Эпизод 20

Я нашёл Виринею только к обеду.

Лабораторию, где всё случилось, оцепили, а занятия отменили на несколько дней.

Преступление было громким и требовало расследования. Младшего лаборанта Эраста увезли в госпиталь — теперь это был ценный свидетель. Причём не только для полиции, но и для меня. Он точно знал, кто на него напал, и как это произошло.

Естественно, что я сообщил и насчет секретаря Телешева, о котором мне сказал уборщик. Никаких доказательств, кроме его слов, у меня не было, но секретаря сразу взяли под стражу.

Виринею мне пришлось искать в отдельном здании, где жили некоторые преподаватели и сотрудники Академии.

Я явился прямо к её комнате и сразу же постучал в дверь.

Девушка открыла только несколько минут спустя, и вид у неё был уставший. Видимо, всю ночь не спала.

Увидев, кто пожаловал, она сразу посторонилась, пропуская меня в комнату.

— Кто тебя подставил? — опуская приветствие, спросила она.

— Стрелецкий, — так же прямо ответил я. — Но у меня нет доказательств.

Она устало опустилась в кресло у окна.

— Дядя сказал, что уборщик Наум натравил на тебя нежить Мёртвым прицелом. Где он взял твою кровь?

— В госпитале, когда нас с тобой проверяли врачи. После того, как мы вылезли из червоточины. Это значит, что и твоя кровь тоже может у кого-то оказаться. Имей в виду.

Виринея поморщилась.

— Чем дольше я тебя знаю, тем больше у меня проблем, Бринер. То менталист напал на меня в собственном подвале, то теперь риск с кровью. Можно я ещё раз скажу, что ненавижу тебя?

— Да пожалуйста, — пожал я плечом. — Ты упокоила дух своей пра-прабаки?

Она покачала головой и тихо ответила:

— Пока нет. Хочу узнать, зачем она вообще являлась. Ну не для того же, чтобы с тобой на диване покувыркаться… — Виринея поморщилась ещё больше.

Я вздохнул.

Пришлось признать, что настало время прямых разговоров.

— Она просила уберечь тебя от Волота. Существовал такой маг крови наивысшего ранга сто лет назад. Волот Чернобог. Его убил мой предок Коэд-Дин. Отрубил ему голову во время сражения. Тогда Коэд-Дину было девятнадцать лет, но он уже достиг одиннадцатого ранга. И твоя пра-прабабка, которую называли Хибинская Ведьма, служила Волоту вместе с горными некромантами. И я хочу понять, зачем Ведьма явилась сейчас и сказала мне про Волота, который возродился. Ты что-нибудь об этом знаешь?

Виринея медленно поднялась с кресла, не сводя с меня глаз.

— Немного. Я знаю, что Ведьма-с-Вороньим-Крылом связалась с отступниками и убила многих людей на северо-западных границах. Весь наш род отрёкся от неё уже давно. Про Волота ничего не знаю, но могу спросить у дяди.

— Спроси обязательно. Потому что если я подойду к твоему дяде с вопросами, он снимет с меня скальп.

Девушка как-то нехорошо на меня посмотрела, будто попыталась представить себе процесс снятия с меня скальпа во всех красках.

Я вытащил из кармана пробирку с кровью уборщика Наума.

— Вот. Сможешь проверить? Это кровь того, кого на расстоянии убил Лич. Кровь чистая, я специально не пользовался кинжалом с эктоплазмой.

У Виринеи даже лицо просветлело.

Она быстро сграбастала у меня пробирку и понеслась в соседнюю комнату, бормоча на ходу:

— Какой же ты молодец, Алекс… какой молодец…

Я даже удивился, что Виринея снизошла до «молодец» в мой адрес.

Через несколько секунд из соседней комнаты раздались щелчки. Я заглянул туда и увидел, что Виринея расположилась прямо на полу кухни рядом с большим саквояжем.

Внутри лежали приспособления для лабораторных исследований некроманта. Похоже, что Виринея прихватила с собой ценности из своего подвала. Я даже заметил того розового плюшевого медведя с иглами.

— Сможешь проверить сегодня? — спросил я.

