Глава 14

Взявшись за массивную дверную ручку перед самым выходом из ратуши, я с ужасом заметила на пальце ведьмин перстень. Вот черт, снять забыла! Тут же торопливо его сдернула и спрятала в карман.

Перстень с огромным черным камнем смотрелся на моей руке так зловеще, будто я не безобидную лавку приходила регистрировать, а шла проклинать до седьмого колена всех встречных. Нет уж, пугать местное население пока мне совершенно ни к чему.

И теперь, стоя на ступенях в своей нелепой оранжевой шторе под пронизывающим взглядом императора, я чувствовала себя просто ужасно. Надо было всё-таки засунуть её ночью в печку и не пожалеть магии на нормальную одежду.

Он остановился прямо передо мной.

Медленно, оценивающе скользнул взглядом по моему лицу, с брезгливой иронией задержался на самодельном платье, и в уголке его идеального рта появилась та самая, до зубного скрежета знакомая самоуверенная усмешка.

А затем его взгляд упал на свиток, который я прижимала к груди, и на свежую, блестящую магическую печать с драконом в огне.

Лицо мужчины моментально потемнело. Самоуверенная усмешка исчезла так, будто ее никогда не было. Глаза полыхнули опасным золотом, а челюсти сжались с такой силой, что на скулах угрожающе заходили желваки.

— Как? — только и проронил он.

Я, инстинктивно стараясь спрятаться за только что полученным разрешением, завороженно смотрела, как меняется его зрачок, вытягиваясь в вертикальную нитку, а из ноздрей натурально вырываются тонкие струйки сизого дыма.

— Магия, — одними губами прошептала я.

Он еще раз смерил меня убийственным взглядом, от которого в горле пересохло, снова сжал челюсти и резко, не говоря больше ни слова, прошел мимо меня в двери ратуши.

Я осталась одна на залитых солнцем ступенях. Почему-то после каждой встречи с этим драконом мне хотелось медленно сползти по стеночке, шумно выдохнуть и сказать: «Фу-у-ух, вроде цела осталась».

Но Таисия видела ситуацию совершенно иначе.

— Один-ноль в нашу пользу! — победно пискнула она из складок шторы.

Увы, кроме злобного огнедышащего правителя, у нас имелась проблема куда более насущная. Мне попросту нечего было есть. Конечно, дома оставалось еще полпирога с яблоком, но это были очень, очень маленькие полпирога. А после уплаты грабительской пошлины в моем кармане звякали друг о дружку две последние медяшки.

Я брела через рыночную площадь, вдыхая умопомрачительные ароматы жарящегося на вертелах мяса, горячей выпечки и пряных специй. Живот сводило так, что казалось, он сейчас прилипнет к позвоночнику.

Ноги сами принесли меня к длинному торговому ряду, где продавали свежие ягоды и фрукты. За прилавком стояла полная, румяная местная торговка и не спеша раскладывала товар.

Я подошла, сглотнув слюну, посмотрела на россыпи крупных, сочных ягод, а потом обреченно вытащила из кармана свои две медяшки.

— Доброе утро, — вздохнула я. — Скажите, а вот на это вообще можно хоть что-нибудь купить? Мне бы хоть горсточку ягод…

Торговка уставилась сначала на мои гроши, потом перевела взгляд на мое экстравагантное платье, и вдруг искренне улыбнулась.

— Девочка, да ты что? Это же слезы, а не деньги!

Я грустно кивнула и уже развернулась, чтобы уйти.

— Да стой ты, горемычная! — окликнула она меня в спину. — Совсем голодная, что ли? Ладно уж, в честь хорошего утра угощайся. Только по одной возьми, какие хочешь!

Я благодарно закивала и тщательно выбрала самую крупную малину, налитую темную смородину, пузатую спелую землянику, странную ягоду размером с хорошую сливу, подозрительно похожую на крыжовник, и одну тяжелую, иссиня-черную ежевику.

К дому я подходила, уже мечтательно прикидывая, какой сооружу из всего этого богатства вкуснющий пирог. Открыла калитку и замерла на месте.

Справа от дома, прямо посреди дикорастущей травы, которая местами доставала мне до колен, гордо возвышалось молодое, крепкое дерево. Яблоня, судя по листьям.

Вчера ночью где-то в этом самом месте я соорудила что-то вроде компостной ямы. Раскопала ее как смогла столовой ложкой, потому что никаких других инструментов у меня пока не водилось. Туда я выбросила из заварника душицу и яблочные семечки, а потом вылила туда воду, в которой мылась.

И за ночь на этом месте успела вымахать яблоня выше меня ростом! А у самых ее корней пушились несколько кустиков душицы.

— Ничего себе, — благоговейно выдохнула я. — Тася, ты это видишь?

— Вижу, — весьма озадаченно отозвалась Скрепка. — От лунной водички не только у тебя волосы заколосились, но и остатки заварки чудеса агрономии творят?

Я перевела ошарашенный взгляд с волшебного дерева на пять ягод, которые бережно держала в ладони.

Вокруг бабкиного дома широкой четырехметровой полосой рос густой, непролазный бурьян. Эта дикая полянка резко контрастировала с идеальными, выстриженными под линеечку газонами парка при императорском дворце.

— Так, — решительно сказала я. — Пока клиентов всё равно нет, сотворим еще одно чудо агрономии.

