Глава 66

К выходу из подвала вела старая скользкая от гнили лестница. Дверь была заперта, так что пришлось вернуться и, преодолевая брезгливость, искать ключ в карманах Черепа.

На его застывшее выражение лица и остекленевшие глаза я старалась не смотреть.

Тварь! Ну какая же тварь!

Сейчас косметические чары окончательно слетели, и шрамы на его шее проступили ярче.

Как он умудрился с ними стать чиновником и прятаться столько лет?! Неужели его никто не узнал?

Брейкон.

Это, мать его, анаграмма имени Корбейн! Еще и кличку не сменил!

Он даже не потрудился хорошо спрятаться!

Конечно, какой-то резон в этом был. Кому вообще придет в голову искать сбежавшего с каменоломни преступника среди служащих короны? Тем более, если шрамы под косметическими чарами почти не заметны. Высокий воротник или шейный платок — и готово. Это от меня Череп прятаться не собирался. Даже хотел, чтобы я все увидела.

Теперь стало окончательно понятно, почему Лину до ужаса, до истерики пугали шрамы.

Что этот мерзавец с ней делал?

Найдя ключи, я не удержалась и пнула Черепа в бок посильнее.

Это ему за Лину. А до Фокса я еще доберусь.

Сжав ключи, я бросила последний взгляд на Черепа и замерла.

Рукава моего платья были разорваны — ничего удивительного, учитывая, что я только что сломала железные цепи, которые сковывали мои запястья.

Но дело было не в этом.

Из-под оборванной ткани выглядывала метка.

Я поднесла левую руку к глазам и моргнула.

Нет, точно, метка.

Кусающий себя за хвост дракон.

Я ткнула в нее пальцем, поскребла ногтем и понадеялась, что мне это чудится.

Не чудилось.

Метка истинности спустя больше чем десять лет после исчезновения вдруг решила вернуться на мое запястье.

Живот скрутило от боли, я охнула, согнулась пополам и только спустя минуту смогла наконец выпрямиться. Колени дрожали. Что со мной?

Череп не пошевелился.

Пыточные инструменты неподвижно покоились на столе в углу, там же поблескивали стеклянными боками несколько пробирок: в них предполагалось поместить мой дар после того, как он будет вырван.

Не дождетесь.

Нужно уходить отсюда. Нужно. Уходить.

Я с трудом смогла подняться по скользкой лестнице, трясущимися руками отперла дверь и выглянула в коридор.

Темный, пахнет плесенью, почти ничего не видно. Я подняла руку и, сосредоточившись, заставила ее засветиться, ярче, еще ярче, как фонарь.

“У тебя отлично получается. Еще немного — и станешь такой же сильной, как драконы”, — услышала я в ушах голос Гидеона и вздрогнула.

“Сомнительная похвала, Ферли, — вспомнила я свой собственный смешок. — Может, это драконам стоит тренироваться, чтобы быть такой же сильной, как я. Ты сам говорил, что целители из вас никудышные”.

“Ничего, однажды это случится”.

“Что? Ты сможешь приблизиться к моему уровню?”

“Ты выйдешь за меня замуж и наконец перестанешь называть меня по фамилии”.

Я моргнула, и воспоминание развеялось, хотя в ушах все еще звучал задорный хохот двух молодых людей: дракона чуть старше двадцати, который встретил истинную, и иномирянки, торговки цветами, не собирающейся иметь с ним ничего общего.

Как я могла забыть так много? Что Гидеон учил меня колдовать, например. И что я многое умела. До дипломированных магов мне было далеко, но все-таки совсем беспомощной я не была. И даже гордилась своим даром созидания, который позволил бы мне выращивать и продавать свежие цветы даже зимой или по мелочи лечить стариков, с которыми я делила комнату в приюте.

Почему это все у меня в голове — как будто корова языком слизала?

Гидеон… что-то со мной сделал? Как-то заколдовал?

Я сжала кулаки и зашагала вперед по темному коридору. С Черепом я уже разобралась — Гидеон следующий.

Под ногами хлюпала вода, мои шаги гулко отдавались от стен, по коже бегали мурашки.

Коридор плавно уходил вверх и заканчивался еще одной металлической дверью, которая показалась мне знакомой, но думать об этом не было времени. Я трясущимися руками сунула ключ в замочную скважину, повернула его и вывалилась наружу.

— Ну наконец-то! — выдохнул знакомый голос. — Все получилось?

Я обернулась.

— Получилось.

— Элли! — тон тут же изменился, стал мягким и угодливым. Знакомым. — А как ты… ты цела? Как ты себя чувствуешь?

— Артур.

Он вскочил со стула, на котором сидел, маленькие глазки заметались. Почему-то сейчас Артур показался мне похожим на жирного наряженного в камзол борова.

Главный инспектор короны по надзору за порядком, надо же.

Далеко пошел для простого полицейского. Для человека.

— Не ждал? — мрачно спросила я.

Магия бурлила под кожей, от испуга меня потряхивало.

