Глава 20. Шоу начинается

«Когда двое становятся одним целым, Их сила умножается вдвое. Когда они доверяют друг другу полностью – Их сила становится бесконечной.»¹ Мы собрались в транспортном отсеке задолго до назначенного часа. Холодный свет люминесцентных ламп выхватывал из полумрака шершавый металл стен и массивные ворота транспортного шлюза. В воздухе висел стойкий запах озона, машинного масла и чего-то прогорклого. – Только оружие, – проверяя содержимое небольшого оружейного ящика, я монотонно бубнила заученный текст обязательного инструктажа. Это превратилось в наш ритуал. Гесс сосредоточенно хмурился и делал вид внимательного слушателя. Он вообще оказался первоклассным актёром, в отличие от меня. – Никаких технических средств, никаких инженерных имплантов. Запрещены наноботы, квантовые репликаторы, пси-модуляторы и любые формы присутствия искусственного интеллекта. Никаких экзоскелетов, усилителей или биотехнологических модификаций. Только то, что дано природой, и оружие в наших руках. Глизеанец молча кивнул, его подчёркнуто-отстранённый взгляд скользил по стенам отсека. Слишком уж отстранённый. Что-то настораживало. Открыв бокс усиленной упаковки, я извлекла тяжёлый боевой плазер новейшей модели. Касс отчаянно хвастался тем, что даже во Внешней разведке таких ещё не видели. Судя по быстрому взгляду напарника, брошенному на увесистый ствол, – в этот раз наш хозяин не врал. Приятное разнообразие. Оружие ощутимо оттягивало руку весом и радовало глаз гладкими эргономичными линиями. От него веяло смертоносной надёжностью. – Держи, – удовлетворённо кивнув, я протянула ствол Гессу. – Штурмовик. И нож, как ты и просил. Мужские пальцы привычно скользнули по рифлёной рукоятке, проверяя настройки, и хмурые морщинки между светлыми бровями разгладились, уступив место тоненьким лучикам в уголках глаз. А ведь партнёр тоже ещё вполне молод. Матёрый зверь в самом расцвете сил. И я только сейчас осознала, что его зрелость имеет природу совсем не физическую. Жизненный опыт, выжженный в боях. Скоро я стану такой же. Нож, тяжёлый, надёжный, как и сам Гесс, занял своё место в специальном кармане на поясе комбинезона. Напарник вдруг насторожился, прислушиваясь к чему-то, и коротко кивнул в сторону ниши укрытия. Стены вокруг неожиданно дрогнули, и массивные ворота начали медленно раздвигаться. Как он только услышал? Звукоизоляция в приёмном шлюзе отличная, а сигнал прибытия транспорта отключена – Кассий параноик. Прибытия катера я каждый раз дико пугаюсь. С характерным шелестом антигравитационных подушек в образовавшейся щели ворот возник угловатый силуэт транспортного модуля – робота-катера. Его покрытый защитными пластинами корпус тускло поблёскивал в слабом свете аварийного освещения, отбрасывая рваные тени. – Время погрузки: тридцать секунд, – проскрежетал механический голос из узких динамиков шлюза. Мы с Гессом молча переглянулись. К открытому пассажирскому люку катера он шагнул первым, я послушно последовала за ним. Короткий трап, едкий запах санобработки, ударивший по ноздрям, резкий свет салона. В тесном пространстве не было места для лишних движений – только жёсткие сиденья, впивающиеся в спину. Стеновые дисплеи показывали маршрут и параметры полёта. Катер плавно качнулся, его маневровые двигатели загудели на низкой, вибрирующей частоте. Люк салона закрылся, и тихий хлопок сообщил о герметизации. Включился обратный отсчёт, и мы тут же почувствовали лёгкий толчок – робот дал задний ход, стартуя к цели. В темноте необъятного космоса нас ждала старая заброшенная станция, где годами проходил тур отборочных испытаний в Большую игру. – Связь установлена, – сообщил