Глава 14

Саша.

Моторная лодка резала ночную воду, унося нас прочь от Жемчужного острова. Я сидела на корме, вцепившись в борт побелевшими пальцами, и смотрела назад, где в черноте догорали огни особняка. Выстрелы уже стихли, но крики ещё доносились – приглушённые, искажённые расстоянием, как эхо дурного сна. Над крышей, кажется, поднимался дым. Или мне просто мерещилось в темноте.

Корона осталась там.

Эта мысль впилась в сознание, как заноза. Я видела её так близко – на тёмном бархате, в кейсе, протяни руку и коснись. И не успела. Всё произошло слишком быстро: свет, крики, выстрелы, рука Юлиана, выдернувшая меня из комнаты, из коридора, из этого проклятого особняка, где всё пошло прахом.

– К чёрту, – прошептала я, не замечая, что говорю вслух. – К чёрту эту корону. Мы её упустили.

Юлиан, сидевший у руля, не обернулся.

– Мы живы, – ответил адмирал ровно. – Это главное.

– Главное?! – я вскинула голову. – Мы пришли туда за короной, а я, как дура, разыграла миллионершу, потратила сто пятьдесят миллионов несуществующих денег, и всё ради того, чтобы потерять её в последний момент! Что я скажу вашему Центру? «Извините, корона осталась на острове, но зато я не порвала платье»?

– Скажете, что действовали по обстановке, – он наконец повернулся, и в его глазах, подсвеченных луной, я увидела не упрёк, а странное, тёплое беспокойство. – Саша, вы ни в чём не виноваты. Всё пошло не по плану. Но вы справились лучше, чем многие подготовленные агенты.

– Вот только толку от этого...

Я замолчала, потому что Юлиан вдруг пересел ближе. Лодка качнулась, но он удержал равновесие и опустился на скамью рядом со мной. Его пиджак был расстёгнут, рубашка на груди порвана – я только сейчас заметила, что и он пережил нечто серьёзное там, в темноте, пока тащил меня к чёрному ходу. На скуле у него краснела ссадина, а на руке, которой он держал руль, я разглядела тёмное пятно.

– Вы ранены! – выдохнула я, забыв о короне.

– Ерунда, – отмахнулся он, но я уже схватила его за запястье, подтягивая к себе, чтобы рассмотреть. – Царапина. Зацепился о дверной косяк, когда нас прижали в коридоре.

– Царапина?! – я недоверчиво уставилась на него. – Да вы же весь бок себе разодрали! И скула... Нужно обработать.

– Позже, – он мягко высвободил руку, но не отстранился. Вместо этого взял моё лицо в ладони и развернул к себе, вглядываясь в темноте. – Сначала – вы. Они могли вас задеть. Я слышал выстрелы почти вплотную.

– Я в порядке, – прошептала я, чувствуя, как его большие тёплые пальцы касаются моих скул, висков, шеи, будто проверяя, цела ли я. – Правда. Испугалась только. И... и каблук сломала.

Он замер. А потом тихо, хрипловато рассмеялся.

– Каблук? – переспросил мужчина. – Это самое страшное, что могло с вами случиться?

– Между прочим, это были очень хорошие туфли! – возмутилась я, но тут же улыбнулась. И вдруг слёзы навернулись на глаза. – Чёрт, – выдохнула, отворачиваясь. – Это всё адреналин. Не обращайте внимания.

– Саша...

– Вы беспокоитесь обо мне, – перебила я, пытаясь справиться с дрожью в голосе. – Словно мы женаты. Скажете, что просто выполняете протокол?

Он помолчал. Его рука всё ещё лежала на моём плече, а большой палец медленно, едва ощутимо поглаживал ключицу. От этого прикосновения внутри всё переворачивалось.

– Нет, – произнёс он наконец. – Не протокол.

Я повернулась. Его лицо было совсем близко – серьёзное, с резко очерченными скулами и глазами, в которых отражались звёзды.

– Будь моя воля, – заговорил он тихо, почти неслышно, – я был бы не против быть вместе с такой женщиной, как вы. Не в роли адмирала и гражданского специалиста. А просто... рядом.

У меня перехватило дыхание.

– Юлиан...

– Я знаю, что сейчас не время, – продолжил он, не отводя взгляда. – Знаю, что это неправильно, что мы на задании, что позади нас хаос, а впереди – неизвестность. Но, чёрт возьми, Саша, я устал делать вид, что между нами ничего нет. Потому что есть. И я чувствую это с первой минуты.

Он замолчал, ожидая моего ответа. А я смотрела на него – на этого сильного, невозмутимого мужчину, который только что признался мне в том, что я сама боялась даже думать. И понимала, что всё, что он сказал, – правда. Наша правда.

