Глава 10

Рита Когда я открыла входную дверь, шарфа на Русе уже не было. Муж ввалился в квартиру, несмотря на мои попытки преградить ему дорогу. – Ты совсем спятил?! – Милка где? – Милана в постели. Он хотел убрать меня с дороги, но на этот раз я его не пустила. Толкнула в грудь, что было сил. – Она спит! – Я к ней пришёл. – Как пришёл, так и уйдёшь! Он сдвинул брови, разглядывая меня, будто мы лет пять не виделись. У кого-то открылась дверь, по ушам ударила музыка. За спиной кто-то прошёл, и я десять раз пожалела, что вообще пошла открывать. Но если бы не отогнала Руса от окна, он бы разбудил Милану. – Я пришёл к дочери, – упрямо повторил он, глядя на меня бычьими глазами. Пошатнувшись, он ухватился за косяк и насупился. Попытался сфокусировать зрение, но, видно, сделать это было не так просто. Я разозлилась ещё сильнее. – К дочери ты пришёл, Руслан?! А ты хоть что-нибудь ей купил?! Хоть какой-нибудь подарок?! Или ты его вместе с мозгами в сугробе потерял?! – Подарок? – Да, подарок! Сегодня Новый год, если ты помнишь! Она ждала Деда Мороза! А вместо этого я ей пьяного папашу продемонстрирую?! Да катись ты, откуда пришёл! Когда уходил, не думал, что скучать будешь, а тут вспомнил, что у тебя дочь есть?! – Я… – Я – я… Свинья! Я вытолкала его за порог и захлопнула дверь. От злости распирало грудь. Я готова была что-нибудь расколотить, да толку?! В дверь заколотили. Благо на фоне общего шума это было не так слышно. Стук повторился, оборвался громким ударом и прекратился, а я всё смотрела на дверь, будто Руслан мог пройти сквозь неё. Пока шла к нашим комнатам, встретила соседских гостей, но и улыбнуться в ответ на полупьяные поздравления не смогла. Почему-то вспомнился дом Строганова и его квартира. Его гости наверняка не напиваются до беспамятства дешёвым шампанским только потому, что других развлечений, кроме этого и петард на улице, у них нет. Может, он вообще на какой-нибудь горнолыжный курорт поехал или сидит сейчас в шикарном ресторане и выбирает между фуа-гра и шампиньонами под сырной шапочкой! Да при чём здесь он?! Из ближайшей к нашим комнаты вышла соседка. В руках у неё была бумажная тарелка с конфетами и пирожными. – Ой, как хорошо, что я тебя встретила! – Она сунула тарелку мне. – Вот, для Милы твоей. Спит уже, наверное? – Угу, – кивнула я. Тётя Галя похлопала меня по руке. – А Руслан где? Что-то давно его не видела. Уехал куда? – Угу, – снова выдавила я. Комната открылась, соседку позвали, и она, извинившись, ушла праздновать дальше. Я зашла к себе и поставила тарелку на тумбочке в маленьком коридоре. Боялась, что Руслан опять начнёт ломиться в окно. Выглянула на улицу – никого, только компания вдалеке что-то пьяно орала, хлопая хлопушками. Пригляделась, но шарфа мужа не увидела. – Мама, уже утро? – спросила сквозь сон Мила. Я доковыляла до кровати. – Нет. Спи. – Провела по её голове ладонью. – Ещё совсем не утро. Ночь будет долго, а утром… – Вздохнула. А что, собственно, будет утром? Новый день, ничем не отличающийся от предыдущих? До безумия хотелось прижаться к родному плечу и почувствовать себя защищённой. Теперь защищённой себя чувствует совсем другая женщина. И утро Нового года рядом с Русланом встретим не мы, а она. Снова уснувшая Милана причмокнула во сне губками. Я убрала от её лица волосы. Но он ведь к нам пришёл… Зря я, наверное. Надо было постелить ему в нашей комнате, и пусть бы выспался. А утром с Милой погулял. Дура я. Он к нам пришёл, а я его сама к ней отправила. Взяла телефон и набрала мужа, но услышала «абонент недоступен». Вот так. Позвонила снова… и снова. Налила ещё бокал шампанского и опять позвонила, но звонки уходили в никуда. Я открыла мессенджер, но только нажала на запись голосового сообщения, зашевелилась Милана. – Мамочка, а теперь уже утро? – Нет. – А почему на улице поют? – Потому что Новый год. Я поцеловала её в щёчку, продолжая корить себя. Он ведь может больше и не прийти. Придралась ещё с подарком этим. Как будто у Милы игрушек мало. Ей кроме дома для кукол и не нужно ничего. А теперь что? Уйдёт опять к своей Лане, и всё на этом. *** Утро первого января началось поздно и тяжело. Нашарив телефон, я проверила пришедшие сообщения, но от Руслана не было ни слова. – Я съела три конфетки, – оповестила меня дочь и сунула в руки маленькую шоколадку. – Там тарелочку Дедушка Мороз принёс. На ней конфетки и пирожные. Значит, я очень хорошо себя вела. – Очень, – подтвердила я, не став уточнять, что Деда Мороза зовут тётя Галя, и, если уж на то пошло, то она скорее Баба Мороз. Дочь убежала к домику, а я пошла умываться. Но только почистила зубы, к нам кто-то постучался. Блеснувшая надежда исчезла, когда я, открыв, снова увидела соседку. – Доброе утро, – поздоровалась, слабо представляя, что ей нужно. Она проницательно посмотрела на меня и, понизив голос до свистящего шёпота, спросила: – Загулял твой Руслан? Меня как в живот ударили. Я приоткрыла губы, но не выдавила ни звука, только кивнула. – Я так и подумала. Все они такие. Мой сколько раз гулял – и ничего, вернулся. – Он вчера приходил, – сама того не желая, сказала я. – Да знаю я. Видела в окно. Вот и поняла сразу. А ты чего, не пустила, что ли? – Не пустила. – Ой, дурная… Скребущее чувство в душе стало невыносимым. – Он мне изменил. – И что теперь? Ну изменил, дальше что? Кто-то из-за этого умер? Мужики все так устроены – кобели те ещё. Поблядуют и вернутся. Это ему поперво́й там, – махнула она на дверь, – хорошо. А потом надо туда, где привычно. Ну что ты так на меня смотришь? Разревись ещё мне. Я и правда готова была разреветься, хотя и слёз уже не осталось. О Русе я только с Олеськой говорила, да и то так… Подруга меня понять не могла. Соседка потрепала меня по плечу. – А что, если я сейчас прощу, а он опять изменит? – Ну изменит, и что? Ты от этого развалишься? Прими как родного, плюнь и разотри. Васька каких только ни находил, а в итоге всё равно со мной. Набегался, натаскался… А сейчас уже и не нужно никуда. Как срок годности у его таскалки кончился, так и всё. Ноги не держали. Я присела на пуфик и положила руку на колено. Когда-нибудь должно же оно перестать ныть! И проклятое сердце тоже! Сколько можно, в конце-то концов?! – Придёт снова – за стол усади и накорми. Пусть понимает, что тут всегда лучше. – Не смогу я так. – Сможешь. Если хочешь мужа вернуть – сможешь. А не сможешь – и правда уйдёт. Оно тебе надо? Я на автомате мотнула головой. – Вот и правильно, не надо, – удовлетворённо сказала тётя Галя. – Хороший мужик. Таких поискать. С тобой такой, – кивнула на мою ногу, – возился вон сколько. Другой бы давно бросил, а он терпел. Так что и ты потерпи. Нагуляется и вернётся.