механический голос. – Пристегнитесь и приготовьтесь к полному отключению гравитации. До входа в прыжок пять имперских минут. Катер плавно набирал скорость, гул двигателей заставлял ощутимо дрожать жёсткую обивку сидений, передавая вибрацию в кости. Сидя строго напротив меня Гесс упорно меня игнорировал, разглядывая таймер отсчёта. Очень не вовремя он это делал. Нам бы нужно поговорить. И желательно мысленно. Когда я произнесла фразу об имплантах, партнёр заметно напрягся. Его тело окаменело, а взгляд устремился сквозь стену модуля. Ровно на миг, но я всё уловила. Теперь же я мысленно металась по тесному отсеку, пытаясь вызвать его на беззвучный разговор. Время шло. Гесс же упрямо прятал глаза. Наконец, я решилась на отчаянный шаг. Сделав вид, что проверяю крепления на снаряжении, я дотронулась до его бедра раскрытой ладонью. Не лёгкое прикосновение, а намеренный контакт, достаточный для привлечения внимания. Разогнувшись, немедленно встретила ошеломлённый взгляд глизеанца. Мы на мгновение замерли, и я наконец почувствовала, как он отозвался на мой мысленный призыв. Слава Создателю! «У меня… за ухом… симбиот биопсисвязи», – его мысли были тяжёлыми, словно свинцовые шары. «Я не могу его отключить». Уф! Не так всё и страшно. «Мой симбиот тоже никто до сих пор не обнаружил. Биологические импланты не в счёт». «Есть ещё кое-что», – голос в моей голове звучал напряжённо. Я подняла взгляд и замерла. Неожиданно его глаза начали странно темнеть, сперва медленно, затем стремительно. В роговице будто растворялась тьма, как чернила в воде, растекаясь от зрачка к краям, и уже через мгновения передо мной сидел всё тот же Гесс, но смотрящий иным, абсолютно нечеловеческим взором. Его глаза стали словно два чёрных бездонных колодца, поглощающих свет. На миг мне показалось, что из-под щётки темных ресниц на меня взирает сама бездна. Мужское лицо оставалось прежним – те же черты, но взгляд… Но… Он словно принадлежал иному существу, древнему и могущественному, которое из любопытства заглянуло в наш мир через застывшее лицо моего напарника. Зрелище было до такой степени пугающе-прекрасным, что я застыла, не в силах отвести глаз. «Характерная черта высшего сословия моего мира», – в сознании прозвучало невозмутимое пояснение. «Как и бледный оттенок кожи. Эти сведения не подлежат разглашению». Молча кивнула, пытаясь совладать с потрясением. Теперь ясно, почему он опасался показать эту особенность. Такое невозможно скрыть. «Я не пугаю тебя?» – в моей голове прозвучала искренняя встревоженность. «Нет», – ответила я, стараясь его успокоить. И нисколько не лгала. Удивил, восхитил, озадачил, но не испугал. «Это всё ещё ты. Другая грань». Гесс с усилием моргнул, возвращая себе привычный облик. Цвет его глаз стал… не скажу, что обычным, но уже мне знакомым: пепельно-серым с холодным голубым отливом. «Спасибо», – его мысленная благодарность была искренней. «Я… не надеялся на такое понимание». «Мной ты тоже не брезгуешь», – мысленно ляпнула я, прежде чем осознала двусмысленность. И тут же ощутила предательский жар на щеках. Гесс мастерски сделал вид, что подтекста не уловил. Лишь коротко кивнул, одарив меня тенью улыбки. «Тебе идёт симбиот», – произнёс он безмолвно. «Удивительно ловко ты с ней управляешься». В этот момент свет в салоне погас, и через несколько напряжённых секунд включилось тусклое аварийное освещение, окрашивая всё в кроваво-красные тона. Катер начал замедлять ход. Тактические карты моргнули, и на стенах отобразилось стремительное приближение к цели. Почему всё так быстро? Что за напасть? – Прибытие через минуту, – сообщил механический голос. – Подготовиться к