Глава 5. Всемирная шумиха...
Первое кольцо. Москва.
Главная резиденция рода Давыдовых.
Зона развлечений. Бильярдная.
Двое суток спустя…
Не прошло и часа после пробуждения столпа империи, а горстка самых близких и доверенных людей уже знали то, что человек, прозванный Кровавым Лазарем, пришел в себя. Ну а стоило миновать жалким суткам, как молва о том, что Душегуб и Палач Империи после года пребывания в коме вновь дышит полной грудью облетела всю столицу. Еще же несколько часов спустя, данная новость подобно чуме, разгоняемая ветром, стремительно накрыла всю империю и распространилась за её границы.
Сумасшедший столп империи и Душегуб пришел в себя после годичной комы!!!
Именно такими были кричащие заголовки множества независимых, либо купленных новостных порталов, редакций и рекламных агентств. Паутина гудела и бурлила от различных фактов не только в Российской Империи, но и частично по всему миру. И как итог поутихшая более чем за год информационная война вспыхнула с новой силой. А сотни аналитиков по всей Земле вновь начали разбирать по крупицам произошедшее кровопролитие, названное Камчатской бойней.
‒ Как понимаю, он всё-таки не сдох? ‒ задал очевидный вопрос Давыдов, не сводя холодного взора с одной точки, между делом поигрывая кием в левой руке, а пальцами правой нервно перебирая два бильярдных шара разом. ‒ Поднявшаяся шумиха ваших рук дело?
‒ Это оказалось не сложно, ‒ отмахнулся лениво Воронцов, переглянувшись с Акинфовым, еще одним виновником случившегося. ‒ Мы с Семёном сработали оперативно. Практически сразу как нам доложили.
‒ Но ведь целители говорили, что пацан не жилец?! ‒ раздраженно осведомился Аксаков. ‒ В лучшем случае он остался бы овощем до конца своих дней. Даже романовские маги жизни заявляли нечто подобное. А они лучшие во всей империи.
‒ Похоже, ошибаются даже Романовы, ‒ холодно отчеканил Давыдов, постукивая кием по столу.
‒ Надеюсь, все присутствующие понимают, что от него нужно избавиться? Лазарев огромная проблема, ‒ тихо высказался Воронцов. ‒ Пацан опасен. Слишком опасен и непредсказуем. Теперь он заноза в заднице не для наших детей, а для нас самих. Его авторитет и репутация выросли. А ведь я говорил, что так и будет. И решить данную проблему нужно оперативно и быстро. Жаль, что у нас не получилось это сделать ранее, потому как его оберегали день и ночь. К тому же если кто-то узнает, что это именно мы сливали информацию о нём древним кланам и западникам, то всем нам крышка. И это я еще молчу про то, что лишь благодаря нам те группы продажных изгоев ударили в спину Шувалова, похитили княжон и передали их в руки Габсбурга. А этот никчемный идиот умудрился сдохнуть от рук Лазарева, так ничего и не добившись, ‒ рявкнул со злостью мужчина. ‒ До сих пор в голове не укладывается, как этот щенок смог уничтожить форпост и твердыню. Проклятье!
‒ Увы, Николай, для устранения теперь поздно, ‒ невзрачно изрёк Акинфов, внимательно оглядывая друзей. ‒ Мои люди доложили, что его уже взяли под стражу жандармы третьего тайного отдела, а перед этим Трубецкой чуть ли не разрушил всю его усадьбу. Они что-то не поделили. Правда, ничего доподлинно неизвестно. По слухам же он сейчас в казематах централа и с ним уже работают дознаватели.
‒ Пацана видели? ‒ резко набычился Давыдов.
‒ Видели, ‒ со слабой улыбкой заключил князь. ‒ И это одна из хороших новостей. Этот поганец еле передвигается. Он даже стоять не может без помощи трости. Да и выглядит тот сейчас как ходячий труп. Год для него, видимо, сильно аукнулся.
‒ И почему он не сдох?! ‒ прорычал свирепо Аксаков, выходя из себя.
‒ Ладно, расслабьтесь. Он не только у нас как кость в горле. Много у кого, ‒ после недолгих размышлений расслабленно проговорил Воронцов, погрязнув в собственных мыслях. ‒ Как там со святошами?
‒ Они против Лазарева, требуют его казнить, ‒ ухмыльнулся злорадно Акинфов. ‒ Это ведь они первые прозвали его Душегубом.
