Глава 22

Я ещё немножко посидела, любуясь на расписки с печатью Императорского управления пошлин и сборов. То, что я больше никому ничего не должна, очень грело душу.

Прямо всё, как у взрослых людей.

Казалось бы, можно выдохнуть. Однако настроение портила еще одна маячившая впереди задачка. Нужно срочно нанять персонал, который согласится работать почти бесплатно. Потому что зарабатывала я по-прежнему не очень много. А за сегодня из-за визитеров — считай, вообще ни одной медяшки не получила.

Я подперла щёку рукой и мрачно уставилась в сторону императорского дворца. Н-да… не повезло мне с соседом.

— Светоч вселенского разума, есть ли в этом мире что-то вроде газеты с объявлениями типа «Ищу работу срочно. Принимаю оплату едой»? — поинтересовалась я у Таисии, которая грела свои железные бочка в лучах вечернего солнца, растянувшись на столе.

— В прямом смысле нету здесь ничего такого. Давай повесим объявление на заборе, например: «Срочно требуется представитель малого народа. Главные качество — вменяемость и работоспособность» или: «Разыскивается гном. Хозяйственный, не пьющий, с руками из нужного места. Работа за еду, уважение и перспективы».

— Так мы никого не найдем, — вздохнула я.

— Посмотри на проблему с другой стороны — ты живешь рядом с Императорской торговой площадью — думаю, там можно либо поискать работников, либо узнать, откуда они берутся. Если наш чешуйчатый ничего не придумывает, то каждому торговцу уже приходилось решать такую проблему.

— Логично, — я поднялась со стула. — Тогда не будем терять времени, пойдем прямо сейчас и поспрашиваем.

Я быстро припрятала бумаги в буфет рядом с лицензией на лавку и вышла на крыльцо. И ровно в этот момент по листьям и крыше звонко зацокали первые крупные капли.

Я подняла голову. Буквально из ниоткуда на небо наползли тяжелые, чернильные тучи, заполняя все небо над городом от горизонта до горизонта.

— Ну вот, сходили, — мрачно пробормотала я.

Мы вернулись в дом. Я уселась на стул и впервые за все время пребывания в этом мире собралась просто сидеть и ничего не решать хотя бы десять минут.

За окном стремительно темнело, а обычный летний дождик за пару минут превратился в глухую стену воды. Сверху лило так, будто кто-то перевернул гигантское ведро. Поначалу это даже показалось мне уютным: я-то сижу в доме, где тепло и сухо, а снаружи — в полную мощь разворачивается апокалипсис.

— Ася! — панически-отчаянный писк Таисии заставил меня подскочить на месте. — У нас тут Форс-мажор!

Я проследила за её взглядом. С потолка прямо на пол возле стола весело журчала приличная такая струя воды.

Пока я хлопала глазами, вторая струйка пробилась поближе к печке. А еще через минуту по стенам побежали целые ручьи, и крыша над головой превратилась в дырявое решето.

Первым делом я кинулась спасать самое ценное — книгу Илоны и письмо. Запихала их поглубже в печку, решив, что это единственное безопасное место, куда вода проникнуть не должна. Потом побежала проверять остальные комнаты, но потоп был везде.

Когда я заглянула в спальню, у меня чуть сердце не остановилось. Прямо на мою новенькую кровать с потолка лился настоящий водопад. Матрас, подушка, одеяло — всё промокло насквозь за считанные секунды. В доме не осталось ни единого сухого угла.

— Дом, ну ты чего? — в отчаянии крикнула я, уворачиваясь от очередных брызг. — Я же всё отмыла! Что я опять сделала не так⁈

Но избушке сегодня на меня было решительно наплевать.

На полу уже собрались лужи. Кое-как добравшись до печки, я вытащила письмо Илоны, с помошью которого дом обычно выдавал мне ЦУ и сообщал свои пожелания. И на пергаменте действительно проступила свежая строчка:

«7) Отремонтируй дом до полнолуния».

— Что⁈ — я ошарашено уставилась на Скрепку.

Моя железная подруга сейчас выглядела крайне жалко. Её бандана из конфетного фантика размокла и расползалась клочьями, а крошечные резиновые сапожки полностью наполнились водой.

— Полундра, Ась! Изба решила нас утопить! — трагично сообщила она.

— И требует ремонта до полнолуния.

— Так полнолуние через три дня! Он там в своем уме⁈

— Ну ты же видишь, — я выразительно махнула в сторону основательно потекшей крыши. — А у меня всего два золотых. Интересно, кто-нибудь согласится починить дом за такие деньги? И что будет, если я не успею?

— Короче, валим в павильон, — Таисия стряхнула крупную каплю с верхнего крючка, где раньше была бандана. — Гоблины его на совесть строили, там крыша точно не течет. А тут и заржаветь недолго.

И она была абсолютно права. В доме находиться было уже просто опасно для здоровья.

— Или, может, напросимся в гости к нашему чешуйчатому приятелю? — хитрым голосом предложила Таисия. — А то он к нам как к себе домой ходит. Давай нанесем ответный визит вежливости?

— Ага, заявимся во дворец и скажем: 'Здравствуйте, Ваше Императорское Величество, так есть хочется, что переночевать негде. И что я буду потом ему должна? Дом на него переписать? Ну уж нет. Дракон — самый последний в очереди тех, у кого я попрошу помощи в этом мире.

— А то в той очереди-то народу-то, народу! Один дракон и есть. — А то, может, и одолжи ему избушку на денек. Она у тебя с придурью, глядишь, и избавит нас чешуйчатого…

— Тася, оптимисткой бы мне нравишься больше, — с укоризной проговорила я.

Сухих вещей на мне не осталось. Прижав Скрепку к груди, я пошлепала по лужам к павильону. Ожидаемо на улице лило еще сильнее, чем в доме. И если можно было промокнуть больше, чем до нитки, то со мной это случилось.

В павильоне и правда оказалось сухо, но дико холодно. Я уселась на деревянную лавку за прилавком, обняла себя руками и мрачно уставилась в темноту. Мы сидели молча, слушая, как капли барабанят по крыше. На площади — ни души, темень хоть глаз выколи. В таких экстремальных условиях я еще ни разу не ночевала.

И, разумеется, именно в этот момент к павильону подошел ночной стражник.

Он остановился прямо напротив, высоко поднял фонарь и с большим подозрением уставился на меня.

— Кто такая? Что тут делаем?

— Хозяйка я, — ответила я чистую правду, стуча зубами от холода. — Пришла проверить, не протекает ли крыша.

Стражник посветил мне прямо в лицо и нахмурился еще сильнее.

— Документы предъявляем.

Я мысленно завыла. Все бумаги остались в буфете, а местных документов у меня и вовсе не было.

— Документы в доме заперты, пойдемте, я покажу, — я махнула рукой в сторону темного силуэта избушки, над которой под вспышками молний хорошо было видно надпись «Дом ведьмы».

— Ага, бродяжка, значит, — стражник даже слушать меня не стал. — В этом доме сто лет никто не живет, это вся знают.

И прежде чем я успела вставить хоть слово, он достал свисток и оглушительно свистнул.

На этот призыв из темноты тут же прибежали еще четверо здоровых парней в форменных плащах.

— Нарушение общественного порядка и бродяжничество, — сурово объявил первый. — Забирайте в участок.