Глава 3-2

В редкие минуты общения мы снова друг другу выкали, а в столице он и вовсе стал совершенно другим: холодный, надменный военный, привезший правителю... нет, не Искру, не наследницу, а какую-то жалкую пленницу.

Из-за этого я нервничала ещё больше, хотя и так уже давно сосало под ложечкой и предательски потели ладони.

—  Сейчас я передам вас на поруки статс-даме, графине Лопухиной. Она займется вашим нарядом и поможет освежиться после дороги. Затем приведёт ко мне, и уже я отведу вас к императору.

Сказав это, Владимир скорым шагом направился к огромным, в два, а то и три моих роста дверям, которые перед ним любезно распахнули гвардейцы.

— Княжна Морозова со мной, по особому распоряжению государя.

Я молчала, как и было велено. Только наблюдала за тем, как один из военных что-то черканул в своём журнале ручкой, после чего посторонился, и я последовала за князем.

Что сказать… Толком ничего рассмотреть не успела. Какое там! Нам навстречу уже спешила дородная дама, в строгом, но при этом очень красивом платье. На голове — высокая прическа, а горделивой осанке вполне могла позавидовать королева.

— Ваше сиятельство, рада встрече. — Женщина низко присела, приветствуя Владимира, и улыбнулась в ответ на его приветствие. Затем перевела взгляд на меня и больше уже не улыбалась. — Будьте спокойны, князь, я незамедлительно займусь туалетом юной княжны. Нам хватит часа, а после вы сможете забрать её из гостевого крыла. Мы будем в Лиловых покоях.

— Благодарю, Мария Егоровна. Ваше участие — невероятная удача и огромное подспорье. — Князь коснулся губами пухленькой ручки дамы, после чего раскланялся. Удивительно, но требовать, чтобы Мария Егоровна сама меня к нему привела, не стал.

— Княжна, следуйте за мной, — строго велела женщина, вмиг растеряв всю свою любезность.

Что поделать, я последовала. Выбора все равно нет и не было. И вот что интересно: когда это Волконский успел с ней связаться и сообщить о княжне-голодранке?

Телепатические эсэмэски, что ли, друг другу кидают?

За час по-местному времени и полтора по-моему меня успели хорошенько намыть и ещё лучше натереть душистыми маслами. Особенное внимание уделили натруженным рукам Ярославы, привели в порядок ногти. Со мной не разговаривали и ничего не спрашивали. Мое мнение вообще никого не интересовало.

Я впервые ощущала себя коллекционной куклой и выставочной собакой одновременно. Нагнись, пройдись, присядь… Хорошо хоть не полай. И все это в бешеном темпе!

Надо ли говорить, что моего участия в выборе наряда не предполагалось? Хотя стоит отдать графине должное, вкус у неё был — не придерёшься. Мне пожаловали простого кроя платье, лёгкое, струящееся, из нежно-персикового цвета шёлка. Скромный вырез, узкие рукава, да и в целом всё такое невинно-целомудренное. На ноги нацепили туфельки из мягкой кожи на небольшом каблучке. Не особо легкие, зато впору. Волосы заплели в тугую косу и украсили шелковой алой лентой. Из воспоминаний Ярославы я знала, что алую носят только девушки, вошедшие в пору невест. В общем, девицы на выданье.

Правда, я никуда выдаваться и никому отдавать себя в ближайшее время не собиралась. Но как обычно: кто ж меня спрашивал!

Вот украшений не пожаловали — печально. Впрочем, с чего бы им девицу незнакомую одаривать? И так вон на платье расщедрились; повезло, что моего размера. Кто знает, может, Владимиру из своего кармана придётся заплатить?

Не хотелось бы остаться его должницей. Вообще никому не хочу быть должной. Ни в этом, ни в каком другом мире.

К тому времени, когда князь за мной пришел, я уже была готова и даже воды успела выпить. Но общалась мадам Лопухина только со своими подчиненными, на мои робкие благодарности лишь снисходительно усмехалась и даже слегка кривилась. Поэтому я решила, что благодарностей с неё хватит. Предпочитаете молчаливую и неблагодарную куклу — пожалуйста!

И снова мы шли коридорами, раскрывающимися широкими арками. Затем по бесконечно длинной анфиладе, состоявшей из множества залов, один роскошнее другого. Хотя нет, не шли — летели. Я так толком ничего и не рассмотрела. Должно быть, Лиловые покои находились далеко от места, где должна была состояться наша с императором встреча.

И у императора, судя по всему, заканчивалось терпение.

Впрочем, в тронный зал Владимир вошёл сам, оставив меня в компании молчаливой стражи, изображавшей мебель за большими резными дверями. Так и подмывало залаять. Нет, ну а что? Реально же как с какой-то собакой обращаются. Стой, говорит, в аванзале[1], пока не приду. А я и не знала, что это помещение так называется.

[1] Аванзал - помещение перед парадным входом в главный зал крупного общественного здания или дворца.