— Какой ты быстрый, — усмехнулась она, не отвлекаясь от оборудования. — Нет, мне нужна минимум пара недель, так что потерпи. И постарайся выжить, а то у меня ощущение, что в Академии ещё менее безопасно, чем в моём подвале. По крайней мере, для тебя.

Я подошёл ближе и тоже склонился над саквояжем Виринеи, разглядывая, что же она с собой прихватила (да, та розовая дрянь в мензурке тоже была здесь).

Заметив моё любопытство, девушка тут же закрыла саквояж.

— Ты куда-то шёл, да? Вот и иди. Твоё присутствие на меня давит.

— А что насчёт Волота? — поинтересовался я, даже не двигаясь с места. — Есть мысли? Как он мог возродиться через сто лет? Могли горные некроманты воскресить его?

Не отпуская из руки пробирку с кровью, Виринея поднялась с пола.

— Тут два варианта, Алекс. Либо они воскресили его дух через много лет после смерти. Либо восстановили мёртвое тело ещё тогда, сто лет назад. Но для воскрешения магов высшего ранга нужно много сил. Так много, что вряд ли даже все горные некроманты разом смогли бы обеспечить столько энергии.

— А то, что он был магом крови высшего ранга, могло бы повлиять?

Она нахмурилась.

— Не знаю. Надо поизучать вопрос. Некромантия, объединённая с магией крови — это жуткая смесь. Но могу сказать, что горные отступники-некроманты владели тайными знаниями. Может быть, знали и что-то страшное о магии воскрешения. Я поспрашиваю у дяди.

Хорошо, что у неё был дядя.

Плохо, что этот дядя терпеть меня не мог.

Ещё меня зацепили её слова насчёт того, что нужно очень много энергии для воскрешения.

— А сколько нужно эфира примерно, чтобы тело такого мага, как Волот, воскресло вместе с его магией?

— Ох, Алекс… — Виринея мрачно вздохнула. — Я ж откуда знаю! Но очень много. Возможно, даже весь мировой запас…

Сказав это, она осеклась и уставилась на меня.

Мы оба подумали об одном и том же.

— Нет, не может быть, — тут же отмахнулась Виринея. — Хочешь сказать, что некий Волот погиб, и когда его воскрешали, то забрали весь мировой эфир? Ещё тогда, сто лет назад? Но как же Коэд-Дин и его последний ранг? Это ведь он уничтожил весь эфир вместе с источниками.

Я ничего не ответил, продолжая размышлять и смотреть на Виринею, отчего она смутилась.

— Хватит на меня так пялиться, Бринер! Тебе пора! — Она вытолкала меня из кухни. — И не смей даже думать о том, чтобы тут задерживаться. Когда ты задерживаешься, происходит… всякое. Так что уходи. Всё. Как только у меня будут новости, я приду к тебе сама. Больше сюда не ходи. Дядя тебе голову оторвёт, если увидит.

Она дотолкала меня до самой двери.

Ровно до того момента, пока я не встал, как вкопанный, и она уже не смогла сдвинуть меня с места.

— Где твоя охрана?

— Зачем мне охрана? У тебя она есть — и что? Напали прямо в Академии, как…

— Ты можешь вызвать дух Ведьмы, чтобы с ней поговорить? — спросил я невпопад.

Она сощурилась и зловеще процедила:

— Могу. Но тебя в этот момент даже близко со мной не будет. В прошлый раз это плохо кончилось.

Она распахнула дверь и толкнула меня за порог.

Не успел я даже слова сказать, как дверь закрылась перед моим носом.

* * *

Через минуту, комната Виринеи Ворониной

Как только она выпроводила Бринера, то испытала облегчение.

Правда, всё равно ещё с минуту стояла перед дверью.

Внутри всё будто ощетинилось и одновременно возбудилось, как только она увидела Бринера. Казалось, Виринея даже ощущает, как сейчас он стоит там, в коридоре, и думает о том, какая же она стерва.

И снова нахлынули воспоминания о том, что было в оранжерее.

Как он целовал её, как был нежен и горяч, удивительно опытен для его возраста…

— Подонок, — на всякий случай напомнила она сама себе.

На самом деле, Виринея всю ночь не спала из-за этого подонка. Она сразу поняла, что его подставили, и не находила себе места.