высадке. Я едва не застонала от досады. Похоже, станцию переместили. Или Кассий подошёл ближе? Откуда тогда сбой маршрута? Именно сейчас, когда я собралась рассказать Гессу о том, что сообщил хозяин перед отлётом… О том, что грозит сорвать всю нашу стратегию. Кас запретил делиться, но я не могла поступить иначе. Не после того, как видела своих бывших партнёров падающими на финише. Гесс повернулся ко мне, словно почувствовав смятение. В его глазах читалось немое вопрошание – он умел угадывать, когда я собиралась что-то сказать. Но теперь, когда механический голос отсчитал последние секунды, слова застряли в горле. Как объяснить всё за миг, когда Кассий ясно дал понять: эта информация может стоить победы? И всё же я знала: промолчать будет хуже. Намного хуже. Мысли метались, как перепуганные птицы. Таймер обратного отсчёта снова моргнул и погас. Металлические створки с протяжным, скрипучим звуком закрылись, отмечая начало стыковки и отсекая последний путь к отступлению. – Будет ли там Кассий? – спросил громко Гесс, быстро проверяя крепления снаряжения. – Ведь играет он, а мы с тобой лишь фигуры на доске. Я отрицательно покачала головой. – На станцию прибывают только фигуранты. Никого живого там больше нет. Только мы, ядроиды – наши противники – и камеры наблюдения, транслирующие ход игры в общий эфир. Глизеанец замер, его пальцы на мгновение застыли на пряжках ремней безопасности. Я видела, как в его глазах промелькнуло понимание – он уловил невысказанное. Трансляция в эфир. Значит, каждое движение, каждый жест будут видны зрителям. Этим объясняется навязчивое требование Кассия к синхронности. – Эфир… – тихо произнёс он, не отрывая от меня взгляда. – Вот почему ты так нервничала. Он хочет, чтобы мы не просто прошли этот тур, а сделали это зрелищно. Я молча кивнула. Да, именно так. Кассий всегда был помешан на эффектности, но раньше это касалось только тренировок. Теперь же всё происходящее будет выставлено напоказ. И это меняет всё. – Не волнуйся, – голос Гесса звучал твёрдо. – Ничего сложного. Запрети себе думать. Его спокойствие передалось мне. Да, мы готовы. Мы тренировались для этого. И пусть Кассий строит планы – у нас теперь есть свои. Выжить и выстоять. Мы не просто пешки. – Да, – вздохнула я и продолжила мысленно: И ещё. Ходят упорные слухи, что в этом году владелец игры введёт анонимное голосование прямо в эфире. Миллионы пиратов смогут влиять на результаты этапа. Всё анонимно. Будем надеяться, что это лишь слухи. Гесс мысленно улыбнулся, и я ощутила мягкое тепло его мыслей. – Если это действительно так, – легко произнёс он, – мы превратим свой этап в представление. Просто доверься мне, хорошо? И… пожалуйста, выгляди испуганной. Я удивлённо подняла брови. – Испуганной? – Именно, – его мысленный голос стал еще мягче. Покажи зрителям то, чего они ждут. Страх, неуверенность… А я буду твоей опорой. Будем использовать романтичный сценарий. Катер остановился. Механический голос объявил: – Прибытие завершено. Открыть шлюз. В салоне замигали красные огни, сигнализируя о разгерметизации. Гесс плавно поднялся и уверенно шагнул к выходу, я снова последовала за ним. Перед нами открылся тускло освещённый коридор старой станции. Пыль висела в лучах аварийных фонарей, стены были покрыты паутиной трещин и подтёков неизвестного происхождения. Где-то вдалеке слышался нарастающий механический гул – первые признаки пробуждающейся системы испытаний. Воздух пах пылью и ржавчиной.. – Готовься, – мысленно произнёс Гесс. И улыбнись. Наше шоу уже начинается. ✸✵✸ проводимого во время священного ритуала единения двух сердец.¹– Из древнего глизеанского обряда “Слияние душ”, ✸✵✸