Эпизод 17

— Ты уверен, что потянешь стиль Дуо-То? — Голем даже не стал скрывать удивления.

И не только он. Удивились все.

Студенты, что сейчас расселись по зрительским местам рядом с ареной, отлично понимали, что гладиаторский стиль Дуо-То — самый сложный из всех.

Скорее всего, многие посчитали, что я решил выпендриться.

На самом деле тут был тонкий момент. Алекс Бринер во всеобщем понимании — парень без перспектив, слабосилок, которому всё было запрещено. Он не имел права заниматься с наставниками, не имел права повышать ранги и даже покупать радонит.

Ну и чего от него можно было ожидать?

Ничего.

Однако стиль Дуо-То я назвал не просто так. Мне нужно было установить свой статус среди студентов. Но особенно — среди преподавателей. Даже этот голем сейчас меня мало уважал. Пока было не за что. А надо, чтобы уважал и стремился научить меня всему, что он знает. Для любого учителя это вызов.

Да, был риск облажаться по-крупному, потому что я не владел ни одним боевым стилем гладиатора.

Зато отлично владел своим собственным стилем, и на двух мечах тоже умел фехтовать, а за счёт ловкости мог контролировать оба меча и отлично ими управлять.

— Уверен, учитель Лавр, — ответил я, приближаясь к голему.

На моё уважительное обращение «учитель Лавр» он лишь хмыкнул.

— Ну что ж, ученик Бринер. Начнём. Зелёная арена не предполагает пролитие крови, так что тебе всё равно ничего не грозит.

— Кроме унижения! — выкрикнул кто-то из студентов.

Причем, это был женский голос.

Я не стал оглядываться и смотреть, кто это был. Своих врагов я всё равно увижу не раз. Сейчас у меня стояла другая задача — показать, чего я стою.

— Бой! — объявил голем и шагнул вперёд, принимая боевую стойку.

Его круглый каменный щит должен был надёжно его защитить. По сути, сейчас это была крепость с максимальной защитой, которую мне нужно было пробить, а Стиль Дуо-То как раз предполагал мощнейшие атаки гладиатора в ущерб обороне.

На ходу я несколько раз крутанул мечами, разминая запястья.

— Какой крутой, посмотрите-ка! — заржали на зрительских рядах.

Но теперь ни я, ни Лавр не обращали ни на кого внимания.

Голем внимательно анализировал моё поведение, как учитель: смотрел, как я готовлюсь к поединку, как иду, как переношу вес с ноги на ногу, как балансирую, как ориентируюсь в зоне боя, как держу оружие и контролирую каждый меч.

Ну а я анализировал, куда бы его ударить.

С големами мне приходилось сражаться и раньше, но в основном с некро-големами. Хотя были и древесные, и каменные. Без интеллекта, конечно. Раньше было проще: найди слабую зону — и бей, пока не пробьёшь.

Но сейчас големы стали другими: они прекрасно знают о своих слабых местах, поэтому вряд ли так легко дадут к ним подобраться.

А насчёт каменных големов всё было ещё сложнее.

Эти ребята считались неприступной крепостью. К тому же, сейчас я не мог применить силу сидарха и покрыть своё оружие эктоплазмой. У меня имелись только навыки фехтования и ловкость. Я даже мышечную мощь не мог усилить магией Пути Динамис, потому что не знал, как это сделать.

И самый главный момент.

Самый важный.

Настоящий Алексей Бринер нигде не обучался, а значит, не смог бы победить на этой арене, даже если бы случилось чудо. И с этим тоже приходилось считаться.

Я подбросил мечи вверх, а поймал уже обратным хватом, после чего рванул на голема. Матовый зелёный пол не был скользким, а обувь оказалась очень удобной. Но я всё равно использовал то, что частенько применял раньше при сражениях с крупными противниками.

Взял разбег, забирая круг, и скользнул вперёд ногой, практически ложась на пол спиной и выставив один из мечей для прямого удара.

Секунда — и я был уже под щитом голема.

Правда, нижние пластины его защиты пронеслись буквально в сантиметре от моего носа.

