Глава 22. Мы же в церкви

К середине зимы каждый житель Уэст-Мемфиса знал, что у Долорес Элфорд скоро будет свадьба. Она обошла каждый салон свадебных платьев в городе, продегустировала все виды тортов, просмотрела десятки банкетных залов, прослушала сотни песен, чтобы выбрать ту самую для танца жениха и невесты. Ходила в салон красоты несколько раз в неделю, чтобы подобрать идеальную прическу и макияж, репетировала с Сэмом свадебный танец до тех пор, пока туфли не оставили на его ногах кровавые мозоли. Несмотря на мозоли, Сэм был счастлив каждое мгновение; я думала, что мужчины терпеть не могут предсвадебную суету, но только не Сэм, кажется, он ждал этого дня больше Долли.

– Я не могу дышать, – проводя пальцами по узкому корсету, украшенному бисером, Долли смотрит на свое отражение в зеркале. – Мне нужен виски.

– Сейчас. – Раздается звон, и мама выплескивает в бокал шампанское. – Держи.

– Это не виски.

– Другого алкоголя нет.

– Что мне этот бокал, дайте сразу бутылку. – Подобрав подол, Долли шагает к комоду, на котором стоит ведерко с бутылкой.

– Помада! – кричим мы с мамой в один голос, когда Долли подносит горлышко к губам.

– Бросьте, она водостойкая. – Цокнув языком, Долли, все же ставит бутылку в ведерко и в два глотка выпивает половину бокала. – Я так нервничаю. А кто-нибудь видел священника? Может, он заболел?

– Священник в порядке, я видела его пару минут назад. У тебя предсвадебный мандраж, выдохни. – Взяв за плечи, мама легонько встряхивает Долли. – Дыши вместе со мной, вдох-выдох.

Долли дышит, как при родовых схватках, но, кажется, ей не особо это помогает.

– Выпей еще, – строго просит мама.

Обычно в этой дружбе мама более мягкая, но сегодня она в образе старшей сестры, которая пытается успокоить капризную младшую. А еще мама сегодня невероятно красивая. Кажется, за всю свою жизнь я видела ее на каблуках от силы пару раз, на ней атласное приталенное платье небесно-голубого цвета, точно такое же, что и у меня – образы подружек невесты. Выкрашенные в медовый цвет волосы собраны в высокую прическу, вечерний макияж. Когда сегодня утром Берни увидел маму, то промочил платком глаза, оправдавшись тем, что попала соринка.

– Ты любишь Сэма, вы вместе уже много лет, думай об этом не как о свадьбе, а как об очередном дне, когда вы признаетесь друг другу в любви.

– Ох, Глория, – выдыхает Долли и допивает бокал. – Знаешь, романтичные речи помогают только в фильмах.

– Вы потратили кучу денег, – напоминаю я, – в банкетном зале ждет фигурка ледяного Купидона, а еще гости заберут все подарки, если свадьба не состоится.

Прочистив горло, Долли расправляет плечи и, накинув вуаль фаты на лицо, кивает.

– Я готова идти. Спасибо, Микки.

Рассмеявшись, я спешу к двери, пока Долли не накрыло новой волной паники. Подобрав подол, семеню по коридору к церковному залу. У ряда скамеек нахожу Джейка, на нем черный смокинг с приталенным пиджаком, и от вида этого парня в моем животе разлетается отряд летучих мышей.

Коснувшись локтя Джейка, я отвлекаю его от разговора с Рэмом.

– Долли готова.

Повернув голову, Элфорд замирает и оглядывает меня с головы до ног. Его губы раскрываются, а потемневший взгляд с примесью восхищения заставляет мое сердце учащенно биться. Не понимаю, как человек может управлять реакцией моего тела одним лишь взглядом, но это так.

– Я должен сгореть за мысли, которые крутятся сейчас в моей голове, Рамирес. – Он встряхивает головой. – Что ты там сказала?

– Эй, – Рэм толкает его локтем, – мы же в церкви, мудак. Ничего святого.

Только Рэм может осудить кого-то за плохое поведение в церкви и при этом выругаться.

– Долли готова, начинаем через пару минут.

Опустив ладонь на мою шею, Джейк оставляет поцелуй на моем виске и идет к комнате невесты. Организатор следит за тем, чтобы гости сели на места, я встаю неподалеку от алтаря и с волнением оглядываю присутствующих. В первом ряду сидят родственники Сэма, не у всех из них радостные улыбки на лицах, но самое главное, что они здесь, а значит не откажутся от Сэма даже несмотря на его выбор. Мама проходит между рядов, придерживая струящийся подол и останавливается рядом со мной, сидящий во втором ряду Берни смотрит на нее с таким восхищением, что у меня в груди становится тепло.

Гэри Бигл, стоя по другую сторону алтаря, громко чихает, и если он сделает то же самое во время церемонии, то Долли выйдет из себя. Поверить не могу, что она разрешила Сэму взять его в шаферы, пусть и не в главные.

Бэйли, сидя в третьем ряду, взмахивает рукой и показывает большие пальцы, молча говоря, что я хорошо выгляжу. Рядом с ней сидят Ник, Рэм, Эрин и Оливер.

Когда начинает играть музыка, Сэм топчется на месте и нервно потирает ладони. Проходит минута, вторая, а Долли все не появляется. Послав священнику беспомощный взгляд, Сэм склоняется к нам с мамой.

– Она ведь не передумает? – шепчет он. В первых рядах слышатся смешки, и становится понятно, что Сэм спросил это громче нужного.

Долли наконец-то выходит в зал, ее платье переливается в солнечном свете, падающем сквозь высокие витражные окна, в руке букет нежно-розовых пионов, а под руку ее держит Джейк. Они медленно идут вдоль рядов, Джейк склоняется к Долли и что-то говорит на ухо, на что ее плечи трясутся в беззвучном смехе.

