Глава 25

Герберт

Гер…

Слово бархатным эхом отразилось в моей голове. Сокращение мне нравилось, рождая в душе чувство тепла, как и тот факт, что Виола сегодня написала мне СМС о своих опасениях перед встречей с подругой. Этот поступок выражал доверие.

Если бы я прочел послание немного раньше, то немедля сорвался бы с места и приехал бы к ней. Просто так, на всякий случай.

Но сообщения пришли ко мне вместе с уведомлениями о ее звонках – когда я выбрался из тайного хранилища в горах, в котором с давних пор хранились особо ценные бумаги, документы и вещи семьи Сакс.

Уж слишком запали мне в душу слова матери о том, что говорил ей отец.

«Ты потеряешь не того сына» – словно бы он знал обо всем заранее, вот только подобное было невозможно. Никому не даровано видеть будущее, даже инкубам.

И я бы принял брошенную матерью фразу за проявление истерики, вот только слишком по-отцовски правдиво все прозвучало. Для него именно Ричард был «не тем», а для матери я.

Поэтому сегодня я искал, пытался найти в документах Роберта Сакса хоть какие-то свидетельства, только непонятно чего. Я рылся в архивах, но все без толку. В огромных помещениях, сотнях ящиков, в тысячах писем, миллионе предметов – но это было равносильно поискам иголки в стоге сена.

По-хорошему многие вещи из хранилища должны были бы доживать свой век в музее, но отчего-то мои прадеды распорядились, чтобы они находились именно здесь – в хранилище, которое изначально и вовсе не было хранилищем, а всего лишь домом в горах, где прятались Лорейн и Деймон Саксы вместе с Лизабет и Артуром Францами.

Уже гораздо позже их внук, первый из инкубов, распорядился сделать это место именно хранилищем.

Целый день я блуждал по залам, выдолбленным в толще горы, временами ощущая себя женой сказочной Красной Бороды[4]. Странное, знаете ли, чувство, потому что многие помещения были заперты даже для меня. Очень старые – огромные сейфовые двери с механическим запором, кода к которым я не знал, и те, что помладше – уже с цифровым.

Велик был соблазн вызвать бригаду подрывников и управляемым точечным взрывом вынести каждую из них. Вот только мощные своды горы лишь на вид крепкие. Кто знает, к какому обвалу могло бы привести даже крошечное нарушение местной архитектуры.

– А ведь когда-нибудь сюда свезут и мои пожитки, – думал я, возвращаясь после разговора с Виолой обратно в хранилище. – На этом все и прервется. Последний из фамилии Сакс оставит свои следы в этом каменном мешке.

Хотя нет, все же не последний. После смерти Пятого я принял одно важное решение: по желанию матерей моих дочерей я согласен дать каждой свою фамилию. В денежном плане это вряд ли бы что-то изменило для них, хотя я позаботился о том, чтобы все были обеспечены, даже когда я умру. Но вот фамилия…

Мне было бы просто приятно, если бы она жила дальше.

Основное состояние я уже переписал по завещанию на сына Марка. Я посчитал, что так будет правильно, ведь в ближайшем обозримом будущем получить наследника-инкуба шансов не было, и с этим я смирился.

О своем решении я решил молчать, да и вообще, не видел смысла говорить о нем вслух. Когда настанет время – все и так узнают.

С этими мыслями я вновь погрузился в поиски. Несколько раз я поднимался наверх, чтобы позвонить матери, ненавязчиво поговорить, вытянуть из нее хоть какую-то новую зацепку. Но она не брала визофон…

Время давно уже перевалило за полночь, когда я добрался до бумаг, с которыми отец работал незадолго до смерти. Несколько ничего не значащих договоров о поставках бочек для топлива на один из строящихся в то время космодромов, еще один с подрядной фирмой, которая проводила работы в этом самом бункере.

Заинтересовавшись, я нашел помещение, которое отец приказал здесь обустроить. Уткнувшись в одну из стальных дверей с кодовым замком, в сердцах ударил кулаком каменную стену.

– Ну вот зачем? – спросил у пустоты. – Зачем в закрытой пещере делать еще одну пещеру, чтобы замуровать ее многотонной плитой? Где рациональность, отец? Где логика?

Разумеется, пустота мне не ответила.

Логики в том, чтобы прятать что-то от своих же потомков настолько упорно, я не видел. А ведь судя по количеству запертых дверей, все инкубы что-то прятали.

– Я тоже что-нибудь спрячу. Чисто из вредности, – произнес вслух и добавил уже из абсолютного любопытства: – А еще поищу специалиста, который может все это вскрыть.

Почему-то только сейчас меня посетила мысль, что никому из правильных и ничего не чувствующих инкубов даже не приходила идея вскрыть хранилище собственного деда или отца. Скорее всего, каждый до меня просто проходил мимо такой двери и шел дальше.

А вот мне захотелось нарушить этот порядок вещей.

Вернувшись к изучению документов, я несколько раз перечитал завещание Роберта Сакса. Ничего нового не нашел. Большую часть состояния он оставил мне, часть Ричарду, малую толику матери, а также позаботился о дотациях моим сестрам, которых я никогда не видел.

В итоге, выйдя утром из бункера, я сделал три дела: приказал водителю как можно быстрее ехать в Фелс-сити к матери, набрал Виолу, чтобы уточнить, не изменилось ли у нее что-нибудь за ночь, а третьим позвонил Картеру с просьбой найти самого лучшего взломщика сейфов.