Это было рискованно, но всё же сработало.

Левый клинок рубанул голема по массивной щиколотке, ну а я тут же прижал к телу оба меча, перекатился и вскочил уже за спиной противника.

Голем даже повернуться не успел, как получил удар в поясницу уже вторым мечом.

Ну а потом он развернулся и размашисто сшиб меня щитом. Я получил заметный удар по плечу, меня швырнуло в сторону, но равновесие я удержал.

— Неплохо, ученик! — кивнул мне голем. — Это неизвестный гладиаторский стиль, но всё равно неплохо! Откуда ты такой ловкий? Кто тебя обучал?

— Улица, — ответил я. — Она одна не рисковала попасть за это в тюрьму.

Голему понравился мой едкий ответ. Он, конечно, ничего не сказал на этот счёт, но его взгляд будто смягчился.

— Назовём этот стиль «Бринер-То», — усмехнулся он.

Надо же. Его интеллект позволял ему ещё и шутить.

Я улыбнулся голему. Возможно, это был не такой уж плохой учитель, пусть и каменный.

Ну а потом мы снова вступили в бой.

Теперь голем знал, чего от меня ожидать. Он виртуозно владел стилем Дан-То, и все мои попытки ударить его по конечностям заканчивались тем, что я упирался в защиту.

Но когда голем сам махал мечом, то не успевал до меня добраться.

Он хоть и был отличным воином, но габариты не давали ему ускориться наравне со мной. К тому же ловкость была не просто моим преимуществом. Она была моим вторым «я» во время схваток и не раз спасала мне жизнь.

Так мы и сражались — учитель-крепость и ученик со странным стилем «Бринер-То».

И теперь со зрительских рядов никто не кричал, что Бринер олух — все затихли.

Слышались только звуки боя.

Звон мечей, удары по каменному щиту, тяжёлые шаги голема, шорох обтёсанных булыжников на его теле и порой то, как я перевожу дыхание после очередной атаки.

Скорость схватки нарастала.

Голем еле отбивался от моих атак, его щит принимал удары, а большой меч со свистом резал воздух и сталкивался с моими мечами. Но как бы я ни атаковал, Лавр-325 не ощущал усталости, а вот я уже весь покрылся потом.

Мне не хватало лёгкости — мешала пластинчатая защита на теле. Обычно сидархи не носили броню, их защитой служили свойства тела-призрака.

Пришлось приспосабливаться.

К тому же, имелась ещё одна проблема. Новое тело было способно далеко не на всё, что я мог выдать, и порой мне хотелось подключить силу сидарха.

Я ограничивал себя, как мог.

Если бы не это, то голем давно бы пал от ударов моих мечей с эктоплазмой, и никакая защита бы его не спасла. Но мне приходилось биться практически без магии, а противник был неслаб и очень виртуозен. Бой с големом Клавдием на Чёрной арене не шёл ни в какое сравнение с этой схваткой.

Примерно через десять минут после начала поединка Лавр вскинул руку с оружием и объявил:

— Стоп бой! Достаточно!

Я остановился, держа наготове оба меча.

Лавр посмотрел на меня уже совсем иначе, с интересом и даже уважением.

— Я проанализировал весь наш бой, ученик, — сказал он. — И у меня уже готова программа обучения для тебя. Для каждого студента она составляется индивидуально, как и расписание. Всё зависит от сильных и слабых сторон. Тебе нужно поработать с телом. Оно будто тебе не принадлежит, как бы странно это ни звучало.

Внутренне я сразу напрягся.

То, чего не заметил ни один человек, внезапно заметил голем.

— Ты будто умеешь и знаешь больше, чем твоё тело, — добавил Лавр, внимательно меня оглядывая. — Ты выжимал из него всё, что мог, но оно пока не готово соответствовать твоим знаниям. Были и другие странности, но мне необходимо их проанализировать.

А вот это было ещё хуже.

Он задумался. Посмотрел на мои руки.

