Глава 14. Правила игры

« Пункт 0.3: В Кодексе есть только два объективно важных правила: первое – все правила важны; второе – все правила можно нарушить»¹ Кассий исчез, оставив после себя громко тикающий хронометр. У нас был ровно час. Я стояла, прижимая ладонь к царапине на плече: капли крови всё-таки проступали сквозь ткань. Нужно переодеться. Очистительный душ мне в ближайшее время не светит. Впрочем, как и аптечка. – Ты дрожишь, – произнёс Гесс, не поворачиваясь. – Почему? – От восторга, – буркнула я, зло сдирая пропитанный потом комбинезон. Спортивное бельё плотно прилипло, будто вторым слоем кожи. В углу блока притаился старый принтер, он должен меня ещё помнить. Подойдя к нему, поднесла запястье к считывателю, активировав чип. «Модель: Есс-00. Назначение: развлечение». Гесс рассмеялся мне в спину, неожиданно мягко и низко. – Восторг? – Кожа между лопатками заныла под его взглядом. Ну извини, глизеанец, таскаться по станции в насквозь пропотевшей одежде как минимум неприятно. – Занятные у тебя ассоциации. – Ты тоже можешь переодеться, – стараясь унять нервную дрожь, процедила я, втискиваясь в комбез, выплюнутый зубастым жерлом принтера. Почему-то кошмарно-зелёный. Мне никогда не понять эту странную логику алгоритмов. – Не стоит. Я практически не потею. Развернувшись, наткнулась на его пристальный взгляд. Отвела глаза, делая вид, что поправляю застёжку, равнодушно пожала плечами и двинулась к дальнему выходу. Выйдя в очередной коридор, я поёжилась, пропуская мужчину вперёд. Стылый воздух стегнул по оголённой шее. Здесь стены дышали пронзительным холодом. Древние датчики слежения повернули шарообразные головки, словно стая слепых хищников. – Мы с тобой – просто вещи, – бросила я громче необходимого. Слово эхом отскакивало от стен: вещи-вещи-вещи. – Собственность Кассия. Как этот… – Пнула ядроида-уборщика, вяло ползущего вдоль плинтуса. Он громко пискнул и замер. Гесс остановился, медленно поворачиваясь ко мне. Его тень поглотила свет от ближайшего фонаря. – Слишком много эмоций… – неожиданно быстро присев рядом, он дёрнул какой-то невидимый кабель под старым ядроидом. Искры брызнули снопом, осыпав пол осколками. – Видишь? Вещи так просто сломать. С людьми всё намного сложнее. Можешь смело теперь говорить, здесь нас никто не услышит. Свет мигнул. Головки камер безвольно повисли на тоненьких нитях держателей. Я закусила губу, запрещая себе отступить. – Ошибаешься! – Ткнула пальцем в свой шрам на запястье. – Чип. Он может выключить меня щелчком. Выполнить произвольную прихоть хозяина. Отдаться любому. Или весело танцевать над шахтой двигателя. – И тебя это тоже касается. Мой голос сорвался на шёпот. Гесс молчал, но глаза его сузились. – Убить, расчленить, пустить на корм шервам, – продолжала я. – Но ты до сих пор отчего-то жива и вполне невредима. Везение? Он действительно очень умен. Делает верные выводы и составляет картину из мелких осколков реальности даже быстрее, чем я. – Я действительно редкость, сам знаешь. – Но выжить в игре недостаточно. Что-то ещё? Даже так? Об игре мы с ним еще толком не разговаривали, а он уже что-то понял. Или всё-таки знал? Впрочем, Кассий не стал для него неожиданностью. И, судя по сложной реакции глизеанца, наш хозяин успел с ним связаться и продемонстрировать весь свой цинизм. Я ведь просила его… – Я стала незаменимой, – прозвучало не слишком-то правдоподобно. – Ты тоже так сможешь, я вижу и… – И он сохранит нас для следующего шоу, – закончил Гесс, плавно вставая. – Цикл. Бесконечный. – Да. Стань частью системы – и система защитит тебя. Хоть на время. Но есть и ещё один шанс. По