Подводя маму к алтарю, Элфорд смотрит на меня и одними губами говорит: «Вау!», заставляя меня прикусить губу, чтобы сдержать глупую улыбку. Сжав руку Долли, он целует тыльную сторону ее ладони и отходит на сторону шаферов.

Мы с мамой начинаем плакать на клятвах в вечной любви, а к моменту поцелуя жениха и невесты мне всерьез требуется успокоительное и носовой платок.

***

Банкетный зал украшен белыми цветами, светлые стены, фотозона в виде стены из живых цветов, на столах розы и прозрачные канделябры с горящими свечами. Рядом с шведским столом с закусками и шоколадным фондю возвышается ледяная фигурка Купидона.

Звенят бокалы, гости говорят тост за тостом, кто-то читает с карточек, кто-то плачет, бормоча что-то бессвязное, и лишь семья Сэма остается безучастной. Сидят с равнодушными лицами и ведут себя так, будто не знакомы с женихом и невестой. Несмотря на это все шло хорошо ровно до середины банкета, до того самого момента, пока Гэри Бигл не решил сделать смешное, по его мнению, фото с Купидоном. Поймав фотографа, он склонился над фигуркой и решил поцеловать ледяной зад, но его повело в сторону, и Купидон завалился на пол и раскололся, потеряв руки с зажатым в них луком, голову и задницу.

Кажется, мир еще не видел более гневного взгляда, чем у Долорес. Сжав руку покрасневшего Сэма, она фальшиво улыбается и, говоря что-то сквозь зубы, даже не моргает.

– Я выиграл двадцатку у Сэма, – усмехается Джейк, потирая переносицу.

– Ты ставил на то, что Гэри что-то испортит?

– Нет, ставил на то, что он не пройдет так просто мимо Купидона.

– Ты отвратителен.

– Знаю. – Взяв вилку, Джейк стучит по бокалу и поднимается. – Пока моя мама не решилась на вендетту за расчленение Купидона, я бы хотел сказать кое-что. Я был совсем ребенком, когда мама впервые познакомила меня с Сэмом, и жутко волновался перед встречей с ним. Он заранее мне не нравился, я настроился на то, что буду настолько плохо себя вести, что он не выдержит и сбежит через несколько минут после того, как перешагнет порог нашего трейлера. Извини, Сэм, но это правда, я мыслил почти как Маколей Калкин из «Один дома», а ты был вором, который хочет украсть самое дорогое в моей жизни – мою маму.

Рассмеявшись, Сэм понимающе кивает.

– Но он удивил меня. Как только мы остались наедине, Сэм спросил, не против ли я, если они с мамой будут встречаться. Сказал, что если я не готов дать ему шанс, то он уйдет. Он говорил со мной как со взрослым мужчиной, хотя я не мог дождаться начала мультиков по телевизору. Сэм попросил меня подумать над ответом. Я был настолько ошеломлен, что решил посоветоваться с человеком, которому доверяю больше всего на свете. Взял шоколад, что Сэм принес в качестве взятки и пошел к своей лучшей подруге.

Повернув голову, Джейк подмигивает мне, и я улыбаюсь в ответ, а заодно пытаюсь припомнить этот момент, но в памяти лишь смутные обрывки.

– Микаэла тогда сказала мне, что я в первую очередь должен посмотреть на мамины глаза, когда она рядом с Сэмом. Если в них есть блеск и она начала чаще улыбаться, то это уже весомый повод для того, чтобы дать Сэму шанс. Ну а если он вдруг снова подарит такой же вкусный шоколад, то можно дать ему еще десять шансов.

Усмехнувшись, я прикрываю веки, слыша смех в зале.

– Я решил последовать совету Микаэлы и последить за блеском в глазах мамы. Они необычайно ярко горели, и она без остановки улыбалась, возможно потому, что тогда еще не была знакома с Гэри Биглом, не знаю. В любом случае она действительно выглядела иначе, еще красивее, но этот блеск был и в глазах Сэма. Я до сих пор замечаю этот огонек в их глазах даже во время ссор. Если у меня спросят, что такое любовь, то я покажу пальцем на вас двоих, ребята. Сэм, – Джейк прикладывает ладонь к груди, – спасибо за то, что спросил моего разрешения. Мама, спасибо за то, что всегда рядом и всегда на моей стороне, даже когда из школы звонят с гневным обращением. Я люблю вас.

Послав сыну воздушный поцелуй, Долли осторожно касается платком своих влажных от слез щек. Сделав глоток шампанского, Джейк садится, и я склоняюсь к его уху.

– Странно, я почти не помню всего этого.

– Зря, я был очень красивым в тот день.

Рассмеявшись, я накрываю его ладонь своей, и Джейк переплетает наши пальцы.

– Потанцуешь со мной, Рамирес?

Кивнув, я позволяю Джейку увлечь меня на танцпол к остальным парочкам. Опустив руку на оголенный участок кожи между моих лопаток, он медленно спускается к пояснице поверх платья, а по моему телу пробегает волна мурашек.

– Только посмотри на них, – обняв его за шею, я киваю в сторону танцующих Долли и Сэма.

Сжав ладони на моей талии, Джейк поворачивает голову.

– Кто знает, однажды это можем быть мы с тобой. Теми, кто заказывает ледяного Купидона.

Мои щеки вспыхивают, и я изо всех сил стараюсь не улыбаться, как идиотка. Знаю, что о таком пока слишком рано думать и Джейк шутит, но мне все равно приятно представлять эту картину.

– Готова поспорить, Ник разобьет его даже быстрее Гэри Бигла.

– Тогда закажем запасного Купидона. Или просто не позовем Ника.