— Добавлю также, что тебе не хватает мощи гладиатора, ты вообще ни разу не применил технику наполнения тела магией Пути Динамис. Она в тебе практически не развита. Ты сражался, как обычный человек. Очень искусно, но не как маг-гладиатор. И я хвалю твою смелость. Хм. Ещё у тебя проблемы с магической защитой. Ты, по сути, сражаешься, как голый. Этому надо будет уделить первое время. Защите от атак магии других Путей. Расписание можешь забрать на перемене, после того, как переоденешься.

Он поклонился мне в лучших традициях поединков древности.

Я ответил ему таким же поклоном, надеясь, что он не слишком увлечётся анализом нашего боя.

И тут на арене появился ещё один студент. Худой и кудрявый шатен, весь взъерошенный какой-то, запыхавшийся, с галстуком набекрень и в больших круглых очках, которые тоже сидели как-то криво.

То ли у него чего случилось, то ли он всегда такой — непонятно.

Голем его сразу заметил.

— А вот и наш опоздавший, — вздохнул он, направляясь обратно к порталу. — Вы всё пропустили, господин Гауз. Но можете познакомиться с новеньким. Он тоже любит стиль Дуо-То. Только в отличие от вас, для этого есть все основания. А вам я, как обычно, советую стиль Дан-То.

Лавр прошёл мимо взъерошенного парня, ну а тот поморщился ему вслед, а затем перевёл взгляд на меня. С интересом оглядел с ног до головы, задержал взгляд на мечах и поджал губы.

Остальные студенты гуськом отправились за учителем в портал.

Никто больше меня не цеплял, никто не говорил, что «Бринер — закрыватель дыр», никто не смеялся. Но многие продолжали коситься на меня с презрением и недовольством, будто я испортил им день.

Корней Жаров с дружком тоже молчали, но это точно было ненадолго — такие обычно сразу не затыкаются.

Уже в раздевалке, когда я вышел из душа и переоделся в форму, меня нашёл тот самый парень, который опоздал.

Сейчас он уже не выглядел таким заполошенным: причесался, поправил галстук, только рубашка так и осталась мятой.

— Слушай, ты же Алексей Бринер? — спросил он осторожно, хотя отлично знал, кто я такой.

Тут все об этом знали.

— Нет, — бросил я, не глядя на него и продолжая крепить мечи в держателях шкафчика.

От моего ответа он не растерялся, а лишь усмехнулся.

— Тогда и я не Павел Гауз. Будем знакомы.

Я закрыл шкафчик. Замок защёлкнулся сам по себе от моего прикосновения.

— Будем. — Я наконец глянул на него и увидел, что он протягивает мне руку.

Удивительно.

Такое здесь со мной случилось впервые.

Я нахмурился и пожал протянутую ладонь, внутренне ожидая подвоха — удара, подножки, смеха в лицо, подставы, даже плевка — да чего угодно. Но это было просто рукопожатие. Крепкое и уверенное.

— Ты изучаешь Дуо-То? — спросил Павел. — Так учитель сказал. Я, правда, всё пропустил, но ребята говорят, что ты виртуоз. Некоторые вообще впервые видели такие крутые атаки, как у тебя. Покажешь пару приёмов?

— Я не учитель, — ответил я суховато: мне такая навязчивость не нравилась, хотя было понятно, что ему надо.

Этот Павел Гауз чем-то напомнил мне Семёна Троекурова.

Тот считал, что он сыщик, а этот считает, что он может освоить стиль Дуо-То. Была в этом какая-то болезненная упёртость. Но судя по виду, Павел Гауз больше бы пригодился в библиотеке, чем на поле боя.

Я обогнул его и вышел из раздевалки, Павел поспешил за мной.

— Это значит «нет»?

— Лучше учись у Лавра, он хорош, — ответил я, направляясь к порталу.

— Он считает, что Дуо-То не для меня, — поморщился Павел, — а я считаю, что смогу его освоить. Это же круто. Мало кто мастерски владеет таким стилем. Он опасный. Но ты, как я вижу, не боишься.

Мы вместе шагнули в портал и через секунду вместе появились в аудитории Лавра.