Я легко справилась с Черепом. Но как быть с Артуром?

Когда-то Артур объяснил мне правила этого мира и посоветовал побыстрее выйти замуж. Он сделал для меня документы, а позже — закрывал глаза на то, что я продаю цветы далеко от разрешенных для торговли мест (там просто покупали лучше и конкурентов не было).

Именно Артур помог Гидеону меня найти в застенках полицейского управления. К слову…

Я огляделась.

Я находилась… Это были какие-то развалины. Крыша была дырявой, так что видны были звезды. Справа прямо из пола росло тонкое деревце, дверь была раскурочена и висела на одной петле.

— А здесь все изменилось.

Череп и в этом оказался не слишком оригинальным: он притащил меня в здание старого полицейского управления, которое сейчас стояло заброшенным — после того, как Гидеон его здорово помял. В тот день двадцать пять лет назад его отказывались пускать в подвалы добровольно, ну и… Беснующийся дракон может учинить приличный объем разрушений. Сначала Гидеону за это дали баснословный штраф, а потом, когда дело с Корбейном дошло до суда, — награду и благодарность от имени короля.

— Элли! — подлетел ко мне Артур, и я попятилась. — Как ты себя чувствуешь? Когда ты пропала, я…

— Не надо, Артур. Я не так глупа, как ты думаешь, во второй раз это не сработает. Так что сейчас у тебя есть два варианта: или ты даешь мне уйти, или я тебя заставляю меня пропустить.

Если, конечно, получится. Мой голос звучал намного увереннее, чем я себя чувствовала. Чтоб тут все провалилось, еще утром я была уверена, что у меня вовсе нет магии! А сейчас собиралась с ее помощью драться. Еще и с Артуром, который по долгу службы владел боевой магией вполне прилично.

Глаза Артура расширились.

Моя рука все еще горела, как фонарь, но свет уже начинал нервно мигать. Плохо дело.

— Элли! Да как ты можешь так обо мне говорить! Я же хотел спасти тебя и…

Договорить ему не дал женский стон, и я моментально спала с лица.

Здесь есть еще кто-то? Лина?

Я метнулась за спину Артура, откуда раздавался звук, толкнула скрипучую старую дверь и замерла. В небольшой комнатушке, замотанная цепями, лежала девушка в нежно розовом платье, щедро украшенном драгоценностями.

Рядом валялась тонкая трость.

— Ваше… — выдохнула я. — Ваше высочество. Принцесса Гвен! Принцесса!

Она снова застонала, глаза были закрыты. Магический сон? Похоже, к ней применили тот же артефакт, что ко мне.

— Элли…

— Зачем вам принцесса? — выпалила я и тут же все поняла.

Чтобы пересадить кому-то драконью ипостась, нужен, собственно… донор. Так что правильнее будет спросить:

— Почему она?

В прошлый раз я не знала, кого Корбейн собирался выбрать “донором”. Даже о том, ради чего он меня пытал, я узнала на спустя два года, на суде, из речи обвинителя. Тогда все эти “среда, созданная даром созидания”, “вторая ипостась” и какой-то там перенос казались просто набором слов. Хотелось, чтобы это побыстрее закончилось. Я уже носила под сердцем Тео и хотела только жить спокойно. А сейчас разрозненные воспоминания вдруг запрыгали перед глазами, складываясь в общую картину жестокости и ужаса.

Это я во всем виновата. Кто знал, может, если бы я не забыла обо всем, если бы подумала обо всем тогда, я смогла бы обличить Артура раньше?..

— Элли, я тебе сейчас все объясню. На самом деле это…

— Немедленно освободи ее! — перебила я.

— Ты должна меня послушать, знаешь…

— Я ничего тебе не должна.

Так вот какое второе дно пряталось под милой дружбой Артура с принцессой.

Повисла пауза, а затем Артур нахмурился. Его дружелюбное и всегда немного растерянное лицо вдруг стало жестоким и угловатым.

— Ты не оставила мне выбора, Элеонора. Будь у тебя побольше мозгов — могла бы отсюда уйти. Но сейчас уже поздно.

Я фыркнула. Даже если бы я и могла уйти — как быть с принцессой? А с кем-то другим, кто может оказаться на моем месте?

— У меня побольше мозгов? Чего тебе не хватало, Артур? У тебя все есть. Должность, имя, деньги, семья. Зачем все это?

— Чего мне не хватало? — рявкнул он. — Ты не представляешь, что такое быть человеком в мире драконов!

— Я не представляю? Ты меня с кем-то перепутал? — изо рта вырвался нервный смешок.

— Ты… — скривился он, еще сильнее становясь похожим на борова. — Да что ты можешь понимать? Твой ручной Гидеон всю жизнь пылинки с тебя сдувает! А простым людям приходится зубами выгрызать себе право на место под солнцем!

