Глава 33. Безошибочный протокол

« § 114.12. гл. 3: "В критических условиях вероятность выживания зачастую повышается не за счет индивидуального мастерства, а за счет выбора партнера, который не просто знает, как выжить, но и помнит, ради чего это стоит делать."»¹ Я вздрогнула, машинально переводя взгляд на экран. Гесс окончательно выбрался из расщелины, его фигура на мониторе двигалась по ржавому песку с прежней уверенной осторожностью. Протокол был пуст. Не по моей забывчивости. Нет, потому что за всё время бури, за эти мучительные минуты воспоминаний, Гесс не сделал ни одной ошибки, которую стоило бы зафиксировать. Ни единого неверного шага, ни единого просчёта. Его действия в этой смертоносной песочнице были безупречны, как отточенный алгоритм. Гесс двинулся дальше, его тень, длинная и чёрная, скользила по ржавому песку. И вдруг система «ожила» с пугающей узнаваемостью. С громким шипящим звуком из-под грунта полезли… те самые твари, похожие на скорпионов. Механические, с лязгающими сегментами псевдохитина, усиленными стальными пластинами. Почти точные копии тех, что разорвали Глома на части. Только крупнее, с ярко светящимися голубым цветом ядовитыми жалами на гибких, змеиных хвостах. Биомеханические симуляторы, до судорог напоминающие настоящих убийц Майрана. По спине пробежал холодок – память о взрыве, о чёрном пятне жирной гари… Гесс даже не замедлил шаг. Его реакция была молниеносной и точной. Резким, отработанным движением он швырнул под ноги наступающим тварям капсулу дымовой завесы. Густой, едкий дым бурого цвета мгновенно окутал передних скорпионов, заставив их замереть в дезориентации. Гесс уже метнулся в сторону, используя воцарившийся хаос, чтобы достичь укрытия у подножия ближайшей скалы. Один псевдоробот, чуть мельче других, прорвался сквозь дымовую завесу. Его жало, шипя разогретым наконечником, блеснуло в тусклом свете солнц, метнувшись к ноге глизеанца. Сердце ёкнуло – слишком знакомый ужас. Но Гесс не был Гломом. Он ушёл в молниеносный кувырок вперед-вбок, одновременно выхватывая из ножен на поясе мультитул. Не плазменный резак, не плазер. Эл-шокер. Короткий, пронзительный треск разряда – и игла вонзилась точно в сочленение между головогрудью и брюшком механического чудовища. Скорпион дёрнулся в конвульсиях, жужжащий звук его двигателей перешёл в хриплый вой, и, беспорядочно подрагивая конечностями, парализованный, рухнул на песок. Гесс даже не оглянулся. Он уже скользнул в узкую расселину между скалами, растворяясь в тенях лабиринта. Даже дикие механизмы он не убивал без нужды – обезвредил угрозу и исчез. Чистая работа профессионала, для которого этот кошмар – лишь тактическая задача. Я смотрела, затаив дыхание, пальцы судорожно сжимали край панели. Протокол оставался девственно-чистым. Вот так. Вот так нужно было действовать тогда. Мысль пронзила остро, смешивая восхищение с едкой горечью сожаления. Жар стыда за былую беспомощность и яркое упоение его абсолютной результативностью сплелись в тугой узел. Он оказался… не просто идеальным бойцом. Гесс был живым воплощением той самой невозможной для прошлой меня эффективности. Учёным, превратившим хаос боя в решаемую задачу. Как настоящий разведчик. Инспектор. Просто очень хороший инспектор. Гесс пересёк «пустошь», его силуэт растворялся в мареве жары, и вдруг перед ним разверзлась панорама моего личного кошмара. «Кислотные озёра». Не вода – жидкая ядовитая зелень, густая, как сироп, булькающая огромными пузырями, которые лопались с мокрым хлюпающим звуком, выпуская клубы едкого жёлто-зелёного пара. Мне казалось, что воздух над ним колыхался от жара, а резкий запах серы и разъеденного металла щипал глаза даже через экран. Испарения стелились низко, как ядовитый туман, скрывая края и делая глубину непостижимой. Один неверный шаг – и плоть растворится до кости. Максимальная достоверность… Шервы меня подери! Гесс замер на краю пропасти. Его сканер замигал тревожным оранжевым, но ждать он не стал. Взгляд, острый как бритва, выхватил в хаосе скал узкий, зубчатый перешеек – естественную дамбу из чёрного, пористого камня, едва выступающую над кипящей