Глава 6-3

Цесаревич наблюдал за всполохами в портальной арке, дожидаясь момента, когда перестанет искрить: тогда можно будет следом направить княжну Ксению с детьми постарше. Сколько их? Пятеро?

Дмитрий громко сглатывал и тяжело дышал. Магический резерв еще не весь исчерпан, Вседержитель их не оставит. Не сейчас, когда целый род отдает жизни с молитвой на устах, прося об одном: о крупице сил для императора Дмитрия Рюриковича.

Не имеет права подвести! Не имеет!

— Ксения! — хрипло позвал Дмитрий. — Выходите, и по моей команде…

Договорить не смог. Алтарь ослепительно вспыхнул, снова дохнуло силой, буквально обожгло… Закричал князь Иларион, пропуская через себя смерти родичей и вассалов. Дмитрий всерьез опасался, что тело князя не выдержит, сердце откажет, и тот не успеет ни свою часть ритуала завершить, ни перенаправить энергию для него.

Залилась ярким светом алтарная комната, зажмурились все. Цесаревич пошатнулся, ощутив новый прилив сил: стремительный, беспрерывный… Много, невероятно много магической энергии! Так много, что становится страшно: сумеет ли преобразовать, успеет ли взять под контроль и удержать арку, что вновь, будто насмехаясь, начала таять.

В абсолютной тишине прозвучал надломленный голос князя Илариона. Страшная правда, заставившая княжон всхлипнуть:

— Остался только Иван… Император, у меня не больше минуты, прошу!

Цесаревич сжал кулаки, тряхнул головой. Он справится. Иначе как потом в глаза подданным смотреть, как заявлять права на трон, если сейчас смалодушничает, испугается смерти и не выстоит до конца?

— Ксения, Забава, Арина! Идете вместе! Здесь пока остаются Милена и старшие дочери!

Об их мужьях вновь ни слова. Рано пока загадывать. Стены дрожат и, кажется, вот-вот обвалятся, и чувство такое, что времени даже меньше, чем у жизни Илариона!

Минута[1]… всего минута до смерти князя. И время стремительно бежит, несётся…

Один, два, три… Пятнадцать человек зараз нужно перенести сквозь арку. Цесаревич упал на колени и закричал, не сумев сдержаться. Не тогда, когда через него в руны переходит столь мощная энергия, не тогда, когда арка напитывается силой, голодно и жадно, и словно сомневается, проявляться ли в полной мере или стоит потянуть еще родовой магии Рюриковича, а также его крови.

— Вперед! — Глухой, чуть надломленный голос наследника разлетелся по алтарной комнате. Сам Дмитрий подняться с колен не смог, и даже отползти сил не хватило. — Переступайте через меня... Бегом! Времени не осталось!

— Батюшка, ты навечно в наших сердцах и мыслях.

— Благодарю за жизнь, благодарю за шанс!

— Мы будем помнить и чтить!

Каждая из княжон сказала слово перед тем, как вместе с детьми пропасть в зеве арки.

Цесаревич закричал снова, не в силах совладать с магией, что бушевала в нём и неистовствовала снаружи. Жалила, била и вместе с тем жадно тянула его кровь, щедро льющуюся из носа на руны.

«Еще немного, нужно потерпеть еще немного, — мысленно твердил Дмитрий. — Осталось всего восемь человек... Если, конечно, Иван вернется».

— Император, — слабо прошептал князь Иларион. — Бежит Иван… Сможешь — спаси!

«Спаси, спаси, спаси…», — эхом отдавались в алтарной комнате последние слова князя Галицкого.

Его последнее дыхание, отданное ради защиты алтарной комнаты, унесенное дальше — для создания безопасного коридора, по которому к ним спешил Иван.

Бился в агонии князь Илларион, кричал на полу цесаревич, из последних сил оставаясь недвижим, чтобы не сбить руны, чтобы не стереть линии пентаграммы.

Смерть главы — выброс огромной энергии, невероятная мощь, накопленная поколениями! Сила, передающаяся от отца к сыну… И теперь вся она до капли была отдана цесаревичу.

Дмитрий понимал, что нужно торопиться. Прямо сейчас он воочию видел и двор поместья, и многочисленных врагов, и людей рода Галицкого, отдавших душу Вседержителю.

Им всем бы еще жить и жить. Целыми семьями пали, вставая живой стеной между врагами и домом Галицких. Слуги, ушедшие с улыбкой на устах, в последний миг отдавая жизненную энергию главе. Добровольно! Дети, не связанные кровным родством... Вседержитель, не допусти, чтобы жертва была напрасной. Подари им всем новую жизнь!

Всё это ему открыла сила главы рода, на недолгое время связав с хранителем рода Галицких. Видел Дмитрий и Ивана, ползущего по темному коридору… Тот едва дышал, места живого на теле от ран не осталось, еле-еле теплилась в нем жизнь… Но не сдавался, зная, что за ним в поместье устремился Шереметьев с двумя сильными магами.

В какой-то момент Иван замер, затих, и не нужно было цесаревичу читать мысли, чтобы понять: решил стать последней стеной между алтарной комнатой и захватчиками.

— Нет уж, довольно смертей! — яростно прорычал Дмитрий. — Михаил, Александр, Константин, идите за Иваном! Я буду ждать вас! Федор, Милена с девочками — в портал! Бегом!

Арка ослепительно вспыхнула, цесаревич выхватил из голенища сапога кинжал и полоснул по своей руке, еще больше напитывая круг пентаграммы своей кровью.

— Немедленно!

[1] Местное время делится на 16 часов в сутках (старославянское исчисление), один час равен 144 частям = 1,5 современному часу (8 частей равны 5 современным минутам, минут вообще не было), поэтому, для вашего удобства мы используем минуты, но нужно понимать, что по-современному это несколько больше. 1 часть=37,5652… секундам, следовательно 1 современная минута тут примерно равна 3частям, а это 112,6956 современных секунд.