Она даже была готова навести Мёртвый прицел на Радислава Стрелецкого, прекрасно понимая, что это его рук дело. Или отправила бы к нему своего пса, чтобы тот перегрыз ублюдку горло.

А ещё именно из-за неё пострадал Эраст.

Виринея попросила его проверить лабораторию пораньше и сама собиралась присоединиться, но не успела. Кто бы знал, что на Эраста там нападут, да ещё и уборщик, который работал тут уже очень давно.

Дядя рассказал ей, что на Бринера тоже напали прямо там — навели Мёртвый прицел. Что он отбился и в итоге догнал уборщика вместе с охраной.

Узнав, что с Бринером всё в порядке, она испытала такое облегчение!

Он, конечно, был перспективным и умным магом, но у него имелось слишком много врагов, и то, что он жив и даже выпущен из изолятора, слишком её обрадовало.

Непозволительно «слишком».

— Всё равно подонок, — повторила она, как мантру, и понеслась обратно на кухню, к своему оборудованию.

Пробирка с кровью совсем скоро пошла в дело.

Взяв несколько капель образца, Виринея принялась за исследования. Расположилась прямо на кухонном столе, распечатала свежие стёкла для микроскопа и приготовила несколько специальных растворов-индикаторов.

Она так увлеклась, что не заметила, как пролетело время.

Через три часа Виринея оторвалась от изучения крови из пробирки и откинулась на спинку стула, напряжённая и хмурая.

Пока у неё были только предварительные данные, совсем поверхностные. Ей всё равно надо будет проверить всё тщательнее, и на это уйдёт неделя в лучшем случае.

Но уже сейчас она могла сказать, что образец, который принёс Бринер, был отравлен заклятием Лича. Для этого Лич действительно добавлял мёртвую кровь в тела своих слуг.

Виринея смогла вычленить эту мёртвую составляющую.

И то, что она увидела, поразило её.

Этому Личу было не меньше ста лет…

* * *

Пока Виринея изучала кровь из пробирки и заодно ненавидела меня, как обычно, я наконец отправился в студенческое общежитие Академии.

Мне гарантировали там отдельную комнату, без подселенцев.

Правда, охрана всё равно ходила за мной тенью, что я уже начал к ним привыкать. И ведь меня не просто охраняли, но ещё и наблюдали за мной, следили так, что сложно было хоть что-то сделать без их ведома.

Добравшись до общежития, я только сейчас понял, что это больше похоже на роскошную гостиницу. Коридоры были устланы коврами, на потолках люстры, на стенах — картины, а на каждом этаже помощники, вроде дворецких. Завтраки тут разносили прямо в комнаты, и везде царила идеальная чистота.

Пока меня провожал парень-вейг, назвавшийся камердинером Джеро, я успел мало-мальски осмотреться.

Все встречные студенты косились на меня с опаской и подозрением.

Жить рядом с Бринером — это же уму непостижимо, да ещё после такого происшествия. Никого не волновало, что меня оправдали почти сразу. Сам инцидент говорил о том, что личность я проблемная.

В здании, кстати, студентов было не так много.

Большинство жили в городе, и только некоторые оставались здесь ночевать. Ну а для меня находиться в Академии постоянно стало одним из условий, на которых я договорился с генерал-лейтенантом Чекалиным.

Вейг-камердинер Джеро отдал мне ключ от комнаты и с чинным видом попросил держать комнату в чистоте и вовремя быть готовым открыть дверь для официанта с завтраком.

Когда я наконец вошёл в свою комнату, то не сдержал улыбки.

А неплохие апартаменты. Просторные.

Конечно, не так, как в прошлые мои времена, но очень недурно. Огромная кровать, гардероб, увешанный костюмами, школьной формой и прочей одеждой. Большая ванная, балкон, отдельно зона для гостей, столовая зона и рабочая для занятий. Шкаф со всей школьной литературой. Здесь даже нашлось место не только для силовых медитаций, но и для отработки ударов и работы с техниками Пути Сидарха.

Я быстро проверил комнату.

Никаких камер или других устройств, никаких магических предметов — ничего не нашёл. Потом задёрнул тяжёлые портьеры на окне и только после этого призвал Абубакара.