поверхностью. Секунда оценки – и Гесс двинулся. Не бегом, а скользящим, невероятно точным шагом, перенося вес с носка на пятку, как по канату над бездной. Каждый камень под его ботинком казался ненадёжным, покрытым маслянистой плёнкой конденсата, но он не дрогнул. Его баланс был абсолютен. И тут «земля» вздрогнула. Глухой, сокрушительный грохот потряс симуляцию. Висевший поодаль и слева чёрный базальтовый карниз вдруг обрушился, явно подточенный испарениями. Гигантские глыбы, каждый размером с увесистый лукс, с рёвом сорвались вниз, прямо на узкую тропу Гесса, сметая всё на пути в кипящую зелень озера! Моё сердце остановилось. Пальцы до боли вцепились в панель. Каньон… Крелл… Камни… Но Гесс уже действовал. Глизеанец не прыгнул назад – там была бездна. Не метнулся вперёд – падающие глыбы перекрывали путь. Он рванул вверх и влево, под едва заметный выступ в скале, в сторону от основного потока. Прямо на путь одной из отколовшихся глыб размером с него самого. В тот же миг его рука с мультитулом взметнулась. Короткий, пронзительный визг импульсного заряда – и сфокусированный удар пришёлся точно в основание летящей глыбы. Не разрушить, а отклонить! Камень вздрогнул, изменил траекторию всего на несколько градусов – но этого хватило. Он пронёсся в сантиметрах от Гесса, с грохотом врезаясь в основной лавинный поток позади, вызвав каскад мелких обрушений, но открыв путь вперёд. Гесс использовал созданный хаос, чтобы перекатиться через выступ и спрыгнуть на уцелевшую часть перешейка за зоной обвала. Получилось! Пыль и мелкие камни дождём сыпались ему на плечи, но он не замедлился. Сканер отсчитывал уровень токсинов, постепенно снижаясь по мере удаления от ядовитых испарений. Путь вперёд вёл вглубь узкого каньона, чёрные, обугленные, изъеденные кислотными дождями стенки которого поднимались все выше. Под ногами вместо песка появился хрусткий шлак и битое стекло. Свет двойных солнц пробивался скудно. Гесс двигался вдоль одной из стен, используя каждую складку рельефа, каждую трещину как укрытие, его сканер теперь изучал структуру обломков на предмет скрытых пустот. Это были руины. Массивные каркасы разрушенных зданий вонзались в жёлтое небо чёрными клыками.Каньон внезапно расширился, выпустив Гесса на огромную, открытую площадь, сплошь заваленную монументальными обломками. Воздух гудел низким, тоскливым гулом ветра. Запах тления, гари и чего-то кислого висел неподвижной пеленой. Весьма реалистичные ощущения. Полное погружение, всё как он и хотел. Гесс замер на мгновение на краю этого моря разрушения, его взгляд быстро скользнул по открывшейся панораме, выбирая маршрут. На лице ни единой эмоции. Маска. Только холодный расчёт. Его дыхание оставалось ровным, слишком ровным… Неправдоподобно спокоен.Шагнул плавно вперёд и растворился в лабиринте смерти. Один миг – его тень скользнула за опрокинутый грузовик. Следующий – лишь лёгкое движение пыли у основания полуразрушенной колонны. Используя каждый уступ, каждую мёртвую зону, он стал призраком, частью самого разрушения. – Опасность. Его тихий голос мгновенно прервал мои размышления. Перевела взгляд чуть вперёд и увидела. Они появились не из засады – выплыли из теней, словно порождения самих руин. «Аборигены». Пятеро. Измождённые до скелета фигуры, обёрнутые в грязные тряпки. Кожа – покрытая струпьями и язвами, мертвенно-серая. Глаза – дикие, безумные, лишённые тени мысли, светящиеся голодом и болью. Оружие: зазубренные обрезки арматуры, тяжёлые болты на цепях, двое – с древними плазерами неясного происхождения. Противники не кричали. Издав хриплый, животный звук, полный ярости, они ринулись стаей вперёд порывом. Гесс не отступил ни на шаг. Первого, с арматурой, занесённой для удара – он встретил стремительной подсечкой, уложив себе прямо под ноги. Хруст кости. Абориген рухнул вперёд, и Гесс выбил арматуру точным ударом руки. Оружие звякнуло, противник завыл. Второй, с плазером, уже целился – глизеанец шагнул навстречу выстрелу, молниеносно захватив его руку с оружием, закручивая её в болезненный замок, и коротким, страшной силы ударом снизу в солнечное сплетение вышиб из него воздух. С громким