядом послышалось мерное жужжание. На соседнем шезлонге, нелепо вытянув длинные ноги в цветастых шортах, возлежал мой напарник – капитан Волков. Яркая гавайская рубашка с пальмами и попугаями, солнцезащитные очки в пластиковой оправе и совершенно идиотская панама, которую он, кажется, искренне считал стильной. Но вишенкой на этом торте дурновкусия была не рубашка и не панама. В руке капитан держал жёлтый портативный вентилятор с нарисованными утиными лапками и клювом.

– Волков, – не поворачивая головы, проговорил одними губами, – где ты взял эту фигню?

Капитан широко улыбнулся.

– Одолжил у дочки, – так же тихо, не разжимая зубов, ответил он. – Настенька сказала, что это последний писк моды. И потом, мне идёт. Смотри, как органично вписываюсь в курортный антураж.

Я медленно перевернул страницу журнала, даже не взглянув на текст.

– Органично – это когда ты не привлекаешь внимание. С этим вентилятором ты похож на аниматора, сбежавшего из детского клуба. Ещё бы свисток на шею повесил.

– Завидуешь, – беззлобно парировал Волков и направил поток воздуха в мою сторону. Утиные лапки на лопастях замелькали быстрее. – Между прочим, это отвлекающий манёвр. Кто заподозрит в человеке с утиным вентилятором военного?

Логика в его словах, как ни странно, была.

Я отложил журнал на соседний столик и потянулся, разминая затёкшие мышцы.

– Что с ящиком? – спросил, вновь беря журнал в руки и прикрывая им лицо.

Капитан на мгновение перестал жужжать вентилятором.

– Всё в норме, – ответил он едва слышно. – Температура стабильная, датчики молчат. Охрана на месте. Наши ребята дежурят посменно под видом персонала. Пока ни одного подозрительного сигнала.

Я кивнул, расслабляясь. Груз, который мы перевозили, официально не существовал. Ни в одних документах лайнера, ни в судовом журнале, ни в реестрах порта. Ящик из титанового сплава, опечатанный лично мной, не значился нигде. И если всё пройдёт гладко, через три дня мы прибудем в пункт назначения, передадим его с рук на руки и вернёмся к своим обычным обязанностям. А пока – солнце, море и пластиковая утка.

Взгляд скользнул по палубе, выхватывая из пёстрой толпы отдельные фигуры. У барной стойки, метрах в пятнадцати от нас, стояла девушка.

Лёгкое летнее платье облегало фигуру, оставляя открытыми плечи, а длинные каштановые волосы, собранные в высокий хвост, волной спадали на спину. Даже с этого расстояния я заметил, как ярко выделяются её голубые глаза на лице. Она стояла, чуть склонив голову набок, и что-то мягко объясняла пожилому французу, который растерянно тыкал пальцем в меню.

– Кто это? – вырвалось у меня прежде, чем успел прикусить язык.

Волков проследил за моим взглядом и хмыкнул, вновь включая вентилятор.

– Понятия не имею. Но, судя по тому, как ты оживился, миссия перестаёт быть скучной?

– Заткнись, – беззлобно бросил, вновь утыкаясь в журнал. – Просто отметил. Девушка с явными способностями к языкам. В нашей работе такие кадры на вес золота.

– Ага, «кадры», – Капитан хрюкнул от смеха.

Я проигнорировал его. Девушка действительно была интересной. В ней чувствовалась какая-то внутренняя сила, стержень, который не спрячешь за улыбкой и лёгким платьем.

В кармане белых штанов завибрировало. Я вздрогнул. Этот аппарат был настроен только на один входящий канал. Свой основной телефон я отключил и спрятал в сейфе ещё в первый день круиза – светить номер адмирала в гражданской сети было смерти подобно. Вместо него в кармане лежал старый кнопочный, чёрный, видавший виды.

Вытянул телефон, прикрывая его ладонью от солнца и посторонних глаз.

На маленьком, тускло светящемся экране высветилось сообщение. Всего одно слово. Отправитель – вице-адмирал Сокольский, человек, который никогда не слал пустых сообщений и тем более не шутил.