Была как раз перемена. Студенты разбрелись по кучкам и обсуждали мой бой с Лавром. Кажется, сейчас это была единственная тема для разговоров, перешёптываний и промывания костей. Мне, конечно.

Но я заметил кое-какие перемены.

Некоторые парни смотрели на меня уже не так презрительно, ну а девушки даже улыбались. Особенно проявляли интерес две симпатичных рыженьких близняшки. Они вообще глаз с меня не спускали.

Павел это тоже заметил.

— Даже не ведись, — негромко предупредил он. — Это сёстры Зубовы. Сожрут с потрохами. У них папочка — друг ректора. Если ты к этим рыжим крошкам полезешь — считай, что уже отчислен.

Мне же вообще было не до «рыжих крошек», я ждал Лавра и его расписание.

Павел уселся рядом со мной за парту, поправил очки на носу.

— Ну так что? Покажешь пару приёмов после учёбы сегодня?

Настырный, мать его.

Настолько настырный, что даже подозрительно.

Я не исключал, что тут есть агенты Стрелецкого, который спит и видит, как я вылетаю из Академии, желательно в мёртвом виде. А этот пацан так в друзья набивается, что вызывает только одно желание — послать его подальше.

С другой стороны, агент бы не стал себя так вести.

— Сегодня мне некогда, — ответил я.

— О, уже не послал, это хорошо, — заулыбался Павел. — Меня обычно с такими просьбами посылают, а отец требует от меня Дуо-То. Типа наш дед им владел в совершенстве, а сам-то отец вообще маг крови. Зато сестру он мою не достаёт. Она тоже маг крови. А меня допёк просто…

Парень вдруг смолк и вскочил с кресла, уставившись на дверь зала и процедив с раздражением:

— Ну чего ей опять надо… достала…

Из коридора в аудиторию заглянула девушка.

Я её сразу узнал, потому что именно с ней танцевал на банкете. Симпатичная холёная блондинка, которая благоухала «Обнажённой Герцогиней» и пыталась выведать у меня, что я видел в червоточинах. А ещё она обещала, что мы ещё встретимся.

Ну вот и встретились.

И тут я вспомнил, что она представлялась Аллой Гауз. Значит, это и была сестра Павла. А отец у них — коллежский советник, это я точно запомнил ещё на банкете.

Девушка заметила брата, а потом — и меня рядом с ним.

Она заулыбалась и быстро направилась к нам.

— Здравствуйте, Алексей, рада вас видеть, — поздоровалась девушка, затем убрала улыбку и ткнула пальцем в сторону брата. — Паша, ты сегодня опять опоздал! Мне Лавр сказал. Ну сколько можно позориться! Мама за это так переживает!

— Давай не здесь, — простонал парень и подтолкнул сестру к выходу. — У нас занятия, не видишь, что ли? Потом поговорим. Надеюсь, ты сегодня ни с кем не подралась, как обычно? И не насылала ни на кого заклятия? Может, у кого-то вдруг начался лихорадочный жар? Или кровь носом пошла?..

Она тут же перебила его и сменила тему:

— А ты с Алексеем познакомился, да? А я его тоже знаю. Может, пригласишь его на обед сегодня в столовую? Я бы к вам присоединилась. Мне лично всё равно, что его тут не любят. Нам хуже не будет, а он интересный парень…

Девушка обернулась и посмотрела на меня. Опять заулыбалась, но брат не дал ей больше ничего сказать — вытолкал из аудитории и закрыл дверь перед её носом.

— Она всего на год старше меня, но строит из себя мамочку, а ещё дерётся, — раздражённо выпалил он, садясь обратно рядом со мной. — Лучше бы мне аллергию вылечила. Или зрение поправила. Или сделала так, чтобы у меня волосы в завитки не закручивались. Вон у тебя какие волосы нормальные, а у меня — как у барана.

Когда в зал снова вошёл Лавр-325, все быстро расселись по своим местам и затихли.

Павел так и остался сидеть рядом со мной, будто тут и был. Это ж как он хотел научиться стилю Дуо-То, что решил наплевать на то, что обрекает себя на презрение среди большинства студентов, общаясь с изгоем Бринером.