всхлипом противник сложился пополам. Гесс развернул его обмякшее тело как щит как раз в тот момент, когда третий нажал спуск своего коптящего плазера. Ярко-красный луч ударил прямо в спину «щита». Гесс уже швырнул эл-шокер, оставшийся в свободной руке. Прибор воткнулся в горло стрелка, треск разряда сотряс тело – тот закачался и рухнул, дёргаясь в конвульсиях. Четвёртый, успевший зайти со спины, занёс тяжёлый обломок трубы. Гесс резко присел, пропустив свистящий удар над головой, ударом локтя назад – вверх под самые рёбра отправил нападавшего на землю. Оглушительный визг перешёл в жалкий стон. Пятый… замер. Он стоял в нескольких шагах, сжимая в трясущихся руках заточку из стекла. Его дикие глаза, всего миг назад полные ярости, вдруг налились животным, первобытным ужасом. Гесс медленно развернулся к нему. Не принял боевую стойку. Просто посмотрел. Ни угрозы. Ни гнева. Только холодная, бездонная пустота и безоговорочная власть над ситуацией. Этого хватило. «Абориген» издал сдавленный стон, бросил свою жалкую пародия на оружие – стекло громко звякнуло о камень – и шмыгнул в ближайшую тёмную дыру в стене. Гесс не стал его преследовать. Не позволил себе добивать раненых. Он спокойно подошёл к телу второго аборигена, поднял выпавший плазер. Осмотрел его – корпус помят, но индикатор заряда тускло светился. Проверил предохранитель, энергичным движением стряхнул грязь с прицела. Кивнул про себя. Заткнул его за пояс и двинулся дальше, к мерцающей метке «Омега» на сканере. Словно только что не участвовал в смертельной схватке, а просто подобрал полезный инструмент. Я выдохнула, не осознавая, что не дышала. Во рту пересохло. Балет смерти. Да. Но не изящный, а жестокий, молниеносный и предельно рациональный. Эффективный. Безжалостный. Без тени излишней жестокности – только необходимый минимум. Каждый шаг, каждый жест – выверенный в настоящем аду опыт. Профессионал. И наблюдая за этим, я снова поймала себя на мысли: если бы в тех руинах столицы Майрана, где я потеряла Крелла, рядом был он… Камнепад не стал бы нам смертным приговором. Горькая слюна наполнила рот. Судя по ярко мерцающей надписи – абсолютный рекорд симулятора.Гесс достиг «Омеги» через 47 минут после старта. Система медленно отключилась. Пейзажи Майрана растаяли. Гесс стоял на платформе, реальный и несокрушимый. Неторопливо снял сканер и пояс, потянулся. Двери в пульт управления открылись. Я замерла у панели. Бросив взгляд на меня, Гесс подошёл, принеся с собой вонь озона, пыли и его собственный, тёплый, терпкий запах – пота, гари, металла. Встал рядом. – Ну? – спросил просто, поймав меня взглядом. Открыла было рот, но вдруг слова застряли. Я видела его силу и ум. Наблюдала, как он доминировал в Майране, поглотившем моих партнёров. – Они… – голос дрогнул. – Крелл, Глом… другие… Они не были такими. Они… – Не смогла договорить. Боль, вина захлестнули. Гесс молчал, но его взгляд смягчился. Протянул плавно руку – прямо к лежавшему рядом со мной на панели видеру с пустым протоколом ошибок. Его пальцы на миг легли поверх моих, прижимая к холодному пластику. Гесс не взглянул на экран. Он снова всё правильно понял. Короткое, почти случайное прикосновение. Волна тепла. Признание. – Они сделали, что могли, Есс, – произнёс он тихо, убрав руку и беря бесполезный видер. Голос мягкий. – Как и ты тогда. Выживание – не всегда победа. Иногда это просто… выживание. – Взгляд глубокий, понимающий. – Теперь – не так. Сегодня у нас с тобой есть преимущество. Знание. Опыт. И… – пауза, – партнёр, который не подведёт. Он медленно повернулся к экрану, выводя схему архипелага. Взгляд скользнул по замершему изображению ржавых песков. Удивительная для него многословность.