Глава 21

Первое поле встретило их запахом железа.

Над бесконечной долиной висело багровое небо. Вместо облаков по нему плыли обрывки знамён. Под ногами хрустели кости, занесённые серым пеплом.

Вокруг поля стояли девять разрушенных тронов. Восемь из них были пусты. На девятом сидел магистр.

Белые одежды исчезли. Теперь его тело покрывала чёрная броня, составленная из множества человеческих лиц. Одни беззвучно кричали, другие плакали, третьи шептали украденные имена.

В руке он держал кинжал с кровью Кэйдэна.

— Вы успели, — произнёс магистр.

— Разочарованы? — спросила Эйра.

— Напротив. Без вас представление не началось бы.

За спиной Эйры поднялась армия Алвейнов. Тысячи воинов в золотых доспехах. Среди них стояли мужчины и женщины, чьи лица она видела на портретах. Прадеды. Короли и королевы. Наследники, погибшие задолго до её рождения.

Впереди появился отец. Не обгоревший призрак с Вороньей дороги, а такой, каким Эйра запомнила его до пожара. Высокий, светловолосый, в золотом плаще.

— Моя маленькая буря, — произнёс он.

У Эйры перехватило дыхание. На этот раз Безымянный не ошибся.

— Папа?

Кэйдэн взял её за руку.

— Осторожно.

— Это действительно он.

Отец Эйры посмотрел на переплетённые пальцы.

— Ты привела Морвейна на землю наших предков.

С противоположной стороны выступила ледяная армия. Перед ней стоял отец Кэйдэна. На его голове сияла чёрная корона.

— Ты связал кровь с убийцей нашего рода, — сказал он сыну. — Я растил тебя не для этого.

Кэйдэн не отпустил руку Эйры.

— Вы растили меня для трона. С человеком вышло значительно хуже.

Лицо прежнего короля исказилось.

— Преклонись.

— Вы уже мертвы. Не уверен, что этикет здесь уместен.

Магистр поднялся с трона.

— Какая трогательная преданность. Посмотрим, сохранится ли она, когда мёртвые вспомнят правду.

Он провёл клинком по воздуху, и поле содрогнулось. Из-под костей поднялся каменный алтарь. На нём лежали мужчина и женщина, соединённые цепью.

Мужчина носил корону Морвейнов.

Волосы женщины горели золотым пламенем.

— Тарен Морвейн и Иара Алвейн, — произнёс Кэйдэн. — Первые хранители печатей.

— И первые предатели, — сказал магистр.

Призрачное воспоминание ожило. Тарен стоял перед Последними вратами. Чёрная арка уже была открыта, и из неё тянулись длинные когти. Иара держала в руках огненный клинок.

— Другого пути нет, — сказал Тарен.

— Я не могу.

— Ты поклялась защищать земли.

— Я поклялась защищать и тебя.

Он коснулся её лица.

— Тогда исполни обе клятвы.

Иара заплакала.

Тарен прижал остриё огненного клинка к своей груди.

— Моя кровь закроет врата. Твоя сохранит печать.

— Наши дети будут считать меня убийцей.

— Однажды они узнают правду.

Иара вонзила клинок ему в сердце. Последние врата захлопнулись.

Мужчина упал, а женщина осталась стоять над его телом, залитая кровью.

Из тьмы появился мальчик без лица. Он коснулся памяти Иара, и последние слова Тарена исчезли.

На их месте осталась лишь одна картина: Алвейн убивает Морвейна.

Воспоминание рассыпалось.

— Безымянный начал вражду, — прошептала Эйра.

— Он забрал правду о первой жертве, — сказал Кэйдэн. — Их потомки унаследовали только убийство.

Магистр улыбнулся.

— Вражда сделала ваши роды сильными. Столетиями вы оттачивали оружие, накапливали магию и выращивали ненависть. Всё ради этого дня.

Он поднял окровавленный кинжал.

Призрачные армии двинулись.

Роуэн обнажил меч.

— Что бы ни произошло, не позволяйте им разделить вас.

Первым напал отец Кэйдэна.

Его ледяной клинок обрушился на сына. Кэйдэн отразил удар, и по полю прокатился гром.

Одновременно отец Эйры протянул к ней руку.

— Вернись домой, маленькая буря.

— Моего дома больше нет.

— Потому что Морвейны отняли его.

— Орден уничтожил Алвейн.

— А Кэйдэн воспользовался нашей смертью.

Эйра вздрогнула.

— Я знаю.

— Тогда почему он ещё жив?

Золотые воины окружали её. Тысячи голосов шептали о мести. Эйра призвала пламя, и предки Алвейнов опустились на колени.

— Прикажи, — сказал отец. — И мы уничтожим каждого Морвейна.

На другой стороне поля Кэйдэн сражался с прежним королём. Лёд сталкивался со льдом, чёрный с серебряным. За спиной отца Кэйдэна поднимались новые призраки.

Эйра увидела, как один из них занёс копьё.

— Кэйдэн!

Он обернулся слишком поздно. Роуэн успел закрыть его щитом. Призрачное копьё пробило металл и вышло у начальника стражи из плеча.

Роуэн упал. Кэйдэн ударил ледяной волной, отбрасывая призраков, и опустился рядом с ним.

— Зачем?

— Это мой долг, ваше величество. Я никогда не перестану защищать вас.

Кэйдэн сломал древко копья и вытащил его из раны. Роуэн стиснул зубы, когда король направил на него магию льда, но рана стала затягиваться.

— Идите. Я задержу вашего отца.