‒ А что западники? ‒ вклинился в разговор Давыдов.
‒ Тоже обо всем в курсе, ‒ кивнул глава рода Акинфовых. ‒ Обещают что-то предпринять, но не раньше следующего княжеского собрания.
‒ Белены что ли объелись?! Оно через четыре месяца! ‒ разозлился Аксаков, и кий с громким треском в руках мужчины превратился в жалкие обломки.
‒ Твою мать! Андрей! С ума сошел?! Это коллекционные творения! Брюллов с меня целое состояние за них содрал! ‒ проскрежетал раздраженно Давыдов, с жалостью глядя на деревянные огрызки.
‒ Хватит тебе, Николай! ‒ осек того Воронцов. ‒ Тебе ли жаловаться на деньги?
‒ Копейка рубль бережет, ‒ философски заметил Давыдов, тяжело вздыхая и бережно подбирая с пола и стола всё, что осталось от драгоценного кия.
‒ Что насчет хунхузов?.. ‒ с некой нерешительностью осведомился Аксаков.
‒ Глухо! ‒ с кислой миной ответил Акинфов. ‒ Не выходят на связь. Около года вот уже как. Да и Потёмкин знатно их взял за глотку. Лавочка, видать, прикрыта.
‒ А что с остальными древними кланами? Неужели они не хотят отомстить? ‒ закончив с уборкой кия, полюбопытствовал Давыдов.
‒ Древние кланы, скажешь тоже, ‒ фыркнул презрительно Воронцов. ‒ Все древние кланы пали, а те, что остались так их древними и назвать-то сложно. Лишь с жалкой натяжкой. Окура, Е и Асо носа не кажут со своих территорий. Да и они одними из первых заявили о своей непричастности к восстанию. А остальные кланы не решаться дергаться против Романовых.
‒ Ждём западников? Или используем церковников? ‒ вдруг деловито спросил Акинфов, обращаясь ко всем присутствующим. ‒ Мы ведь просто так не сдадимся этому чертовому отродью?
‒ Сдадимся?! Вот уж нет! ‒ холодно процедил Воронцов, с предвкушающей улыбкой. ‒ Используем всё, что есть. Задействуем и западников и святош, но для начала нужно кое в чем убедиться и проверить. Имеется одна идея…
* * *
Первое кольцо. Москва.
Главная резиденция рода Трубецких.
Кабинет главы рода.
Поздний вечер…
Обстановка в кабинете Михаила Трубецкого была напряженной. Ведь сегодня здесь собралась вся основная ветвь рода, само собой, за исключением двух отсутствующих уникумов, которые по своему образу жизни безвылазно трудились на благо семьи в стигмах и пятнах.
Сильно взволнованными в помещении были лишь два человека. Болезный на вид Юрий Трубецкой, который то и дело бросал злобные взгляды на двух поникших жен, и его дочь Алина. Ведь за прошедшие два дня дед так и не удосужился что-либо рассказать о случившемся в усадьбе Лазарева и лишь отмалчивался и полностью её игнорировал.
А самыми спокойными оказались супруги самого Михаила. Раиса и Ольга. Обе женщины хоть и были давно в годах, но выглядели гораздо младше своего избранника. От всех дел рода они давно отошли, возложив всю работу на детей и порой лишь малыми советами и редкими интригами помогали собственному мужу и единственной на данный момент горячо любимой внучке. Ведь даже сейчас те периодически нечто успокаивающее шептали понурой Алине на ухо.
Правда, в следующий миг весь шепот прекратился, потому как дверь с громким хлопком отворилась, словно кто-то выстрелил из пушки, и сидящие на своих местах представители боярского рода тотчас повскакивали со своих мест на ноги.
Однако произошедшее напряжение даже не коснулось жизнерадостного и довольного Трубецкого. Тот со слабой улыбкой на губах и со спокойным видом прошествовал мимо семьи, между делом окинув присутствующих взглядом, но уже секунду спустя со всего маха приземлился в собственное кресло.
‒ Оклемался? ‒ холодно вопросил старик, обращаясь к сыну.
‒ Да, отец, ‒ согласно кивнул Юрий, невольно касаясь груди, которая то и дело побаливала.
‒ Науку запомнил?
‒ Да, отец, ‒ вновь кивнул мужчина, невольно бросив раздраженный взор на собственных жен.