— Я как раз спал, йопт, — пробурчал он недовольно. — Мне снилась сто двадцатая глава, я визуализировал ещё одну постельную сцену…

Мне было не до его сцен, поэтому я сразу велел ему:

— Иди, Абу. Мне нужно, чтобы ты проследил за одним человеком. Только не попадись. Будь осторожен. Это хитрый и опасный враг.

Кот выпустил железные когти и потянулся.

— А золотишко у него есть?

— У него много чего есть. И мне нужно знать обо всём. Что он делает, с кем встречается, куда ходит, что говорит и делает. Запоминай всё, понял?

Я прикрыл глаза и позволил Абу просмотреть свою память, чтобы он узнал, как выглядит Радислав Стрелецкий.

— Какой неприятный типок, — поморщился Абу. — А девушки вместо него не нашлось? Я бы мог подглядывать, как она переодевается. Может, лучше…

— Иди, Абу, — перебил я его, начиная терять терпение. — Живо. Если найдешь что-то серьёзное, то сразу ко мне. Присылай картинки из памяти в любое время, если почувствуешь, что это важно.

— Как всё серьёзно, никакого оргазма, йопт… или как это… ура, — буркнул кот и исчез в стене.

Я пожелал ему удачи, потому что отправлял разведчика к опасному человеку. Он только с виду выглядел быковатым здоровяком-друидом, но на самом деле коварство было ему не чуждо. Он отлично знал, как убирать тех, кто ему мешает. Так что Радислав Стрелецкий, как и его отец, ни перед чем не останавливался.

В этом мы, кстати, были похожи.

* * *

Вечером ко мне неожиданно явились брат и сестра Гауз.

Им, конечно, было любопытно узнать из первых уст о том, что со мной случилось. А ещё они притащили с собой пива, целую коробку.

Как их пропустил камердинер Джеро, непонятно.

— Мы договорились! — объявил Павел, ставя коробку на стол. — Я сказал, что сегодня ты вышел из тюрьмы, и надо это отпраздновать! Ха-ха, это я про изолятор!

Если честно, я даже удивился.

Когда привыкаешь, что тебя не особо любят и не хотят с тобой общаться, такое проявление дружелюбия вызывает только подозрения.

— Да ладно, Алексей. Не смущайтесь, — заулыбалась Алла. — Мы же ненадолго. — Она оглядела просторную комнату. — Тут даже есть, где потанцевать, а танцуете вы, как бог.

Я прокашлялся.

Расслабиться после тяжёлого первого учебного дня я был не против, хотя на самом деле мне было чем заняться и вместо этого. Но глянув на Аллу, я вспомнил, что она маг крови.

Задавать ей вопросы в лоб насчёт возможностей её магии было бы подозрительно, а вот во время посиделок с пивом в руке — почему нет.

— Ну раз я вышел из тюрьмы, то можно и отпраздновать, — усмехнулся я.

— Ура! — Алла захлопала в ладоши и взяла две бутылки из коробки.

Одну подала мне, вторую взяла сама.

Но я сделал так, чтобы даже здесь себя обезопасить: принёс три больших пивных бокала из буфета, после чего открыл бутылки и вылил туда пиво, смешав всё подряд.

Наблюдая за мной, Павел вскинул брови, а потом насупился:

— Ты серьёзно, Алекс? Думаешь, мы тебя травануть пришли?

Алла серьёзно посмотрела на брата.

— А ты бы на его месте не сомневался, если бы тебя подставили с убийством? Всем же ясно, что тут что-то не чисто.

Он вздохнул.

— Согласен. Явная подстава. Хорошо, что Лавр сразу сообразил, как и что.

Они ещё пообсуждали убийство профессора Басова, помощь Лавра и всё остальное, а я внимательно их слушал: кто и что говорил из преподавателей и студентов об этом деле, кто и как реагировал, кто испугался, кто не пришёл сегодня ночевать в общежитие, кто съехал, кто разносил сплетни.

В итоге после второго бокала пива Алла не захотела больше это обсуждать и потащила меня танцевать.

И опять от неё пахло «Обнажённой Герцогиней».

