Глава 49

В воскресенье мы собрались на даче у родителей Ярослава. Официально поводом стал день рождения его мамы, Нины Андреевны, но мне подумалось, что будет что-то вроде смотрин.

Со мной хотят познакомиться поближе. Тимура и мою маму тоже позвали, и сомнений не осталось.

— Да не волнуйся, ты, — посмеивался Ярослав. — Всего лишь день рождения. Она вообще его праздновать не хотела, это я уговорил. Пора заканчивать со всей этой драмой.

Да уж, драма. Я волновалась, что, узнав больше подробностей о том, кто стоит за поджогом и попыткой убийства, родители Ярослава посчитают меня косвенно виноватой.

И будут правы, вообще-то. Если бы я не появилась в жизни их сына, Антон не натворил всех этих дел. Но Ярослав и слушать ничего не хотел. Едем и всё.

Нас встретили тепло. Нина Андреевна с восторгом приняла букет от Тимура, назвав джентльменом, взяла нас с мамой в оборот и пошла показывать свой сад.

— Вот здесь моя гордость, — она остановилась возле шикарных роз. — «Фредерик Мистраль». Красота, конечно, невероятная, а аромат… Но вот к дождю очень чувствительны.

Аромат и правда был фантастический.

— Потрясающе, — восхитилась мама. — Читала про этот сорт, но пока не решилась.

Они явно нашли общий язык и продолжили экскурсию по шедеврам Нины Андреевны.

Я перевела взгляд на Ярослава, он вместе с отцом и Тимуром уже что-то готовили на гриле. Локи и Джесси наслаждались свободой, и на душе было так тепло, что все тревоги ушли.

Никто меня ни в чём не обвиняет, и я не должна себя винить. Антон сам должен нести ответственность за свой выбор. Никто его не вынуждал становиться преступником.

Позже подъехали ещё гости, друзья, родственники. Стало шумно, и мы с Ярославом вышли на веранду.

— Ну как?

— Идеально, — улыбнулась я, положив голову ему на плечо.

— Выдыхай, дальше будет только лучше.

Он притянул меня к себе, и я в который раз поблагодарила бога, что всё закончилось хорошо. Мы все живы и здоровы, нам больше никто не угрожает, и, кажется, и правда можно расслабиться.

И тут в кармане зазвонил телефон. Я застонала, расстраиваясь, что нас прервали, не хотелось отрываться от Ярослава.

— Кто это?

— Не знаю… — помедлила я, глядя на незнакомый номер.

— Здравствуйте. Александра Викторовна?

— Да, а кто говорит?

Мужчина представился, сказав, что занимается делом Антона, и что всплыли новые подробности.

— А что конкретно случилось?

— Хотел бы встретиться с вами завтра, нужно уточнить некоторые детали.

Он не давил, ничего толком не объяснял, но и не позволял думать, будто я могу отказаться. Мы договорились о встрече, и я отключилась.

— Что там?

— Антон… Что-то всплыло, и они хотят со мной поговорить. Как думаешь, что это может быть?

Ярослав задумался.

— Завтра съездим и узнаем, не переживай раньше времени.

Я кивнула, снова оказавшись в его руках. Настроение чуть испортилось, я думала, эта история уже оставила меня. Но, видимо, я тороплюсь. Пока Антону с Федей не назначат наказание, я для себя эту историю не закончу.

На следующий день мы приехали в следственный отдел. Нас встретил серьёзный, усталый мужчина, звонивший мне вчера.

— Старший лейтенант Корнев Дмитрий Анатольевич, — официально представился он. — Рад, что вы нашли время. Присаживайтесь.

Он указал на два стула напротив стола.

— Мы запросили материалы по одному старому эпизоду, — сказал он без прелюдий. — По событиям четырёхлетней давности в Таиланде.

Мы с Ярославом переглянулись. Корнев внимательно смотрел на меня.

— Правильно ли я понимаю, что тогда, во время цунами, ваш супруг Антон Сергеевич оставил вас с сыном в смертельно опасной ситуации?

— Да, — кивнула я, чувствуя, как в горле пересохло. — Вряд ли у меня будут какие-то доказательства…

— У нас есть показания свидетеля, — прервал он меня.

— Свидетеля? — нахмурилась я. — О ком вы?

Он опустил взгляд на открытую папку и прочитал:

— Эльвира Борисовна Коваль.

— Эля? — я не поверила своим ушам.

Корнев кивнул.

— Я поднял материалы дела и обнаружил вот что, — он развернул папку и подвинул её по столу так, чтобы я видела. — Это ваше медицинское заключение?

Я взяла листок дрожащими пальцами, чувствуя, как рядом напрягся Ярослав. Это была выписка из больницы, куда нас с Тимуром доставили в России.

«Состояние при поступлении: средней степени тяжести. Закрытая черепно-мозговая травма, ушиб грудной клетки, резаное ранение правой голени, риск вторичной инфекции, — мой взгляд метался по строчкам, пока не остановился на: — Самопроизвольное прерывание беременности сроком около 8 недель на фоне травматического воздействия и стресса».

Я вернула выписку на место и подняла взгляд на Корнева.

— Да, это моё медицинское заключение, — ответила ровно.

Ярослав взял меня за руку, и это не укрылось от следователя. Он вздохнул и вернул себе папку.

— Почему вы не сообщили об этом четыре года назад?

Я не знала, что на это ответить. Я была сломлена, всё, что меня держало тогда на плаву — Тимур. Мне было не до мести, выжить бы и встать на ноги.

Я даже не подумала тогда, что Антона можно привлечь к ответственности. Что я вообще смогу хоть что-то доказать. Да и как? В том хаосе, где гибли люди, а мы просто выжили, мне казалось, что этого уже достаточно.

— Чем ему это грозит? — спасибо Ярославу, он вернулся к главному.

— Решать суду. Сейчас Антон Сергеевич активно сотрудничает со следствием, к тому же, у него хороший адвокат, но в свете открывшихся подробностей…

— А благодаря кому они открылись?

— Вообще, я не должен это с вами обсуждать, но информация появилась благодаря второму фигуранту дела.

Федя? Так это он его сдал?.. Надо же, крысы грызут друг друга.

— Если вы готовы подтвердить всю вышесказанную информацию, — он перевёл взгляд на меня. — Суд учтёт эти обстоятельства как отягчающие.

— Значит, его срок увеличат?

Корнев кивнул.

— Скорее всего.

Он сделал многозначительную паузу и добавил:

— Александра Викторовна, давайте восстановим справедливость.

Ярослав сжал мою ладонь, давая понять, что он рядом. И я согласилась.

Что ж, похоже, даже четыре года спустя, Антон всё-таки ответит за свой поступок.