Голем подошёл ко мне и протянул устройство — небольшой квадратный экран на ремне-креплении.

Оно напоминало наручные часы, только на нём отображались не стрелки и циферблат, а отпечаток пальца.

— Это ваше расписание, студент Бринер, — веско обозначил Лавр. — Можете носить это на руке или в сумке, как хотите. Главное, не опаздывайте. Там всё для вас записано. Какие предметы, какие кабинеты, учителя и время занятий. И конечно карта порталов Академии, чтобы вы не заблудились. Домашние задания и всё остальное здесь тоже есть. Будильник, измеритель вашего здоровья: давление, температура и всё прочее… Разберётесь.

Я поблагодарил Лавра и забрал у него устройство, повертел в руках и закрепил на правой руке, потому что наручные часы уже и так имелись на левой.

Устройство было небольшим и не мешало, его можно было спрятать под рукав пиджака.

— О, теперь ты, как все. — Павел задрал рукав и продемонстрировал мне такое же устройство на своей руке. — Удобно, что по отпечатку открывается. Никто, кроме тебя, туда не сможет залезть.

Он приложил к экрану указательный палец. Устройство мигнуло и считало отпечаток. На экране отобразилось расписание.

Я пока не стал смотреть своё расписание. Знал, что ещё одну лекцию нужно выслушать у Лавра. А тот как раз уселся в своё железное кресло и принялся опять рассказывать то, что я уже знал. По крайней мере, в теории.

После лекции Павел отправился к голему, чтобы выпросить у него новое расписание для обучения стилю Дуо-То, ну а я наконец разблокировал устройство, приложив палец к экрану.

Сразу увидел расписание.

Впереди значился обед, а после — урок по Искусству Защиты от магии других Путей. Причём на сегодня это была защита от атак некромантов.

Очень, кстати, нужная вещь, особенно в моём положении. Когда тебя преследует Лич-некромант, сразу хочется изучать любые защитные техники от этих магов.

А ещё мне сразу вспомнились слова Виринеи о её дяде, который заведует Кабинетом Некромантии и лабораторией.

Она была права. Этой встречи не избежать, и что-то подсказывало мне, что этот дядя ещё более мрачный и зловещий, чем его племянница.

* * *

В столовую со мной отправились телохранители. Они встали у входа, как обычно, а я старался их не замечать.

Кстати, столовой это место язык бы не повернулся назвать. Скорее, ресторан, с хорошим меню и чутким обслуживанием. Здесь даже музыка играла, везде стояли аквариумы с рыбками и журчал искусственный водопад у одной из стен.

Я с удовольствием заказал себе стейк, а вот Павел ограничился салатом, будто был на диете.

— У меня аллергия на животный белок, я вынужденный вегетарианец, — с обречённостью признался он. — И вообще у меня аллергия на многие продукты. Особенно на мёд и арахис. А ещё на шерсть и пыль. Короче говоря, аллергия — моё второе имя.

Когда мимо нашего стола проходил Корней Жаров, он, конечно, не забыл тихо сказать:

— Не подавитесь, неудачники.

Павел посмотрел ему вслед и поморщился.

— Урод-корнеплод. — Потом вздохнул и добавил: — А вот сестра у него ничего.

Я на него покосился. Сохнет он по ней, что ли? Хотя это было не моё дело. Меня интересовали совсем другие вещи.

— Слушай, а сколько арен есть в Академии? — спросил я.

Павел вскинул брови.

— Ты не в курсе? Их всего три. Зелёная, Красная и Чёрная. На Зелёной сражаются начинающие, там избегают проливать кровь. На Красной уже можно неплохо отхватить и отправиться в госпиталь. Ну а Чёрная… — Он мрачно на меня глянул. — А Чёрную ты знаешь. Хотя я считаю, что нужно быть дебилом, чтобы на ней драться. Уж извини. Там бои проходят очень редко, и это целое событие.

Пока он говорил, я заметил, что в ресторан зашла группа друидов, явно со старших курсов.