‒ Вот и хорошо! Я, конечно, тоже хорош. Признаю! Рубанул со всего плеча… ‒ с неким порицанием к самому себе, заметил старик. ‒ Но ты же сам понимаешь, кто заварил эту кашу. Не уследил. А теперь, что касательно вас и нашего сегодняшнего собрания, ‒ ужесточившимся тоном продолжил старик, глазами указывая на жен сына. ‒ Ближе подойдите!
Обе женщины испуганно вздрогнули, но почти сразу подчинились, лишь перед этим бросив панический взор на Юрия.
‒ Вы что, идиотки, этакие мне наговорили? ‒ вдруг громыхнул голос главы. ‒ Смуту решили в роду устроить? Ложью меня кормить вздумали? За дурака держите? На моём крутом нраве играть вздумали?! Совсем страх потеряли?! Я здесь еще глава рода! Не он! ‒ рявкнул зло Михаил, глазами мимолетно указав на сына.
‒ Мы виноваты, Михаил Валерьевич, ‒ в один голос со скорбью в голосе отозвались обе женщины. ‒ Мы никоим образом не хотели вас оскорбить.
‒ Тогда какого лешего мне солгали?! ‒ рявкнул резко старик. ‒ Какого хрена стали наговаривать на собственную дочь и Захара? Почему солгали, что он силой запугал Алишу и снасильничал её?! А я дурак старый и поверил! Совсем сбрендили, клуши безмозглые? Поссорить меня с Лазаревым решили? Замуж за Акинфова или Аксакова захотели её выдать? Благодарите бога, что ты, Жанка сейчас беременна, а тебя, Ленка, я не стал наказывать лишь из-за просьбы этого дурака.
Каждое слово старика походило на удар молота по наковальне, а к концу всей тирады обе жены Михаила стояли ни мертвы, ни живы. Сама же Алина не могла поверить в услышанное и с плещущимся ужасом в глазах не сводила затравленного взгляда с до смерти напуганных матерей.
‒ Вы… Вы… Да как вы… могли? ‒ мёртвым голосом и чуть не плача выдала княжна, но почти сразу обратила свой взор на старика. ‒ Деда… это не так… Это вра…
‒ Алиша, это правда? ‒ панически отозвались её бабушки, перебив девичьи стенания и оказавшись подле внучки. ‒ Этот негодник тебя попортил?! Да мы же его…
‒ А ну цыц всем! ‒ приложившись кулаком по столу, сухо рыкнул Михаил. ‒ Я еще не закончил. Позже утешать будете.
‒ Он забрал её первый раз! И неважно как это было! ‒ вдруг взбеленилась Елена. ‒ Этого мальчишку надобно убить! Он Алине не пара. От него лишь одни проблемы! Михаил Валерьевич, вы сам знаете, что сейчас творится в столице и в империи! Все против него…
‒ А ну молчать! ‒ вдруг пуще прежнего разозлился старик. ‒ Вы, не разобравшись во всей ситуации, посмели мне солгать, идиотки чертовы! Не вашего ума дело, происходящее в империи! И не вам решать, кто кому пара. Я здесь всё решаю и будет лишь по-моему! Будь моя воля, обеих бы выпорол розгами до самых костей, да у вас есть муж! Убить хотите Захара? Так пойдите и убейте. Вот только он вас обеих прихлопнет! Все против парня и от него лишь проблемы, говорите? Вы хоть знаете, что о нём судачат? Думаете, Потёмкины и остальные мало-мальски знакомые с ним князья просто так его защищают? Породниться и сдружиться они хотят с ним! Кровь у них уже давно застоялась! Вы даже не поняли на кого полезли, дуры! ‒ разошелся, что было мочи Трубецкой. ‒ Думаете, вся эта вспыхнувшая катавасия в империи просто так началась? Его просто бояться до дрожи в поджилках! Даже запад трясется от страха, потому как он непредсказуем и опасен для них. Требуют его выдачи! Вы хоть знаете, почему его так ненавидят, а наши хотят казнить? Потому как он уйму народу положил из правящих династий, а не только одного недоноска Габсбурга.
С каждым же произнесенным словом главы рода все находящиеся в кабинете женщины с изумлением и страхом в глазах ловили каждое слово Михаила и продолжали бледнеть.