— Бедный, не угораздило тебя родиться женщиной и выйти замуж за дракона! — протянула я. — Артур, а ты ведь знаешь, что Череп не отдал бы тебе ни вторую ипостась принцессы, ни мой дар? Он сам стал бы драконом, а тебя вышвырнул.

— А мне плевать! Будет и другая увечная драконица, в которой вторая ипостась держится на одних только соплях! А твоя дочурка с ее даром послужит топливом!

От испуга сердце рухнуло в пятки. У Лорейн тоже мой дар? Откуда об этом знает Артур? Он и с ней умудрился "подружиться" в обход Гидеона?

— И что ты будешь делать со второй ипостасью? — сглотнув, спросила я. — Даже если не сдохнешь в процессе пересадки — думаешь, будет просто объяснить при дворе и на службе то, что ты внезапно стал драконом?

— А мне плевать! — рявкнул Артур, брызжа слюной. — Плевать! Я никогда больше не буду хуже драконов, даже если это будет последним, что я сделаю в жизни! Так что ты, милочка, или добровольно возвращаешься в подвал, или…

Не дав ему договорить, я ударила.

Намного сильнее, чем я била по Черепу, несмотря на то, что сил оставалось немного, а голова от непривычной нагрузки кружилась.

Потому что эта мразь угрожала моей дочери.

Я не позволю ему и пальцем ее тронуть.

Артур, пролетев несколько метров по коридору, пыльным мешком рухнул на пол. Хрипло застонал, и тут взметнулся порыв ветра. Пыль полетела мне в лицо, я закашлялась.

Наверху раздался рык, звезды на небе исчезли, и я запоздало поняла, что над крышей заброшенного полицейского управления завис огромный дракон.

Гидеон?

Рык стал громче, как будто к одному дракону присоединилось еще несколько. Это еще что? Несколько драконов? В черте города? Штрафов захотели, или у нас объявлена чрезвычайная ситуация?

Заметив краем глаза движение, я молниеносно обернулась и снова ударила по Артуру силовым зарядом. Собрала все, что у меня было.

И тут мир закончился. Последнее, что я почувствовала: глухой удар о каменный пол и боль в затылке.

* * *

— А долго она будет спать? — послышался шепот.

— Целители сказали — пока не восстановится.

— А когда она восстановится?

— Лорейн, ты ведешь себя как дурочка! Откуда я знаю!

— Сам ты — дурочка, Тео! Наша мама второй день в себя не приходит, неужели ты совсем не волнуешься? Пойди расспроси медсестер!

— Почему я?

— Потому что они все тебе глазки строили, неужели ты даже этого не заметил? Пускай они выяснят, что с мамой!

— Они строили мне глазки, потому я сын лорда.

— Хоть это тебе хватило ума понять! А теперь вставай и живо иди добывать информацию!

— Ваша мама укокошила двух преступников государственного уровня, — медленно и громко произнес скрипучий старческий голос. — Неудивительно, что она надорвалась.

Это что, мой бывший свекр? А он тут что забыл?

— Удивительно, что она попала в ситуацию, где ей пришлось этим заниматься! С настоящими леди такое не может произойти по определению! И для чего, расскажите, мы ее спасали? Она сама чудесно со всем справилась. А у меня платье — безнадежно испорчено.

О, и бывшая свекровь здесь. Я все-таки в аду?

Я хотела подняться и выгнать их обоих из моего… не знаю, что это было. Но открыть рот не вышло, и я снова провалилась в темноту.

Мне не снилось ровно ничего, а в следующий раз я пришла в себя, уже когда было тихо. Открыв глаза, я сглотнула сухим горлом и уставилась на потолок с небольшой трещинкой в штукатурке.

Если я правильно поняла подслушанный разговор, я в больнице. А Артур и Череп внезапно закончились. Попытавшись понять, что я чувствую по этому поводу, я испугалась, потому что кроме удовлетворения внутри не было ничего. Ни капли стыда.

Меня теперь арестуют?

Я попыталась сесть и услышала:

— Лежи. Целители сказали, тебе нужен покой.

Я обернулась. Гидеон. Встрепанный, сонный. Он сидел в неудобном больничном кресле и тер глаза, как будто только что проснулся.

— А…

— Пить хочешь?

Я собиралась отказаться, но вдруг поняла, что — хочу. Ужасно.

— Да.

Гидеон вышел, в коридоре зазвучали голоса, а спустя пару минут он вернулся со стаканом воды, из которого торчала узкая бумажная трубочка.

— Приподнимись.

Он поднес стакан к моему лицу. Я с трудом смогла сделать первый глоток, горло обожгло, как будто я не пила никогда в жизни.

— Не торопись. Целители сказали, что из-за магического перенапряжения у тебя могут быть обезвоживание и слабость. Но ты поправишься. Просто слишком много магии использовала за раз.

Вода в стакане закончилась, и я с облегчением откинулась на подушку. Перед глазами все поплыло, но я все-таки смогла сказать:

— Той самой магии, которой у меня нет?

— Вспомнила, значит.

Я зажмурилась.

— Зачем ты меня обманывал?