Глава 15

— Тихо, тихо. — зло процедил сквозь зубы Дима, прочитав на моём лице всё, что я собиралась сказать и сделать. — Не здесь, Оля. Не сейчас. Схватив меня за локоть, потащил за дверь.

— Папа. — жалобно просипела Есенька.

— Мы сейчас, котёнок. — напряжённо улыбнулся ей через моё плечо Дима. — Сейчас вернёмся. Только не плачь. Мы с мамой к доктору, солнышко, и сразу обратно.

— Пусти. — шипела я разъярённой кошкой, пытаясь вырваться из хватки мужа.

— Не устраивай здесь скандал, Оля. — тащил меня по коридору Дима. — Нашла место.

Вытащив меня в просторный холл, оглянулся и толкнул в простенок между автоматом с шоколадом и напитками и кофемашиной. Я неловко шагнула назад, наткнулась ногой на контейнер для использованных стаканчиков и чуть не завалилась на спину. Дима удержал от падения, за локоть дёрнул на себя и пнул ногой контейнер для мусора, протолкнув его глубже.

— Почему не отвечаешь на звонки? — склонившись к моему лицу, зло прошипел Дима. — Какого чёрта, Оля? Решила нервы мне помотать?

Никому я ничего мотать не собиралась. У меня телефон разрядился. Свой прежний, дорогой и навороченный я продала через месяц после того, как ушла от Димы. Собирала деньги на адвоката. Где могла и как могла. А мой нынешний старенький смартфон не держал долго зарядку. А зарядного устройства у меня с собой не было.

— А ты почему не отвечаешь? — вздёрнула я подбородок, зло глядя в потемневшие от гнева глаза мужа. — Почему не на связи, когда твои дети дома одни остаются? Тебя нет в городе, у домработницы выходной, Звенигородская твоя непонятно где и с кем шляется, а дома ребёнок с высокой температурой.

— Я спал! — рявкнул Дима. — Ты про разницу часовых поясов когда-нибудь слышала? Там ночь глубокая была. Я устал как чёрт и вырубился в гостинице.

— А мы не спали! И отпусти уже, ты делаешь мне больно. — я рванула руку из грубого и болезненного захвата мужа.

Дима отпустил, и меня по инерции сильно качнуло назад. Так, что я с трудом удержалась на ногах. Крепко зажмурилась, потому что закачало, поплыло и в глазах сумрачно потемнело.

— Так что случилось? — сделав шаг вперёд, Дима окончательно зажал меня в простенке. Не выбраться.

— Это я тебя должна была спросить. — буркнула, сжимая пальцами переносицу и уголки глаз, чтобы вернуть резкость зрению. — Это ты должен знать, что происходит в твоём доме и с нашими детьми. Мне туда доступа нет. Я же, с твоей подачи, лярва даже для твоих тупых охранников.

— Оля! — рыкнул Дима, и я упёрлась свободной рукой ему в грудь, пытаясь отодвинуть от себя давящую махину бывшего мужа.

— Случилось то, что Еся заболела. У неё температура зашкаливала, от обезвоживания и жара судороги начались. Она на грани была, Дим. Она бы до утра не дожила. А твоя охрана скорую на территорию не пускала. Дура эта твоя. Ада. Свалила из дома и бросила больного ребёнка. — выкрикнула я в лицо бывшего мужа. — Отличный выбор, Дим. Отобрать детей у меня и отдать тупой бабёнке, которой они нафиг не упёрлись.

— С охраной разберусь. — скрипнул зубами Дима. — Ада тоже получит своё.

— Лишишь очередной цацки? — с ненавистью посмотрела я на мужа. — Или не купишь ей обещанную путёвку на Мальдивы?

— Не завидуй, Оля. — оскалился в ядовитой улыбке муж. — Или отдых у матери в Игнатьевске не такой комфортабельный, как на лучших курортах Индийского океана?

— Совсем крышей поехал. Не захлебнись ядом, Дим. Я тебе о наших детях и их безопасности, а ты… — чувствуя дурную слабость, попыталась оттолкнуть мужа. — Пусти. Мне нужно к Есе.

— Не нужно. Я уже здесь и всё решу. — Дима подцепил пальцами мой подбородок, поднял моё лицо и окинул его внимательным взглядом. Недовольно нахмурился. — Отправляйся домой, Оля. Проспись. Выглядишь как зомби. Только детей больных в отделении пугать.

Дима резко убрал руку, и меня снова мотнуло в сторону. Так, что я стукнулась плечом об стенку кофейного автомата. Муж поморщился, глядя на меня.

— Позвоню водителю, чтобы отвёз тебя, а то рухнешь где-нибудь в автобусе.

Муж развернулся и пошёл в сторону палаты Есении.

— Я останусь с дочерью. — опираясь рукой о холодную, металлическую стенку автомата, крикнула ему в спину.

— Ты уже достаточно времени провела с ней. — на ходу бросил через плечо Дима. — Поезжай домой, Ольга. Дальше я сам.

Оттолкнувшись от стены, шагнула следом за Димой.

— Не имеешь право. — прошептала, чувствуя разливающийся по языку кислый, металлический вкус.

Я останусь. Вот только соберусь силами, пересилю слабость в подгибающихся ногах и темноту в глазах и догоню Диму. Я останусь с дочерью.

Мои последние мысли перед тем, как пол ушёл из-под ног и вязкая темнота окончательно поглотила меня.