Ну а потом увидел Радислава Стрелецкого в компании друзей. Он будто специально сюда явился, чтобы на меня посмотреть. Его компания уселась через несколько столов от нас, а сам Радислав выбрал такое место, чтобы прямо смотреть на меня, не поворачивая головы. Он так внимательно меня изучал, что, казалось, взглядом просверлит во мне дыру. Его друзья тоже на меня косились, что-то обсуждали и посмеивались.

Вся Академия отлично знала про нашу драку на Чёрной арене.

И всем было интересно, как же мы теперь с ним будем тут учиться. Чёрная арена вообще не оставляла никого равнодушными.

Через пару минут обзор мне закрыла Алла Гауз, сестра Павла. Она явилась, как ураган: стремительная и раскрасневшаяся — видимо спешила, боялась не успеть.

— Ох, гладиаторы! Вы уже тут? Приятного аппетита! — Она заулыбалась, усаживаясь напротив меня и закрывая вид на Стрелецкого.

Девушка положила на стол книгу «Ритуальное лечение и заговоры», причём оттуда торчало столько закладок, что стало не по себе. А ведь когда я танцевал с Аллой на банкете, даже не представлял, что она может быть магом крови. Опасные ребята, хоть и лекари. Но искусных магов среди них имелось не так много — Путь Ама слишком сложен для изучения.

Быстро поглощая салат, Алла тоже вспоминала, как мы с ней танцевали, а вот Павел всё удивлялся, как его сестра не оттоптала мне ноги. В целом это оказалась весёлая семейка.

Мы пообедали за полчаса и каждый отправился на занятия по своему индивидуальному расписанию.

Мне же предстояло добраться через несколько порталов в другой корпус, судя по карте на ручном экране. На дорогу до нужного кабинета у меня ушло всего несколько минут. В сопровождении охраны, я выходил из одного портала, проходил несколько метров по коридору, потом заходил в другой портал. Они все отличались по цвету пыли, которая работала, как телепорт.

И вот наконец, пройдя через шестой портал подряд, я оказался в другом корпусе и зале, где царила совсем иная атмосфера.

Тихая, мрачная.

Везде был полумрак, а ещё, проходя мимо одного из кабинетов, я заметил внутри гробы на цепях. Там студенты учились наполнять себя силой Эреба.

Здесь обучались некроманты.

И их, кстати, было не так уж много. Парни и девчонки по коридорам косились на меня, как на чужака, но в целом не проявляли агрессии, как студенты Пути Динамис. Да и два моих телохранителя вряд ли располагали к тому, чтобы хоть что-то мне сказать.

Пройдя ещё один зал, я оказался перед высокими распашными дверьми с табличкой:

«Кабинет Некромантии. Профессор Воронин Я. С».

Стало не по себе.

Это точно был дядя Виринеи.

Сразу вспомнилась наша последняя с ней встреча и то, чем она закончилась. Я глянул на часы. До занятия в этом кабинете оставалось ещё пять минут, и заходить туда заранее желания не было.

Но интерес к некромантам при этом не утих, а лишь усилился.

Тот Лич-некромант не выходил у меня из головы. Он ведь использует необычные методы, к тому же применяет свою мёртвую кровь, чтобы заклинать жизнь агентов.

Пока я стоял у кабинета, в него уже прошли несколько студентов Пути Динамис. Они, видимо, тоже были направлены Лавром именно сюда. Среди них я увидел и Корнея Жарова.

Проходя мимо, он опять не забыл съязвить, и даже моя охрана его не смутила:

— Некроманты не кусаются, Бринер. Не бойся. Возможно, там даже есть дыры, которые надо закрыть.

Этот засранец начинал меня раздражать, но пока не настолько, чтобы с ним разбираться.

Я потёр лоб.

Рядом с Кабинетом Некромантии имелись ещё одни двери, поменьше. На них значилось:

«Лаборатория № 1».

Там же я заметил круглую дверную ручку в виде собачьего черепа. Кстати, очень похожей на голову известного мне пса. И что-то потянуло меня к этой лаборатории.

