Глава 22

Элла

Она споткнулась, но устояла.

Не упала.

Но удар всё равно дошёл до цели.

Слова, отравленные ядом, ударили в спину, лишая равновесия.

— Меченая!

— Уродка!

— Безродная!

Холодные. Насмешливые. Жестокие.

Она уже и забыла, каково это.

Когда они — слова, сказанные вполголоса, но достаточно громко, чтобы она услышала — подсекают, выбивая почву из-под ног, заставляя сбиться с шага.

И…

Смех.

Липкий. Издевательский.

Пропитанный презрением.

Она резко вдохнула, вытянулась в струнку, не поворачиваясь.

Но они уже знали, что попали в цель.

И продолжили.

Слухи в Академии всегда были, но до недавнего времени они её не касались.

До определённого момента она была для элиты пустым местом — просто курсантка, просто сирота, одна из сотен новичков, не слишком интересная, не слишком заметная.

Но теперь…

Теперь до курсанток наконец дошло, почему принцы наматывали круги вокруг одной и той же группы.

Кто-то заметил её на утренних тренировках с Кайленом. Кто-то видел, как они все вместе уезжали в саргийскую резиденцию. Кто-то рассказал о Гравболе — о том, как Зар и Кайлен играли с ней в одной команде, как прикрывали её на поле, как Кайлен буквально сбивал противников, если они слишком агрессивно шли на Эллу. И вот разрозненные наблюдения сложились в картину.

Элла больше не была пустым местом. Она была угрозой. Не потому, что стала сильнее или лучше других. А потому, что она оказалась там, где не должна была быть — в центре внимания тех, кого считали недосягаемыми. И теперь её имя звучало в коридорах Академии так же часто, как и их.

Шёпот продолжался.

— Думаете, это совпадение⁈ Она подстроила это. Наверняка!

— Безродная сиротка, а теперь внезапно вся элита вокруг неё крутится? Интересно, почему?

Заводилой в этой компании была Хейра Вел’Транин — дочь одного из председателей Совета Содружества.

Киеланка, высокомерная и утончённая, с серебристой кожей и длинными светлыми волосами, которые всегда были безупречно уложены. Она не кричала, не скандалила — ей это было не нужно. Достаточно было шёпота да пары фраз, брошенных в нужном месте, в нужное время. Она говорила мягко, улыбаясь — и её окружение тут же поддакивало, соглашалось. Они не пыталась травить Эллу открыто. Хейра умело создавала атмосферу, в которой даже те, кто раньше не обращал на Эллу внимания, теперь смотрели с подозрением на неё, полукровку, которая втёрлась в доверие к принцам, хитрую выскочку, которая пытается пролезть в высший общество.

Но Элла их всех игнорировала.

Как делала это всегда.

Шла мимо, как будто не слышала.

Как будто её это не касалось.

И именно это больше всего злило Хейру. Элла не спорила, не оправдывалась — просто шла дальше, лишая её самого главного: реакции.

Сегодня Кайлен ждал её возле тренировочной площадки. Они шли рядом по коридору, когда раздался шёпот за её спиной.

— Видела? Он снова с ней.

— Чем она его привлекла?

— Жалость. Ну, знаешь… к уродке.

— Она же безродная. Ему просто её жаль.

— Сиротка возомнила себя особенной⁈

— Думает, если вокруг неё принцы крутятся, то она что-то значит⁈

Элла не остановилась.

Не замедлила шаг.

Просто прошла мимо.

Привычка.

И это злило их ещё больше.

Но ей было плевать.

А вот Кайлен…

Она почувствовала…

Как он напрягся.

Как воздух изменился.

Стал потрескивать.

Она чуть повернула голову, увидев, как его губы сжаты в тонкую линию, а в зелёных глазах вспыхнул гнев.

Услышал, поняла Элла. Она сделала вид, что ничего не заметила и продолжила разговор.

— Завтра надо будет отработать маневры в условиях перегрузки, — сказала она.

— Хорошо, — ответил он.

Но вдруг развернулся к курсанткам стоявшим у окна

— Повтори, что ты сказала?

Глухой голос прорезал воздух.

Девушки застыли. Кто-то сглотнул.

Его зрачки сузились, вертикальные, звериные, полыхающие огнём.

Воздух в коридоре накалился.

А затем…

Вспыхнул огонь.

Раздался девичий визг.

Крики.

Топот ног.

Курсанты бросились врассыпную, панически отшатываясь, толкая друг друга, спешно спасаясь бегством.

Элла шагнула вперёд, не думая.

Встала перед ним, схватила его за руку.

Его огонь был горячим, но не обжигал её.

Его предплечья дрожали, покрываясь всполохами чешуи.

Элла заглянула в его пылающие огнём глаза и мягко провела ладошками по его предплечьям, поглаживая кожу, чувствуя дрожь его напряжения.

Он горел.

Горел от гнева.

— Тише, — шёпотом сказала она. — Всё в порядке.

Она видела, как в ужасе разбегались курсанты.

Как замигала аварийная сирена.

Как тени на стенах плясали от бликов огня.

— Как они смеют? — его голос был низким, почти звериным.

— Мне всё равно, — спокойно сказала она.

— А мне нет.

— Кайлен, это не имеет значения…

— Ты думаешь, мне не говорили гадости? — его голос был спокойным, но в нём звучала глухая тяжесть. — Ты думаешь, я не знаю, как ты себя чувствуешь? Когда слышишь оскорбления? Когда они смеются у тебя за спиной?

Она задержала дыхание.

— На меня с детства смотрели, как на… ошибку.

Тишина. Только гул пламени.

— Они говорили, что таких, как я, не должно существовать. Что меня следовало отдать на опыты. Что я… сумасшедший принц.