‒ Говоришь, Ленка, что все против него, да? ‒ холодно осведомился старик, а от нахлынувшей ярости грудь старика начала вздыматься подобно кузнечным мехам. ‒ Ты вообще в курсе, что посули сейчас Романовым за него несколько состояний и вдобавок пару столпов, то они всё равно хрен кому отдадут Захара! Уже сейчас он сравним по силе со средним поколением. А теперь хоть на секунду представь своим куриным мозгом, что будет с Лазаревым через год или даже пять лет? Да заметь парня на поле боя лишь издали, как того за милю все его враги стороной обходить будут. Считаешь, у Потёмкина жуткая репутация? Да вот шиш там! ‒ холодно выпалил мужчина, показав кукиш собственной невестке. ‒ Он уже стар и его не так теперь боятся, как раньше. Ему вскоре понадобится замена, а Захар молод и полон сил. Парню всего двадцать лет и от него уже как от прокаженного шарахаются. Всеволоду или Владимиру нужно будет лишь отдать приказ и через пару часов тот всё зальет кровью. Кишка у парня не тонка и убивает тот без жалости и сострадания. Такие люди как он нужны будут в любой империи мира всегда. Потому как страх, репутация и авторитет в наше время бесценны! Именно этого боятся западники и князья. Боятся настоящего и будущего Захара, потому и хотят от него избавиться! Не желают они ему дать времени, чтобы войти в полную силу. Теперь до тебя дошло почему, к примеру, Шереметевы, Долгорукие, Пожарские стоят за него горой?
‒ Они… они в смежной стигме… видели на что тот способен… ‒ хрипло выдала Елена, после краткосрочных размышлений.
‒ Сила. Власть. Влияние, ‒ чеканя каждое слово, сухо отрезал Трубецкой, сопровождая каждое высказывание ударом кулака по столу, будто старик забивал гвозди. ‒ А также… дети.
‒ Де… ти? ‒ удивленно приподняла брови побледневшая Жанна.
‒ Да. Будущие дети от Захара, ‒ опередив отца, заявил Юрий. ‒ Ходят слухи, что даже императрица присматривается к нему.
‒ Она хочет выдать за него… Викторию Романову? ‒ с безумным изумлением спросила Ольга. ‒ Романову… за Лазарева?!
‒ Об этом и речь. Кровь! А уж у парня она до невозможности буйная и сильная… ‒ кивнул Михаил с лукавой улыбкой. ‒ А что касательно моей внучки и Лазарева, то да, Захар её попортил, но было это еще в дикой стигме. И в таком разе я готов его простить. К тому же парень шустрый и совсем не дурак. Да и он уже попросил руки Алиши у меня…
После слов старика в кабинете мгновенно воцарилось гробовое молчание, а сразу четыре шокированные женщины уставились на изумлённую внучку и дочь не в силах поверить в услышанное.
‒ Ну что, Алиша, пойдешь с Лазаревым под венец? Любишь парня? Не боишься его? ‒ с насмешливой ухмылкой вопросил Трубецкой.
‒ Люблю и пойду… ‒ с растерянным и ошеломленным видом, неверяще прошептала боярышня, а затем шмыгнув носом, моментально разрыдалась и бросилась в объятия деда. ‒ Очень люблю… Не боюсь…
‒ Ну, значит, так тому и быть, ‒ прокряхтел довольно старик, мягко прижимая к себе внучку. ‒ Будешь за ним как за каменной стеной. Только с детьми сильно не затягивайте. Как дела твоему отцу передам, так буду детишек ваших воспитывать.
* * *
Первое кольцо. Москва.
Московский Кремль.
Поздний вечер…
‒ Вот ведь старые пройдохи… Уж эти не упустят своего… ‒ с лукавой улыбкой выдохнул Всеволод, глядя в одну точку.
‒ Что-то случилось? Кто звонил? ‒ с неким озабоченным видом поинтересовалась Романова, коснувшись плеча супруга.
‒ Случилось. Еще как случилось…
‒ Опять Рудя, Фридрих и Франциск достают? Всё чего-то требуют и грозятся? ‒ вопросила с насмешливой улыбкой Варвара.
‒ Не они. Всё чуть хуже, ‒ расплылся в злорадной улыбке государь. ‒ Гуань-ди и Амрит звонили…
‒ Чего хотели? ‒ с недоумением полюбопытствовала женщина. ‒ Неужели…
‒ Не чего, а кого, ‒ и сделав театральную паузу, мужчина поднял свой взгляд на жену. ‒ Захара им подавай. Приглянулся им парень. Узнали, что он арестован и в опале. Обмен хотят устроить…