— Он мёртвый король с армией призраков.

— Я встречал кое-что и хуже.

Кэйдэн помог ему подняться.

Тем временем мертвый король в золотых доспехах взмахнул клинком, пытаясь заставить свою дочь подчиниться. Эйра не стала защищаться, когда отец поднял меч, и клинок остановился возле её сердца.

— Ты не он, — сказала она. — Мой отец никогда не потребовал бы от меня убить живого ради мёртвых.

Лицо призрака дрогнуло.

— Мы не можем уйти, пока кровь Морвейнов не заплатит.

— Тогда вы останетесь здесь навечно.

Эйра сделала шаг и прошла сквозь него. Призрак рассыпался золотым пеплом, но голос отца ещё мгновение звучал в воздухе:

— Я горжусь тобой, маленькая буря.

Эйра не позволила себе обернуться.

В центре поля Кэйдэн сражался уже с десятками предков. Его рана снова открылась. Кровь стекала по рубашке, а лёд вокруг становился всё темнее.

Магистр наблюдал с трона.

— Кэйдэн! — позвала Эйра.

Он повернулся к ней. Между ними взметнулась стена из костей. Тысячи скелетов поднялись из земли. Пустые глазницы вспыхнули то золотым, то серебряным светом.

Эйра ударила пламенем.

Кэйдэн направил лёд с другой стороны.

Их магия встретилась в центре. Серебряный вихрь разорвал стену и открыл путь к алтарю.

На камне проступила надпись:

'Кровь помнит первую клятву.

Кровь не требует мести.

Последней жертвой станет право мёртвых управлять живыми'.

— Наши предки должны отпустить нас, — сказала Эйра.

— Они не сделают этого добровольно, — ответил Кэйдэн.

— Тогда мы откажемся от их долга.

Магистр рассмеялся.

— Вы не можете отказаться от крови. Она создала вас.

— Но не она решает, кем мы станем, — произнёс Кэйдэн.

Они положили руки на алтарь, и камень вспыхнул.

Перед Эйрой возник огненный клинок Иары.

Перед Кэйдэном — ледяной меч Тарена.

— Нет, — прошептала Эйра.

Она поняла, чего требует печать.

Не смерти.

Повторения первой клятвы — но на этот раз без лжи.

Кэйдэн взял ледяной меч.

— Ты должна пролить мою кровь.

— Я уже это сделала.

— Тогда сделай это снова.

— Нет.

— Эйра.

— Даже не проси.

— Если печать падёт, предки получат тела. Они пойдут в Девять земель.

— Я не вонжу клинок тебе в сердце.

— И не нужно.

Кэйдэн протянул ладонь.

На ней ещё не закрылась рана, нанесённая в Белой обители.

— Кровь может быть отдана, а не отнята.

Эйра подняла огненный клинок.

— Если ты ошибаешься, милый, я найду тебя после смерти и убью ещё раз.

— Договорились, любовь моя.

Она провела лезвием по его ладони. Кровь упала на алтарь. Седьмой знак вспыхнул. Но оставался багровым.

— Теперь ты, — сказала Эйра.

Она протянула руку. Кэйдэн коснулся её ладони ледяным клинком. Боль оказалась резкой, но короткой. Золотая кровь Алвейнов смешалась с серебряной кровью Морвейнов.

Алтарь содрогнулся. Две армии остановились.

Эйра сжала руку Кэйдэна.

— Я не принимаю ненависть, оставленную мне предками.

— Я не принимаю власть мёртвых над моим выбором, — произнёс он.

Их кровь вспыхнула серебряно-золотым пламенем.

— Мы помним ваши жизни, — сказала Эйра.

— Но не станем повторять ваши ошибки, — продолжил Кэйдэн.

Они одновременно отбросили оружие. Огненный и ледяной клинки рассыпались, едва коснувшись земли.

Призрачные армии закричали. Не от боли. От освобождения. Доспехи падали на землю. Мечи превращались в пепел. Лица воинов становились спокойными.

Отец Эйры появился среди золотого света. Рядом с ним стояла её мать.

По другую сторону поля Кэйдэн увидел темноволосую женщину с серо-голубыми глазами. Она держала на ладони ледяную птицу. Его мать улыбнулась ему.

Прежний король Морвейнов стоял позади неё. В его лице больше не было гнева, только усталость человека, слишком поздно осознавшего собственные ошибки.

— Будьте лучше нас, — произнёс он.

Кэйдэн склонил голову.

— Постараемся.

Призраки исчезли. Седьмой знак стал золотым. Первое поле начало рушиться. Девять тронов рассыпались один за другим. Магистр спрыгнул со своего места и бросился к алтарю. В руке у него появился стеклянный сосуд.

Внутри горело имя Эйры.

— Откуда оно у вас? — спросила она.

— Имя живёт во многих сердцах, — ответил магистр. — Но его тень по-прежнему принадлежит мне.

Он коснулся сосудом смешанной крови. Стекло вспыхнуло. Кэйдэн метнул ледяное копьё. Оно пронзило плечо магистра, но тот даже не замедлил движения.

Сосуд раскололся. Имя Эйры и кровь Кэйдэна соединились в воздухе.

Восьмой знак на браслетах почернел.

На нём проступили два сердца, скованные одной цепью.

Магистр улыбнулся.

— Вы освободили кровь от власти мёртвых. Теперь посмотрим, сможете ли освободить друг друга.

Поле исчезло.

Эйра успела схватить Кэйдэна за руку, и мир взорвался серебряным светом.