Я вооружилась ножом и аккуратно отковыряла по десятку зерен от земляники, малины и ежевики. Смородину и крыжовник просто разрезала пополам и вытащила все семена. Затем снова, вооружившись ложкой, прикопала всё это ровными рядками в импровизированном огороде и вылила на каждое зернышко по полстакана лунной воды, которую запасла ночью.

Если всё происходит так, как я предполагаю, через пару дней я смогу хотя бы ягоды нормально есть. А там, глядишь, и зарабатывать начну.

Тщательно отмыв руки, я сложила остатки ягод в буфет, рассчитывая чуть позже сделать еще один пирог, и вышла на крыльцо.

Посетителей не было. Прохожие останавливались возле вывески, которая даже среди яркой летней листвы нещадно била по глазам зеленым цветом, и шли дальше.

Я решила брать судьбу в свои руки.

Как раз в этот момент рядом притормозил высокий мужчина в добротном, но сильно потертом и помятом плаще.

— Здравствуйте! — я тут же включила режим опытного продавца из магазина с телефонами и расплылась в широкой улыбке. — Не желаете обменять что-нибудь ненужное на невероятно полезное?

Мужчина пожал плечами, порылся в карманах плаща, достал потемневшую, погнутую медную пуговицу и протянул ее мне.

— Выбросить хотел, да всё жалко было. И из нее что-то сделаешь?

Я завела своего первого клиента в дом и усадила за столик. Положила пуговицу в печь и, засунув руку в карман, незаметно натянула на палец кольцо.

Что же тебе нужно, человек в мятой одежде? Ответ появился сам собой: что-то, что приводит вещи в порядок!Я до мельчайших деталей представила себе, как его плащ становится идеально гладким и чистым, как с него слетает дорожная пыль и разглаживаются все заломы.

Я крутанула ручку на одно деление. Внутри полыхнуло синим.

Открыв заслонку, я достала оттуда изящную медную застежку-брошь, украшенную тонкой, искусной резьбой.

Хм, как бы теперь еще понять, как эта штуковина работает? Я отправилась проводить разведку боем.

— Вот, — я с улыбкой подошла к клиенту. — Это не просто застежка. Смотрите, как стильно она будет смотреться на вашем плаще!

И приложила медную брошь к отвороту его одежды.

Эффект превзошел все мои ожидания. Ожидания мужчины — тем более.

Ткань прямо на глазах разгладилась, словно по ней только что прошлись горячим утюгом с отпаривателем.

Мужчина вытаращил глаза и ошарашенно провел застежкой по груди: рубашка на нем тоже моментально стала идеально ровной.

Я с огромным трудом подавила детское желание захлопать в ладоши от радости.

— Никакого обмана. Вы дали мне почти мусор, а я отдала вам артефакт для безупречного внешнего вида. С вас любая монетка, хоть один грош!

— Да держи, эту мелочь за такое чудо не жалко! — воскликнул он и щедро высыпал мне на стол с десяток медных монет.

Когда за ним закрылась дверь, я крепко призадумалась. То есть получается, если я надеваю кольцо, то могу управлять печкой просто силой мысли? Обязательно надо еще попробовать!

Но клиенты к нам не спешили. Как только прохожие видели, что я выхожу из дома на крыльцо, все любопытные тут же разбегались. Уж не знаю, что их больше пугало — вывеска ядовито-зеленого цвета или та, что висела выше. Странные они тут всё-таки.

Именно в этот момент в приоткрытую дверь осторожно заглянула сухонькая старушка в темном платке.

— Я только хотела спросить, — с явным подозрением начала она. — А что на что вы меняете? Я не поняла.

Углубляться в тонкости фразеологии я не стала, а вместо этого с улыбкой потребовала у бабушки какую-нибудь старую вещь.

— Ишь ты. А на вид вроде приличная девка! — поджала губы старушка. — А вывеска такая, будто у вас тут или обман сплошной, или ведьмовство какое.

— У нас исключительно честный магический обмен, — горячо заверила я.

Она хмыкнула и скрылась за дверью. Но буквально через пять минут вернулась, сжимая в руке старую, чуть треснувшую деревянную ложку.

— На, — сказала она, выкладывая ее на стол. — Но смотри у меня, если испортишь…!

Я бесстрашно забрала ложку. На этот раз придумывать было еще проще.Чайная ложка. Пожилой человек, которому наверняка хочется домашнего уюта и тепла.

Я крутанула ручку. Внутри полыхнуло синим.

Из печи я достала аккуратную, блестящую, будто отполированную ложечку из темного дерева.

— О, новая стала! — воскликнула она.

— И я почти уверена, что пока эта ложка будет находиться в чашке, чай не остынет, — торжественно объявила я.

— Сейчас проверим, — пробормотала она, и, схватив ложечку, снова скрылась за дверью.

— Сарафанное радио, считай, запущено, — довольно прокомментировала Таисия.

Я как раз мысленно прикидывала, что дела у нас, кажется, потихоньку пойдут в гору, когда на пороге появился еще один человек — щуплый мужчина средних лет в поношенном жилете.

— Э-э… у вас тут правда можно старую вещь…так сказать обновить? — спросил он неуверенно, переминаясь с ноги на ногу.

— Можно! — с готовностью откликнулась я. — Проходите, присаживайтесь!

И ровно в этот момент за его спиной раздался знакомый, пробирающий до мурашек ледяной голос:

— Лавка закрыта и больше не работает!

У меня внутри всё оборвалось и ухнуло куда-то в район желудка.

На пороге снова стоял дракон.