Глава 3-1

Вот и дворец. Главная резиденция всех правителей матушки России... Я зажмурилась, стоя на величественных ступенях. Но не от ослепляющей роскоши и красоты, а от силы, которой ударило прямо в лицо и которая словно бы пробралась в самое нутро. Не обожгла, но окутала теплом, будто желая изучить гостью, навсегда её запомнить. И схлынула так же внезапно, оставив меня восстанавливать сбившееся дыхание.

За время в компании Владимира я научилась ощущать потоки магии, но не различать, к сожалению. И пусть наш путь не был долгим, чуть больше суток (и то, явно потому, что князь жалел меня, позволяя короткие передышки в гостиницах), однако к магии прибегал регулярно. Иначе бы мы так быстро до столицы не добрались. Всё камень на перстне крутил-вертел, и как начинал его касаться, так буквально окунался в магию. Я не видела её, но ощущала.

Вот и сейчас магические потоки остались для меня незаметны, но я точно знала: дворец и его территория буквально пронизаны силой. Могущественной и древней. Такой, от которой мурашки по телу. Я почувствовала её еще когда в Медные ворота въезжали, а уж на подступах к дворцу и вовсе будто сгустилось что-то вокруг… Впрочем, не что-то — магия.

Общего языка с Владимиром мы пока так и не нашли. Да и не должны были. Он мне не родственник, не брат и не парень. Вообще чужой человек, которому, по большому счету, на меня плевать. Он просто исполняет приказ. Поэтому я старалась молчать и привыкала к новой жизни. Снова и снова крутила в мыслях воспоминания Ярославы о мире, о здешних нравах и кое-что о политике...

Удивительно, как здесь всё сложилось. Романовы не цари. Такая же знать, как Волконские, Морозовы, Галицкие и прочие. На троне — прямой потомок Рюриковичей, а не седьмая вода на киселе.

Если в истории моей России царская ветвь оборвалась на сыне Ивана Грозного (хоть убейте, не помню, как его звали), то здесь родовое древо Рюриковичей продолжило разрастаться. И не было Смутного времени, не было лжецарей, зато случилось кое-что похлеще.

Как раз при правлении Ивана Грозного произошёл Сход Богов, и теперь летоисчисление шло от этого события. И самого понятия год, в общем-то, здесь не существовало. Вместо года — лето, полный цикл трех сезонов равный девяти месяцам. А в месяце, в зависимости от того, четный или нет, сорок или сорок один день. В неделе же девять суток. А вот годиной здесь называют плохой период в жизни, суровый, когда что-то нехорошее случилось. Главное, не перепутать.

И система с определением времени у них иная: один час, если по-современному, равен что-то около полутора… А всего в сутках шестнадцать, и почему-то новый день начинается в шесть вечера. Здесь вообще число шестнадцать являлось сакральным. Раз в шестнадцать лет священный год, в котором вместо трехсот шестидесяти пяти дней — триста шестьдесят девять. Свихнуться можно!

И самое удивительное, что по такому календарю и времени жил весь мир, а не только Российская Империя. Христианства не существовало вовсе.

Мир изменился, причем кардинально. Если раньше люди поклонялись целому божественному пантеону, то теперь остался только один — Род, он же Вседержитель. Но Ушедшие Боги перед тем, как навсегда покинуть землю, одарили людей силой, отметили рода, и те получили право называться великими. А вместе с титулом пришла магия!

У каждого великого рода она своя: явная и неявная. Явная — та, что видна невооружённым глазом. Князья Морозовы, например, огнем повелевают. Смешно, правда? Фамилия рода холодная, а сами они костры яркие! Стихия Волконских — воздух, а Демидовых — земля. К слову, один из их неявных даров, ставший явным —  умение ощущать и управлять драгоценными жилами в горных породах. Такое шило в мешке не утаишь, когда род богатеет и богатеет и все связано с одной отраслью…

Увы, про род Ярославы я знала ничтожно мало. Только про огонь и всё, больше ничего. Лисица почему-то откровенничать не спешила. Вообще, на связь почти не выходила. Лишь на постоялых дворах иногда показывалась, а в остальное время делала вид, что она моя анимэшная галлюцинация. Если честно, это дико раздражало, но, насколько поняла, хранительница опасалась, что Владимир о ней узнает.

Значит, как сватать мне мужика, расписывая, какой он сильный, богатый, замечательный, так — пожалуйста. А как довериться ему, так не готова она!

Вот и я, если честно, была не готова...

— Ярослава, молчите и делайте, что велят, — церемонно заявил во дворце князь.