Глав 18-5

И зачем только об этом думаю? Вместо того чтобы сосредоточиться на очередной медитативной формуле, вспоминаю наш разговор с Волконским до появления куратора. Его взгляды и теплоту в голосе. И...

Мои сентиментальные размышления прервал стук сомкнувшихся створок. Я вздрогнула и подскочила с кресла. Интересно... Думала, я здесь одна. Может, библиотекарь? Или кто-нибудь из преподавателей... Не все же разъехались на праздники. Кто-то должен был остаться.

Каково же было моё удивление, когда, приглядевшись повнимательнее, узнала в высокой, широкоплечей фигуре Олега. Парень шёл, прижимая к груди книги, и угрюмо смотрел перед собой, а увидев меня... остановился.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, и это молчание было не просто неловким — странным. Что ему говорить? Как себя вести? Поблагодарить за Демидова? Но я ведь не просила... Извиниться, что из-за меня его выгнали? Но опять же виновата не я.

Не я!

— Привет. — Это было единственное, на что меня хватило.

— Здравствуй, Ярослава. Княжна, — зачем-то поправился он и даже склонил голову, хоть всё тот же устав академии гласил, что в этих стенах все ученики равны.

Но кто-то всегда был ровнее.

— Ты как? — Я вышла из-за кресла, приблизилась к парню. — И... что здесь делаешь? Ректор одумался?

Олег мрачно усмехнулся:

— Ректор остыл.

Увы, прежде чем успела порадоваться возвращению парня, он добавил:

— Игнатий Всеволодович поначалу пришёл в такую ярость, что выгнал меня, даже не позволив забрать вещи. Двое старшекурсников схватили меня и выволокли за ворота, а дальше, мол, скатертью дорога.

— И где ты был все эти дни? — спросила я с тревогой. — Вернулся к родителям?

Приблизившись к столику возле камина, заваленному просмотренными мной книгами, парень пристроил рядом свои.

— В деревеньке неподалёку от имения ректора. Гостил у тётки. Она, правда, была не в восторге, но к себе Игнатий Всеволодович меня больше не пустит. Единственное, что позволил — вернуться сюда за вещами. Ну и я вот учебники решил на место поставить. Негоже оставлять после себя беспорядок.

Олег рассказывал с улыбкой, а у меня сердце от его слов ныло. Как же это несправедливо... Как же обидно! Демидов сейчас напитками всякими, поди, заливается, а Олегу некуда податься. К родителям нельзя, тётке он не нужен, из академии выгнали...

Свинство!

— Мне так жаль, — прошептала я, а потом, не сдержавшись, всё-таки спросила: — Зачем? Зачем ты к нему полез?

— Он оскорбил тебя, — глаза парня сверкнули гневом.

— И что? Я не первая девушка, над которой он посмеивается.

Я, конечно, была «любимицей» Демидова, но и другим девчонкам доставалось от идиота. Но за них Олег ему зубы не пересчитывал. И тогда, с простынями, с окном... Мы ведь едва друг друга знали!

— Но ты единственная, кого мне хочется здесь оберегать, — проговорил он чуть хрипло. И тут же, сжав кулаки, почти что рыкнул: — А любого, кто осмелится сделать тебе больно, я готов разорвать! И даже повернись время вспять, я бы сделал то же самое, Ярослава. Княжна!

Неужели влюбился... С чего бы?

Честно, я уже готова была спросить напрямую, так это или нет, если бы моё внимание не привлекла лисица. Кицюня появилась неожиданно. Материализовалась на стопке книг и, судя по округлившимся глазам Русакова, прятаться от него не собиралась.

Вот точно: с чего бы?

— Если ты не заметила, я не одна. — Я выразительно кашлянула.

Хранительница нетерпеливо дёрнула хвостом и, спрыгнув на пол, фыркнула:

— Если ты не заметила, я кое-что нашла!

Сверкнула третьим глазом и понеслась к выходу, да так быстро, что я едва не упустила её из виду.

— Кицюня! Что это значит?! — Подхватив юбки, я бросилась за лисицей, дивясь её поведению.

Столько недель скрывалась и требовала, чтобы никому о ней не рассказывала, и тут на тебе! И что значит: она что-то нашла.

Что? Где?

Когда?!

Давно я так не бегала. Даже в боку закололо и в глазах от такой скорости потемнело.

— Лиса! Подожди! — крикнула я, но хранительница будто не слышала. Время от времени светильники на стенах выхватывали из полумрака рыжую бестию, уводившую нас всё дальше от библиотеки.

Русаков бежал рядом, и мне бы спросить, а он вообще куда собрался, но сейчас единственное, что меня волновало — это трёхглазая интриганка.

Хотя бы раз объяснила всё нормально!

— Куда она? — выкрикнул парень.

— Понятия не имею, — выдохнула я. — Но раньше она так себя не вела... В смысле — не удирала!

Значит, действительно что-то нашла.