Я согласился побыть её кавалером на этот вечер и, слегка прижав девушку к себе, приступил к самому главному — к расспросам насчёт её магии. Начал, конечно, издалека. Спросил, нравится ли ей Путь Ама, какие в нём преимущества и прочее.

Ну а потом задал уже другой вопрос:

— А вот мне интересно, маг крови высшего ранга после гибели может воскреснуть без чужой помощи?

Услышав это, Алла кокетливо рассмеялась.

— Вот это у вас вопросы, Алексей! Может, поговорим о чём-то другом?

— Но мне всё же интересно, — настоял я.

— Ох, ну что же… — Девушка теснее ко мне прижалась, и краем глаза я сразу заметил, как напрягся её брат.

Он сидел в кресле и следил за каждым моим движением. Особенно за тем, не распускаю ли я руки с его сестрой. А она тем временем решила ответить на мой вопрос:

— Маги крови высшего ранга — это практически недостижимая сила, Алексей. Но в теории они имеют свойство как бы «переливать» свою кровь в чужое тело. Главное, чтобы это тело было подготовлено, то есть не содержало крови. Так что да, такое можно считать воскрешением. Вместе с кровью переносится и сознание мага, и его сила. Главное, чтобы тело тоже было сильным, с необходимым рангом. В общем, это только в теории. Потому что в мире насчитывается только трое магов крови двенадцатого ранга, и это всё люди, которые не позволили бы себе подобное. Это великие врачи, и один из них в нашей Империи.

Я задумался, машинально продолжая танцевать с девушкой.

Если Волот смог «перелить» свою кровь в другое тело, и если ему помогли некроманты, то он мог вполне дожить до сегодняшнего дня. Просто менял тела и всё.

Но да, это лишь в теории.

— А если маг крови «перельёт» свою кровь в тело другого мага, то станет обладать его силой? — спросил я. — Ну например, если он попадет в тело гладиатора или друида?

Алла чуть отстранилась и нахмурилась.

— Зачем эти вопросы? Мы ведь просто веселимся или нет?

Я улыбнулся, но всё равно надавил:

— Мне не дает это покоя. Но если вы не знаете…

— Знаю, — вздохнула она, снова ко мне прижавшись. — И при личном общении без посторонних предлагаю перейти на «ты».

Не знаю, чем я привлёк Аллу Гауз, но ей нравилось со мной находиться.

Я кивнул, всё ещё ожидая ответа.

— Ладно, ты меня уговорил, Алексей, — согласилась она. — Но больше никаких подобных вопросов, хорошо?

— Разумеется.

— Маг крови высшего ранга, как ни один другой маг, может освоить чужую силу, когда переселяется в тело мага другого Пути. Но эта сила будет неполной. Основной останется магия крови, хотя и она станет слабее после смены тела. — Девушка посмотрела мне в глаза. — Но это всё в теории, Алексей. Разве что древние маги крови творили такое безнаказанно. Но сейчас это запрещено законом, понимаешь?

Я опять кивнул.

— Понимаю, конечно.

Она снова заулыбалась. А вот её брат, наоборот, напрягся ещё больше, хотя лично я ничего лишнего себе с девушкой не позволял.

Павел наклонился вперёд, наблюдая за нами, и в конце концов не выдержал.

— Эй, господа! Мне скучно! Предлагаю завершить танцы.

Когда наши посиделки закончились, а коробка с пивом наполовину опустела, я смог наконец проанализировать всё, что услышал. И сказать честно, всего этого о магии крови я не знал раньше, а ведь сто лет назад изучал всё досконально, чтобы сразиться с Волотом.

Но тех знаний магии Пути Ама было недостаточно.

Сейчас всё стало иначе: знания имелись, много знаний, но многое было запрещено законом. Конечно, не просто так. И чем дольше я об этом думал, тем больше рождалось вопросов.

Ближе к утру, когда я успел немного вздремнуть и уже проснуться, мне внезапно прилетела картинка из памяти Абу. Он прислал её явно издалека, потому что она успела немного помутнеть, но всё же осталась пригодной для просмотра.

Это была короткая сцена из жизни Радислава Стрелецкого, за которой сейчас наблюдал Абу.

И после того, что я там увидел, весь сон как рукой сняло…