Глава 31

Земля сотряслась с оглушающим хлопком, который отдался мне прямиком в ребра. Девки, визжащие до этого на одной ноте, внезапно умолкли, и повисшая тишина ласкала слух. Спустя некоторое время Агнар слез с меня и помог подняться. Радвальд уже стоял, склонившись над образовавшейся воронкой, и что-то там недоуменно разглядывал. Мы с мужем взялись за руки и подошли к советнику.

– Что там? – спросила я, не без опаски.

Поверх взрытой земли, комьев снега и осколков брусчатки лежала книга в тонком кожаном переплете. По виду она являлась прапрабабушкой древнего трактата, что не могло не озадачивать. А еще то, как этот безобидный на первый взгляд фолиант смог принести столь масштабные разрушения.

– Книга вечности, – с благоговением и долей неверия выдохнул Агнар. – Это ведь она?

– Готов на что угодно поспорить, что да, – подтвердил советник и поделился: – Но я всегда считал, что миф, сказочки для доверчивых.

– Впервые слышу о подобном. – призналась я. – Что это вообще такое?

– Простыми словами – летопись всех времен и народов. Точно никому не известно, но считается, что ведет ее само мироздание, записывая все происходящее в мире вплоть до мельчайших подробностей.

– Всего лишь меньше десятка человек за всю историю могли похвастаться встречей с Книгой, – добавил Агн.

– Считается, что в ней найдутся ответы на любые вопросы.

– Значит, трактат нужен был, чтобы вызвать Книгу вечности? – уточнила я.

– Все верно, трактат способен дать то, что поможет просящему. В нашем случае именно Книга должна подсказать нам, как избавить источник от паразитирующего на нем портала для тварей, – кивнул советник.

Мы втроем так и пялились на чудесную книгу, сулящую решение всех проблем, и никто не собирался первым к ней подходить.

– Я даже прикасаться к ней не буду, – сообщила на всякий случай. Ну его, неизвестно еще, как эта летопись отреагирует на мою магию…

– Мы сами, – серьезно кивнул Радв. – Мой лорд, – он жестом пропустил Агнара вперед, но я с такой силой вцепилась в ладонь мужа, что ему пришлось бы волочь меня за собой. В конце концов, в случае непредвиденных обстоятельств советника мне было меньше жаль.

– Не могу, – развел второй, свободной, рукой Агнар. – Меня жена не пускает.

– Тогда, если умру, считайте меня фаталистом, – криво улыбнулся Радв и красивым, нарочито беспечным движением спрыгнул в воронку.

Я, затаив дыхание, следила за действиями советника. Вот пара черных сапог останавливается совсем рядом с Книгой, вот кисть без перчатки тянется к реликвии, и та послушно идет в руки. Ни тебе ударов молний, ни карающего огня… Я слышу, как муж протяжно выпускает задержанный воздух – он тоже сильно переживал за друга.

– Ах-ха! – Радвальд победно вскинул кулак с зажатой в нем книгой к небу. – А вы боялись, – подмигнул он нам. Лихой блеск глаз советника подсказал, что не так легко ему дался маневр, как бы он хотел показать.

Изучали мы Книгу вечности в кабинете. И на деле оказалась она не такой сговорчивой, как могло показаться вначале. Книга сама решала, какие страницы открыть читателям, и как долго позволить их изучать. Как только мы положили реликвию на стол и уставились на нее в нерешительности, обложка откинулась вбок, тонкие, с неровными краями, желтые листы, зашелестев, перелистнулись и явили нашим взглядам разворот ближе к самому концу переплета. Витиеватые, выведенные черными чернилами буквы были мне незнакомы, но они тут же, прямо на наших глазах поплыли и затем превратились в читаемый текст.

– Вы тоже это видите? – прошептала я ошеломленно.

– Да, – только и выдавил из себя советник. Даже удивительно, что большего красноречия у него не нашлось.

А дальше мы принялись жадно читать. Нам рассказывали историю, а без знания того, как все началось, невозможно было ничего закончить. Оказывается, все пошло с фей. Один амбициозный родственник короля решил, что более достоин трона нежели нынешний правитель, как ни банально все это звучит. Имя изменника в истории не сохранилось умышленно, чтобы предать его забвению. Много лет он потратил на подкуп, шантаж и прочие гадости, но добился-таки того, что переводы всех частей древнего трактата оказались у него в руках. Ну а доступ к части, принадлежавшей феям, не стал для предателя проблемой. Он запросил у трактата помощь – армию, способную свергнуть нынешнего короля с трона и усадить туда нового.

