Глава 52

Я обернулась на знакомый детский голос. Позади меня стояли Егор и Миша Протоповы.

Миша протянул мне цветы, а я, наконец, смогла рассмотреть его отца. Мужчину, который мне очень помог, буквально спас меня и моё зрение.

Егор Протопов был мощным. Глядя на него, это слово первым пришло на ум. Плотный, мускулистый, хорошо сложенный. Словно высеченный из камня древнеримский воин. Сильная челюсть, твёрдый взгляд. Строгие брюки, голубая рубашка, до предела натянутая на широкой груди. Внимательный, изучающий взгляд. Чувствовалась в Егоре не дюжая сила и уверенность.

— Папа, мы чуть не опоздали. — с упрёком посмотрел на отца Миша и снова повернулся ко мне. Улыбнулся робко, словно извиняясь. — Это папа вам долго цветы выбирал.

— Ну не опоздали же. — похлопал сына, держащего цветы, по плечу и чуть подтолкнул ко мне. — Здравствуйте, Ольга.

— Спасибо за цветы, Миша. — улыбнулась я, забирая протянутый мне букет. — Здравствуйте, Егор.

— Как ваши глаза? — изучал меня взглядом Егор. — Прекрасно выглядите, Ольга.

— Всё хорошо. Обошлось без осложнений. — меня смущал его заинтересованный взгляд, и я отвела глаза, посмотрела на довольного Мишу. — Я очень благодарна вам с Мишей. Если бы не вы…

— Ааа… — отмахнулся Егор. — Мы с сыном хотели пригласить вас в кафе. Отпраздновать День знаний.

Миша, глядя на меня с надеждой в глазах, с энтузиазмом закивал.

— В кафе? — Я искренне удивилась. — Прямо сейчас?

— Мы заказали столик в "Звёздном". — посмотрев на циферблат наручных часов, сказал Егор. — Там отличная кухня. Шеф-повар — мой одноклассник.

Кажется, у отца Миши везде были знакомые и нужные люди. Врачи, повара, вот теперь ещё и преподаватель сына.

— Спасибо, но у нас сегодня дома семейный ужин. Меня уже ждут. — вежливо отказалась я.

— Тогда, может быть, завтра? Ужин в ресторане. Я приглашаю. — неожиданно предложил Егор, и я моргнула. Покрепче прижала к себе цветы и отступила на полшага.

Я не привыкла получать приглашения от мужчин. Вернее сказать — не умела. Внимания чужого мужчины было настолько непривычным, что в первый момент я даже растерялась. Пока рядом со мной был Дима, мужчины на меня даже посмотреть лишний раз боялись.

— Боюсь, что я не смогу, Егор. Но спасибо за приглашение. — чувствуя, как загорелись щёки, отказалась я.

— Как я понял из вашего рассказа — вы в разводе. — чуть склонив голову к плечу, Егор задумчиво провёл кончиком языка по нижней губе. — Вы свободная женщина, Ольга. Почему отказываетесь? Я не в вашем вкусе?

Я покачала головой и честно призналась:

— Дело в другом, Егор. У меня был крепкий, как я думала, и счастливый брак, который очень некрасиво закончился. Тяжёлым разводом, последствия которого мы разгребаем до сих пор. Мне не до свиданий. Я пока не готова даже подумать в этом направлении.

Я чувствовала какую-то неловкость, даже физическое неудобство от этого разговора. Совершенно не готова была к подобным темам и к мужскому интересу отца моего ученика.

— Спасибо, что помогли мне. — я вымученно улыбнулась Егору и Мише, топтавшемуся рядом с отцом. — И за цветы тоже. Мне пора.

Развернулась, чтобы уйти, и натолкнулась взглядом на Диму.

Муж стоял у своей машины, придерживая открытую заднюю дверь, пока из салона его автомобиля вылезала Есенька. Придерживал дверь и сверлил меня совершенно диким взглядом.

— До встречи, Ольга. — донёсся до меня голос Егора.

Я молча, не глядя на него, кивнула и пошла навстречу выбравшейся из машины и бегущей ко мне Есеньки.

— Мама, мы в парке гуляли. — налетела на меня дочь. — Папа мне сахарную вату купил и шарики. Ой, а шарики?

Есенька развернулась и помчалась обратно к машине Димы.

— Папа, шарики забыли!

Пока Дима с Есей доставали из салона автомобиля целую связку фольгированных, гелиевых шаров, я дошла до своей машины и открыла для дочери и её трофеев заднюю дверь в салон.

— Домой? Торт есть? — запихнув, наконец, все непослушные шары на заднее сиденье и усевшись в детское кресло, спросила Есенька. — Мира, наверное, уже съела половину.

— Она ждёт нас. — со смешком, успокоила я дочь и закрыла её дверь.

Дима стоял рядом и наблюдал за погрузкой Есеньки и её новых воздушных друзей. Кого там только не было. Покемоны, жираф, розовый лабубу, зебра, пара зайцев и золотые сердечки.

— Кто это был? — угрожающе спросил Дима, как только нас с ним отрезала от дочери закрывшаяся дверь машины.

— Миша Протопов, мой ученик.

— Я не про мальчишку. — прорычал муж. — Я про мужика с ним.

— Отец Миши. — озвучила я очевидное.

— Что у тебя с ним?

Я неверяще покачала головой.

— Это он отогнал тогда Звенигородскую с газовым баллончиком и отвёз меня в больницу.

— Он смотрел на тебя, как на кусок мяса. — рявкнул Дима.

Я пожала плечами и, обходя машину, пошла к водительской двери.

— Я не потерплю чтобы рядом с моими дочерьми ошивался какой-то левый мужик — прилетело злое в спину.

— Дим. — я остановилась и прежде чем открыть дверцу машины, посмотрела на мужа. — Я не ты. Не нужно меня под свою гребёнку стричь.

Это был не намёк, говорила как есть. В лицо.

У мужа глаза сверкнули. Нижняя челюсть дёрнулась.

Спокойно открыла дверь машины, села на водительское место и положила цветы на переднее пассажирское сиденье.

— Мам, а папа с нами не поедет? — отгоняя от лица особенно докучливый шарик в виде сердца, спросила Есенька.

— Нет. У папы ещё свои дела. — я завела двигатель и, посмотрев в левое зеркало обзора, тронулась с места.

— Он тоже твой торт хотел попробовать. — грустно, с лёгким упрёком поведала дочь. — А ты долго ещё будешь на папу сердится?

— Имею право, Есень. Он меня обидел. — глядя на дорогу, глухо сказала я.

— Вы же помиритесь? — не унималась Есенька. — Папа сказал, что обязательно помиритесь, и всё будет, как раньше. Будем опять жить вместе.

Я скрипнула зубами.