– Посредственная стратегически симуляция, – констатировал сухо. – Её создатели воссоздали только узкую полосу северного побережья. Самые что ни на есть «курортные» условия Майрана… – В его голосе зазвучала холодность человека, знающего эту планету не по записям. – Настоящий континент… Глубокие меридиональные трещины на юге, куда проваливаются целые отряды. Сернокислые ледники, плавящие броню. Камнепады, сносящие укрытия. Голозубые камнееды, роющие ходы под ногами. Стаи пернатых скорпионоидов с кислотным жалом. И это – лишь малая толика. – Будем молиться, что в этом туре организатор не решил отправить фигурантов вглубь континента. – Он медленно обернулся, явно заметив мою бледность. Его взгляд внезапно стал пристальным, мгновенье спустя выражение смягчилось, в нём появилось что-то почти… виноватое. – Прости. Мне было нужно, чтобы ты это видела. Понимала, на что я способен. Чтобы, высаживаясь на Майране рядом со мной, ты почувствовала себя хоть немного увереннее. – Уголки его губ дрогнули в подобии успокаивающей улыбки. – Мне не составит большого труда пронести тебя на руках весь маршрут, если понадобится. Считай это страховкой.Я вздохнула, горечь воспоминаний смешалась с тревогой. – Все симуляторы создавали по кадрам записей прошлых игр, а там выживали немногие. Других источников нет. Гесс мрачно хмыкнул. – Страховка звучит обнадёживающе, – прошептала. Потом, вспомнив, сунула руку в карман комбинезона и протянула ему небольшой плоский предмет в защитном чехле. – Держи. Наш с тобой «бонус» за вхождение в тройку лидеров. Стартовый набор фигурантов уровня «Элита»… так Кас это назвал. На деле – неизвестно что там. Но доступ к оружейному арсеналу «Ковчега» первой категории нам открыли. Я там выписала тебе кое-что. По заявленным характеристикам – лучше стандартного штурмовика.Его слова, его тон – непоколебимо уверенный, почти шутливый, но с выражением абсолютной серьёзности – словно скинули часть напряжения. Я кивнула, робко пытаясь ответить улыбкой. – Всё когда-то бывает впервые, – парировал Гесс с непоколебимой уверенностью. Он уже развернулся и изучал схему архипелага. – Твой отчёт о спасательных плотах я просмотрел. Неплохо. Но нужно детальнее проработать варианты использования его парусности в условиях шторма и атак с воздуха. И моделирование переправ…Гесс молча взял чип-ключ. – Как это Кассий и раскошелился. Надеется, что мы на Майране устроим по-настоящему зрелищную бойню? – Он медленно покрутил чип в пальцах, невесело усмехаясь. – А бонусный бокс от щедрого хозяина? Уже доставили? – В наши каюты, – кивнула я. – Запечатан. С интригующей надписью «Для финалистов отборочного тура». – Как будто финал – это что-то достижимое. – В моём голосе прозвучала горечь. За всю историю Игры ни одна пара не прошла все три этапа. – Да, Гесс. Сейчас займусь. – Мой голос звучал куда твёрже.Я кивнула, отводя взгляд, чтобы скрыть влагу на глазах. Не от горя. От щемящего облегчения. Надежды. Он снова всё понял без слов. Без симбиота. Просто… видел меня. Это изумляло. Шокировало. И бесконечно притягивало. Оторвав взгляд от экрана, Гесс неожиданно замолчал на полуслове. Его серые глаза, такие проницательные и жёсткие мгновение назад, стали тёплыми и какими-то… совершенно бездонными.– Выдохни, маленькая лиглянка. И даже не вздумай пытаться… Я не сопротивлялась. Застыв от неожиданной близости, чувствуя, как бешено стучит сердце. Гесс наклонился, и его твёрдые губы легко коснулись моего лба. Мягко. Тепло. Но отчего-то совсем не отечески. Это было прикосновение… обещания. Выражение глубокой связи. Длилось мгновение, но время будто остановилось.Без лишних слов, одним плавным движением он полностью развернулся ко мне. Его рука легла поверх моей, всё ещё лежавшей на краю панели – осторожно, но не позволяя отстраниться. Бережным жестом привлёк меня к себе. Он также плавно меня отпустил. Его пальцы всего лишь на миг задержались на моей руке, прежде чем он снова вернулся к экрану. Его профиль был сосредоточен, но уголки губ хранили едва уловимый след улыбки. Или мне так показалось? Где-то там, в глубине моей сущности, симбиот звучал симфонией нежности и особого удовольствия. Она безошибочно чувствовала его и тянулась к мужчине. Всеми силами устремлялась к его силе, защитным куполом вставшую над нами с ней обоими. И партнёрами. Во всех смыслах этого словаМайран ждал. Но теперь мы шли к нему не жертвами, а воинами. ✸✵✸ Руководство по взаимодействию с неудобными реалиями (Издание 2567 года с момента Великого Откровения). Пометки карандашом на полях»¹ «Кодекс инспектора Флота: ✸✵✸