условиям этой игры, выигравшие финал фигуранты обретают свободу, гражданские чипы и кругленький счёт в банке Деуса. – Ты веришь в подобные сказки? – Гесс громко фыркнул. Я снова почувствовала его мысли и тут же увидела его цвет, – удивительно изумрудно-зелёный, глубокий и чистый. Неужели открылся? – Нет, – нервно выдохнула я. – Но это единственный вариант. В его светлых глазах мелькнуло нечто непонятное, – злость? Отвернувшись, он медленно обогнул меня и, следуя указателям, двинулся в сторону лифта. Стены базового коридора плавно переходили одна в другую, словно мы двигались по внутренностям огромного металлического существа. Светильники в полу пульсировали в такт нашим шагам, создавая причудливую игру теней. Лифт приблизился беззвучно – серебристая капля, выскользнувшая из узкой расщелины в потолке. Двери расступились волной, будто жидкий металл. Гесс шагнул в него первым. Панель управления на стене мягко пульсировала бирюзовыми прожилками. Я к ней прижала ладонь, и пол дрогнул – лифт сорвался вниз, но не падал, а плыл, будто втягиваемый гигантским жгутом. Внутри снова пахло озоном и чем-то ещё омерзительным. – Как ты? – спросил тихо мужчина, наблюдая, как я цепляюсь за поручень. – Как в желудке шерва, – буркнула я, с трудом сдерживая тошноту. – Паршивое чувство? – спросила я, снова ломая молчание. Слова прозвучали громче, чем хотелось.Лифт гудел, словно живой. Его стенки, покрытые перламутровым напылением, отражали наши силуэты – два острых штриха в зеркальной пустоте. Гесс стоял вполоборота, его плечо почти касалось стены. Я почему-то услышала, как он дышит: ровно, слишком ровно для человека, только что узнавшего, что его назвали «вещью». Даже видя его своим даром, я не могла разобраться в эмоциях глизеанца. Слишком он сложный. Гесс повернул в мою сторону голову, но не взгляд. Светильники в полу лизали его профиль, подчёркивая шрам на скуле – тонкий, как нить. – Да, – ответил. Коротко. Сухо. Как будто отрезал. Я стиснула зубы. Почему он со мной так? Словно разговаривает не с человеком, а с голограммой. – Большая игра… – начала я, глядя на свои руки. На запястье мерцал браслет Кассия. – Я выхожу на неё уже в третий раз. Его пальцы дёрнулись. И снова – никаких вспышек эмоций. Таинственный монолит. Айсберг. – Моим бывшим напарникам не повезло, – добавила я, заставляя голос не дрожать. – Все покойники. Тень скользнула по его лицу. Наконец, он посмотрел на меня. В серых глазах – недоверие, приправленное любопытством. – И как у тебя получилось? – Повезло, – выдохнула я. – Отчасти ещё потому, что… ты уже знаешь. Он нахмурился. – Команда всегда состоит из пары, – продолжила я, переводя взгляд на панель лифта. Цифры мерно отсчитывали метраж: 2567… 2568… – Главная фишка игры именно в этом. Теоретически победить может только безупречно слаженная пара. Произвольного полового и расового состава. – А практически? – Гесс очень правильно уловил самое главное. – Таких до сих пор ещё не было, – я пожала плечами. – Впрочем, как и тех, кто выходил в третий раз в круг отбора. Я стану первой. Лифт плавно дрогнул и замер. Двери раскрылись беззвучно, впуская нас в просторный зал. Здесь почти нет гравитации – мы парим в воздухе, держась за специальные поручни. Стены покрыты голографическими панелями, а в центре находится огромный макет игры. ✸✵✸ Руководство по взаимодействию с неудобными реалиями (Издание 2567 года с момента Великого Откровения)»¹ «Кодекс инспектора Флота: «Разрешайте конфликты, изолируйте угрозы, сохраняйте спокойствие. И помните: если ядроид улыбается вам слишком искренне – это статья 14.3»Подзаголовок на обложке: ✸✵✸