Глава 7: Первое прикосновение
Экскурсия подошла к концу. Они стояли у массивного дубового стола, заваленного чертежами и эскизами. Солнце уже село, и в мастерской царил мягкий полумрак, скрадывающий острые углы и делающий пространство еще более интимным. Тишину нарушало лишь их дыхание и отдаленный гул вечернего города.
— Тебе, наверное, пора, — тихо сказал Дмитрий, но в его голосе слышалось сожаление. — Родители волноваться будут.
— Да, наверное, — кивнула Вероника, хотя все внутри восставало против этого. Она не хотела уходить. Не хотела, чтобы этот волшебный вечер заканчивался.
Он помог ей надеть куртку. Его пальцы скользнули по ее плечам, поправляя воротник, и задержались на секунду дольше необходимого. Это было мимолетное, почти невесомое прикосновение, но оно пробежало по ее коже огненной волной, заставив учащенно забиться сердце. Она замерла, не в силах пошевелиться, чувствуя тепло его ладоней сквозь тонкую ткань.
Она медленно обернулась, чтобы лицом к лицу. Они стояли так близко, что она чувствовала исходящее от него тепло, видела каждую ресницу, обрамляющую его темные глаза, в которых теперь плясали не искорки заката, а отблески внутреннего огня. Воздух между ними сгустился, стал упругим и звонким.
— Вероника, — произнес он ее имя так, будто это было заклинание. Его голос был низким, хриплым от сдерживаемых эмоций.
Она не ответила. Не могла. Она лишь смотрела на него, давая ему безмолвное разрешение. Ее тело, ее учащенное дыхание, ее полуприкрытые веки — все кричало «да».
Он медленно, давая ей время отстраниться, наклонился к ней. Его дыхание коснулось ее губ теплой лаской.
Первый поцелуй был нежным, почти робким. Это было прикосновение, полное вопроса и воспоминания. Он был вкусом кофе и чего-то неуловимого, чисто его, древесного и мужского. Она ответила ему, и ее губы дрогнули под его напором. Это было как возвращение домой после долгой и изматывающей дороги. Как падение в мягкую, теплую пучину, где не существует ни прошлого, ни будущего, есть только настоящее.
Почувствовав ее ответ, он углубил поцелуй. Теперь в нем была не только нежность, но и долго сдерживаемая страсть, и горечь лет разлуки. Его руки скользнули с ее плеч на спину, прижимая ее к себе так крепко, что она почувствовала каждый мускул его тела, каждое биение его сердца, совпадающее с ритмом ее собственного.
Она обвила его шею руками, погружая пальцы в его густые волосы. Мир сузился до точки — до точки соприкосновения их губ, их тел, их душ. Все сомнения, вся вина, вся усталость — все это сгорело в одночасье в этом поцелуе.
Когда они наконец разъединились, чтобы перевести дыхание, он не отпустил ее, а прижал к себе, и она чувствовала, как его грудь тяжело вздымается.
—Я не поверил своим глазам, когда увидел тебя у дерева, — прошептал он ей в волосы. — Я думал, мне снова показалось. Как все эти годы.
— Я здесь, — выдохнула она, прижимаясь щекой к его груди. — Я настоящая.
И впервые за долгое время она почувствовала, что это — чистая правда.