Я подалась вперёд и поцеловала его.

Мир вокруг исчез. Не было ни лодки, ни моря, ни криков за спиной. Только его губы – тёплые, чуть солёные от морских брызг, осторожные. Он ответил сразу, как будто ждал этого целую вечность: одна рука легла на мой затылок, вторая скользнула на талию, притягивая ближе. Я вцепилась в его рубашку, сминая ткань, чувствуя, как бешено колотится его сердце в такт моему.

Далеко грохотало, кричали, возможно, за нами уже гнались. Но всё это было где-то в другой вселенной. Сейчас существовали только он и я, ночное небо над головой и этот поцелуй, который был лучше любых слов.

Мы отстранились не сразу. Дыхание сбилось, щёки горели, губы всё ещё помнили вкус друг друга.

Он коснулся лбом моего лба и тихо пообещал:

– Мы обязательно поговорим об этом. Позже. Когда всё закончится. Обещаю.

Я кивнула, не в силах говорить. А потом из темноты, прямо от воды, раздался знакомый, жизнерадостный голос:

– Ах, романтика!.. Не забудьте пригласить меня на свадьбу, хорошо?

Я взвизгнула от неожиданности и отшатнулась так, что едва не свалилась в воду. Юлиан отреагировал быстрее: развернулся, перегораживая меня собой, и в его руке мгновенно блеснуло оружие, которое я даже не заметила, как он выхватил.

– Свой! Свой! – завопил голос, и из-за борта, отплёвываясь от солёной воды, показался... Волков.

Он был в нелепой маске для подводного плавания, которая сбилась набок, с ластами в одной руке и с длинной водорослью, свисавшей с плеча. Свободной рукой он цеплялся за борт, а из-за спины у него, пристёгнутый ремнями, торчал чёрный кофр.

– Тьфу ты! – капитан сдёрнул маску, улыбаясь от уха до уха. – Ну и водичка нынче! Солёная, аж глаза щиплет!

Юлиан медленно опустил оружие. Его лицо выражало такую сложную гамму чувств – от ярости до облегчения, – что я, несмотря на шок, едва не рассмеялась.

– Волков, – прошипел он. – Какого чёрта ты выныриваешь, как подлодка в разгар... – он осёкся, покосился на меня, на его щеках снова появился румянец. – Ты не мог подождать?!

– Чего ждать-то? – искренне удивился капитан, переваливаясь через борт с грацией мокрого тюленя. – Я уж думал, вы меня совсем не заметите! Сижу там, понимаешь, как ниндзя, дышу через трубочку, а вы тут...

Он многозначительно подвигал бровями.

– Волков, – повторил Юлиан с угрозой.

– А! Да! – капитан засуетился и, отстегнув ремни, снял со спины чёрный кофр. – Вот. То, за чем вы, собственно, и приехали. – Он торжественно поднял кофр. – Корона. В целости и сохранности.

Я уставилась на кофр, потом на Волкова, потом на Юлиана. Пазл в голове сложился не сразу.

– Подождите... – медленно проговорила я. – Это что, вы его специально туда отправили?..

Юлиан вздохнул, убирая пистолет и потирая переносицу.

– Не специально, а на всякий случай. Волков – лучший в проникновениях. Я попросил его подстраховать. На случай, если нам не дадут уйти так просто.

– И как видите, – вставил Волков, сияя, – не зря! Пока они там суетились с вашим уходом, я тихонько пробрался через служебный вход, дождался, пока свет вырубится, стянул кейс и – шасть в воду! Они и не заметили.

Я переводила взгляд с одного на другого, чувствуя, как губы сами растягиваются в улыбке. Напряжение, страх, разочарование – всё это схлынуло, оставив после себя только невероятное, пьянящее облегчение.

– Вы... – я не нашла слов. – Вы двое просто... невозможны.

– Скажите спасибо, что не заставил меня надеть костюм акулы, – хмыкнул Волков. – А то пришлось бы вам наблюдать, как капитан-лейтенант изображает морского хищника. Поверьте, зрелище не для слабонервных.

Юлиан посмотрел на меня.

– Значит, корона у нас, – тихо сказал он.

– У нас, – подтвердила я, чувствуя, как в груди расцветает надежда.

– И, кажется, у нас есть повод для разговора, – добавил он, и от его голоса у меня по коже побежали мурашки.

Я улыбнулась.

– Да. Похоже на то.

А Волков, снова взгромоздившийся на борт и пытавшийся разглядеть, не плывёт ли за нами погоня, вдруг обернулся и радостно сообщил:

– Кстати, если что – я умею играть на губной гармошке. На свадьбе пригодится. Ну, как запасной вариант, если диджея не найдём.

– Волков! – Уже грубо рявкнул Юлиан, но уши его загорелись.