Она не могла отвести взгляда. Её сердце сжалось.

Кайлен, которого она знала, был уверен в себе, непоколебим, сильнее всех.

Но сейчас…

Он был мальчишкой, которому когда-то говорили, что он не должен был родиться.

— Поэтому, когда я слышу, что кто-то говорит так о тебе… — он глубоко вдохнул пытаясь совладать с гневом: — Я злюсь.

Он поднял руку.

Коснулся её виска.

Её метки.

Его прикосновение было тёплым. Не требовательным, не настойчивым — мягким, бережным.

Он медленно провёл пальцами по линии шрама, задержался на секунду…

А затем наклонился.

И коснулся губами её кожи.

Лёгкое касание.

Тёплое.

Задержавшееся ровно на миг, который тянулся дольше, чем секунды.

— Они не знают, какая ты.

Её дыхание сбилось.

— Они не видят того, что вижу я… Самую красивую… И невероятную девушку.

Она закрыла глаза.

Просто закрыла глаза и позволила себе почувствовать это.

Тепло.

Заботу.

После этого всё изменилось.

Слухи утихли.

То ли из-за того, как полыхнул Кайлен, то ли из-за того, как ей удалось усмирить его огонь и уцелел не только коридор, но и она.

Но в глазах окружающих что-то поменялось.

Те, кто относился к ней нейтрально, теперь смотрели с уважением.

Те, кто распускал сплетни… Смотрели со страхом. Но её их мнение не интересовало.

Только Кайлена… и её друзей.

И вот, наконец, экзамены.

Самый сложный и важный этап её первого года обучения.

Элла знала, что готова. Они с Кайленом тренировались каждое утро, её тактическое мышление стало острее, реакции — быстрее, тело — сильнее. Она справилась со всеми промежуточными испытаниями, но теперь пришло время показать всё, чему она научилась.

Тактический анализ в боевых условиях она сдала блестяще. Её манёвры были точными, выверенными, быстрыми. Она не просто действовала по учебникам — она чувствовала пространство, просчитывала движение наперёд. Экзаменаторы переглядывались, наблюдая за её действиями.

Практическое пилотирование в условиях перегрузки — тоже успех. Её навигация была безупречной. В тот момент, когда симулятор создавал нестабильные зоны, в которых обычные курсанты теряли управление, она входила в поток и выравнивала корабль с идеальной точностью.

Но главное испытание было впереди.

Высотное маневрирование в условиях нестабильной гравитации.

Испытание проводилось на одном из самых удалённых полигонов Академии. Там, где гравитационные поля управлялись дистанционно, создавая условия, максимально приближенные к реальным боевым манёврам.

Курсанты проходили испытание поодиночке на «Грифоне-МКII». «Грифон» не был полноценным боевым штурмовиком — скорее, его упрощённой учебной версией, предназначенной для отработки манёвров и базовых тактических упражнений. Достаточно быстрый, чтобы ощутить перегрузки, но достаточно стабильный, чтобы не стать смертельной ловушкой для неопытных курсантов.

Задача — пройти через гравитационные ловушки, добравшись до контрольной точки, избегая ошибок и штрафных сигналов.

Элла наблюдала за тем, как другие курсанты заходили в зону испытания. Кто-то справлялся, но многим приходилось бороться за контроль над кораблём. Перегрузки были непредсказуемыми — можно было резко потерять поддержку, когда пространство начинало тянуть в разные стороны.

Но она была уверена.

Кайлен стоял рядом, скрестив руки на груди, внимательно наблюдая.

Она знала, что он чувствует её полёт так же, как чувствует воздух вокруг себя.

Наконец, её вызвали.

Элла села в кабину, сделала глубокий вдох.

Гравитационное поле активировалось.

Первая зона — легко.

Вторая — небольшие импульсы, но она выравнивает корабль без проблем.

Третья — сложнее. Гравитационные волны идут вразнобой, её судно слегка качает, но она быстро адаптируется.

Она вошла в ритм.

Она чувствовала траекторию, словно её тело знало, как двигаться, прежде чем она принимала решение.

Кайлен наблюдал за ней с земли, не отрываясь.

Но затем…

Что-то пошло не так.

Неожиданно гравитационное поле включилось на максимум.

Одновременно с этим двигатели её корабля заглохли.

Она почувствовала рывок.

Корабль потерял управление.

Оглушительная тишина.

Звон в ушах.

Корабль резко дёрнуло вниз.

Притяжение вдавило её в кресло, тело напряглось под весом перегрузки. Она летела вниз головой.

Рывок.

Резкий крен.

Корабль перевернулся, заваливаясь вниз носом, и её буквально припечатало к спинке кресла, не давая даже пошевелиться.

Раздался треск панели управления.

Одна из консолей вспыхнула, искры брызнули в воздух. Металлические крепления разошлись с глухим скрежетом, и тяжёлая часть конструкции внезапно сорвалась, с силой ударяя её в лицо.

Резкая вспышка боли — и темнота.

Она даже не успела осознать, что произошло.

Снаружи все замерли.

Кто-то вскрикнул.

Кто-то в панике всматривался в падающий корабль.

Преподаватели судорожно нажимал кнопки на панели управления, но корабль продолжал падать.

— Включить систему эвакуации! — рявкнул ректор.

Но ничего не происходило.

— Почему не срабатывает защита⁈

— Системы заблокированы!

— Как это возможно⁈

Элла падала.

Быстро.

Слишком быстро.

Аварийные механизмы не сработали.

Катапультирование — отключено.

Гравитационные сети, которые должны были замедлить падение — отключены.

— У неё нет шансов! — в ужасе прошептал один из инструкторов, повернув голову в сторону академии из которой в их сторону бежал Ксавир.