И трактат такой рецепт дал. Всего-то и нужно было провести один не совсем законный ритуал, прорвать материю внутри источника магии и привести для себя послушных и верных солдат. Не учел родственник короля одного – он сам принадлежал к народу фей, а у тех отношения с воплощением желаний были всегда своеобразные. В общем, так и образовался портал для потусторонних тварей, которые ни верностью, ни послушанием не отличались. Уродливые, мерзкие и нечеловечески злобные создания первым делом уничтожили того, кто прорубил им путь в новый мир, а после стали терроризировать и жителей близлежащего королевства. Портал постепенно высасывал силы из источника, а наш мир погружался в разруху и, в конце концов, сделался таким, каким я знаю его.

– Не думала, если честно, что виной всему алчность и подлость кого-то из нас, – призналась я, дочитав. – Все же легче было думать, что злые твари самостоятельно нацелились на наш мир, а так получается, что мы, вроде как, сами виноваты…

– А я чего-то подобного и ожидал, – задумчиво произнес Агнар. – Любую крепость легче взять, если внутри найдется предатель, согласившийся открыть ворота вррагу…

– Это, конечно, все хорошо и познавательно, – громче, чем нужно, заговорил Радв, как будто обращался к кому-то, кто находился за дверью или этажом выше. – Но только как эта история поможет нам запечатать портал?

Мы с Агнаром переглянулись, книга обиженно схлопнулась, и я поняла, кому был адресован вопрос. Агн с укором посмотрел на советника.

– И что теперь делать будем, есть идеи? – вздернул бровь муж.

– Книжечка, дорогая, – заворковала я. Подумала немного и осторожно провела ладонью по кожаной чуть теплой поверхности. – Не слушай ты этих мужчин, они все грубые и не в состоянии понять чуткость чужой натуры, – реликвия под моей рукой сердито завибрировала и зажужжала грозно, как огромный шмель. Ну а я утроила старания: – Иногда разговаривают, будто в конюшне находятся или того хуже – на скотном дворе. Прости их, пожалуйста, ты же такая великодушная, мудрая, прекрасная… – злобное жужжание сменилось раздраженным комариным писком. – Кроме тебя, нам, таким слабым и беспомощным существам, – на этих словах раздалось два задушенных покашливания, но я, не обращая на них внимания, продолжила: – Ведь никто не поможет…

– Извиняйся, – услышала я процеженное сквозь зубы от Агнара. Он ткнул локтем Радвальда в бок для убедительности. – А не то опять в темницу отправишься ночевать.

– Прошу прощения за свои необдуманные слова… – прочистив горло, официально начал советник.

Книга подпрыгнула и, перекувырнувшись в воздухе, красноречиво легла на стол другой стороной, так сказать, тыльной кверху. Я закатила глаза, а муж хлопнул ладонью по лбу, выражая таким образом свое отношение к сомнительным дипломатическим успехам Радвальда.

– Каюсь, был не прав, – попробовал снова советник.

Книга на это лишь клацнула страницами, словно зубастой пастью.

– Попробуй встать на колени, – посоветовала я первое, что пришло в голову.

– Что? Нет! – возмутился Радв, будто я ему что-то неприличное предложила.

Но книге идея, кажется, пришлась по нраву. Она подпрыгнула и встала на ребро, словно выражая готовность принять самые искренние, коленопреклоненные извинения.

– Не ерепенься, – шикнул муж. – Ты же видишь, это наш шанс.

Пару десятков вдохов мужчины мерялись взглядами. И, надо, отдать должное, Радвальду, он так и не отвел глаз. Просто в один момент выпустил протяжно воздух через нос, стиснул зубы и опустился на одно колено. Потом – на оба и заговорил:

– Мне жаль, что моя грубая мужская натура вырвалась в столь неподходящий момент и нанесла оскорбление поистине великой и уважаемой Книге. Обещаю, что впредь буду лучше следить за словами и тоном в вашем присутствии. Готов понести любое наказание.

– А я со своей стороны гарантирую его исполнение, – подобострастно добавил муж.

Книга, мотнулась вперед, согласно кивая, а потом плюхнулась на стол и снова открыла нам разворот. Едва заглянув туда, я начала хохотать. Агнар – тоже, а Радвальд, который в это время только поднимался на ноги, с недоумением смотрел на нас обоих. Выражение лица советника, когда он разглядел, что показала нам книга, было бесценно. На этот раз на желтых страницах не было никаких букв – там был рисунок. Доходчивый и однозначный. Огромный торт, украшенный розочками из взбитых сливок, перечеркнутый двумя жирными красными линиями крест-накрест.

– Я понял, – отсмеявшись, вернул себе серьезность первый лорд. – Никакого сладкого советнику в течение целого года.

Изображение зарябило, выцвело и торт удивительным образом превратился в молнию.

– А если советник нарушит, каждый раз его будет бить молния? – озадаченно потер подбородок Агн. Второй рисунок оказался не столь однозначен, как первый.

Книга схлопнулась, и мы сочли это за «да».

– Да я вообще к сладостям равнодушен, – хмыкнул Радв, а вот я почему-то заподозрила неведомую подставу. Кто его знает, что известно этой Книге вечности, еще более древней, чем сам мир.