«ПИРАТЫ».

– Чёрт, – выдохнул сквозь зубы.

– Что? – Волков уже сидел прямо, забыв о своей роли туриста-раздолбая.

– Поздно, – бросил я, поднимаясь с шезлонга и отшвыривая журнал.

В тот же миг мир вокруг взорвался. С борта, откуда-то снизу, раздался глухой стук металла о металл. Абордажный крюк. Следом натянулся канат, взвизгнув под тяжестью, и через секунду на палубу, перемахнув через поручни, ступили трое. За ними – ещё четверо, вынырнувшие из-за спасательных шлюпок. Все в камуфляже, с оружием, быстрые и слаженные.

Среди гостей вдруг дёрнулись несколько фигур. Из туристов они превратились в своеобразных хищников моря. В руках блеснули ножи. Фальшивые отдыхающие, засланные на борт заранее. Кроты.

Крики ужаса взрезали воздух. Люди заметались, кто-то упал, бросился бежать, но пираты уже блокировали выходы с палубы. Один из них, здоровенный детина с татуировкой змеи на шее, сгрёб ближайшую женщину за плечо. Ещё двое схватили пожилого немца и парня в бейсболке. Заложники.

– Волков! – рявкнул, забывая о конспирации, рука сама дёрнулась туда, где под свободной рубашкой покоилась кобура.

Капитан уже был на ногах. Утиный вентилятор отлетел в сторону, панамка слетела с головы, открыв короткий ёжик седых волос. Взгляд стал жёстким и цепким.

– Дерьмо, – выругался он, выхватывая из-под цветастой рубашки пистолет. – Юлиан, у них заложники. Действуем аккуратно.

Я уже оценивал ситуацию. Пиратов на палубе – семеро, ещё неизвестно сколько на их судне, что пришвартовалось к нашему борту. Заложников – четверо. Включая…

Моё сердце на мгновение пропустило удар. В толпе, прижатая спиной к барной стойке, стояла та самая девушка с каштановыми волосами. Чёрное платье резко контрастировало с бледным лицом, голубые глаза расширились от страха, но она не кричала. Стояла, вцепившись в стойку, и смотрела прямо на одного из нападавших, который надвигался на неё.

– Стоять! – выкрикнул главарь. Его голос перекрыл шум, и он заговорил. Вернее, зарычал что-то на языке, которого я не знал.

Я понимал несколько европейских языков, мог объясниться на арабском и китайском. Но эта речь была мне незнакома. Гортанная, резкая, с щёлкающими согласными. Какое-то местное наречие, возможно, диалект островов. Главарь явно ожидал, что его поймут, потому что замолчал и требовательно оглядел палубу.

Тишина. Люди дрожали, заложники всхлипывали. Я стиснул зубы. Языковой барьер – худшее, что может случиться в переговорах.

– Переводчик. – бросил я Волкову, не отрывая взгляда от главаря. – Срочно нужен переводчик, иначе начнётся бойня!

Капитан выругался и уже открыл рот, чтобы вызвать по рации нашего лингвиста, сидевшего в радиорубке, но не успел.

Раздался голос. Спокойный, с лёгкой хрипотцой, но отчётливый. На гортанном, щёлкающем языке.

Все головы повернулись к источнику звука. Говорила девушка в чёрном.

Пираты замерли. Главарь уставился на неё с недоверием, а затем быстро проговорил что-то, взмахнув рукой. Девушка выслушала, кивнула и ответила короткой фразой. Её руки дрожали, но голос не срывался. Двое пиратов, переглянувшись, подошли к ней вплотную, схватили за плечи и вытолкнули вперёд, выставляя между собой и нами.

– Что они говорят? – резко спросил я, глядя ей прямо в глаза. – Переведите!

Она подняла на меня взгляд.

– Они говорят, – произнесла девушка громко, – что им нужна корона. И если вы не отдадите её, они начнут спускать заложников к себе. По одному. Каждые пятнадцать минут.

Я похолодел.

Они пришли за грузом.