Я подошёл ближе, но не успел открыть дверь.

Она сама распахнулась, чуть не ударив меня по носу. Из лаборатории вышла девушка, и судя по её виду, она меня тут очень даже ждала.

— Не смей сюда заходить, — зловеще процедила она. — Теперь я старший лаборант Кабинета Некромантии и не впускаю сюда всяких… студентов. К тому же, ты уже осквернил одну мою лабораторию своим присутствием, а теперь ещё и на эту покушаешься. Не выйдет, Бринер.

Это была Виринея.

Конечно, с топором.

* * *

За пять минут до этого, Лаборатория Кабинета Некромантии

Виринея волновалась и злилась намного больше обычного.

Всё случилось именно так, как и предупреждал Бринер. После того, как она заявила о нападении менталиста, которое случилось прямо в оранжерее, то её сразу отправили под защиту стен Академии Семи Путей.

Учиться она там не согласилась, но согласилась отправиться на работу к своему дяде в помощники. Единственное место, которое ей приглянулось — это место старшего лаборанта, оно как раз пустовало, потому что работать у профессора Воронина было тем ещё испытанием.

Но не для Виринеи.

Она обожала своего дядю, а тот души в ней не чаял.

И вот она здесь, в этой прекрасной и современной лаборатории. Здесь даже можно было делать свои эксперименты, не привлекая внимания. Сюда даже её любимый гроб привезли, специально для отдыха.

Всё было неплохо, если не считать одного.

Бринера.

Она понимала, что на уроках по Защите от некромантии ей придётся столкнуться с Бринером не раз и не два. Она даже будет принимать у него экзамен вместе с дядей.

А видеть Бринера после того, что между ними произошло, она не хотела.

Виринея понимала, что он не виноват, но это никак не уменьшало её гнева. Она ненавидела быть беспомощной, но именно такой и была в тот момент.

Любимый топор лежал в гробу на всякий случай, для самообороны. Им бы она с удовольствием отрубила Бринеру не только руку. Этот человек выбивал её из колеи, из привычного мира.

Всю оставшуюся ночь и всё утро к ней приходили воспоминания о том, что произошло.

Это были короткие отрывки, смутные картины и некоторые телесные ощущения, обрывки разговоров. Память даже давала послушать её же собственные стоны, такие блаженные, что Виринее становилось не по себе.

Она ненавидела Бринера за это.

Он ведь посчитал, что она сама к нему полезла, и охотно воспользовался ситуацией. Очень охотно, будто только этого и ждал. Ещё бы. В его понимании, она только и желала, как бы на него запрыгнуть, на такого распрекрасного.

И пусть Феофан обозначил его избранным, Бринер должен был оставить её в покое. Он вызывал в ней такой ураган ощущений, что хотелось взорваться, чтобы этого не чувствовать.

Виринея прикрыла глаза.

Память снова подбросила ей картинку: перед ней красивое лицо Алексея, а она, оседлав его, будто неистовая наездница, занимается с ним сексом и целует его, так жадно, будто он вот-вот исчезнет. Он ласкает её голую грудь, его руки такие нежные и горячие…

Она распахнула глаза.

О Воля Мёртвых, избавь её от этих воспоминаний. Казалось, если она вспомнит всё до деталей, то провалится от стыда!

И вдруг память выдала ещё что-то… её собственный голос.

Она что-то шепчет Бринеру, что-то неясное…

Эхом проносится: «…я уже говорила, что ненавижу тебя?».

А он отвечает хрипловатым от желания голосом: «Нет, впервые слышу». Бринер даже в такие моменты ироничен, а это первое, что её в нём привлекло.

Потом она говорит ему что-то ещё, уже другим тоном, издевательским.

«Ну-ну, не сердись…».

Затем: «Я всё-таки соблазнила тебя…».

И так странно это прозвучало. Но все эти странности затмило одно сильное воспоминание. В ушах Виринеи эхом пронеслось имя Волот.

ВОЛОТ.

В-О-Л-О-Т…

Произнося это имя, Ведьма настолько боялась его, что Виринея ощутила это даже через воспоминания…