Глава 5

Первым вернулось обоняние. Я почувствовала запах… То есть густой, сладкий, одуряющий аромат роз.

И с трудом разлепила веки. Прямо надо мной нависала галлюцинация премиум-класса.

Сначала затуманенный взгляд выхватил огромную охапку алых и нежно-розовых бутонов. В голове вяло зашевелились панические мысли: «Всё-таки молния тебя добила, Ася».

Но затем я разглядела огромную мужскую ручищу, этот букет державшую, и ткань угольно-черного дорогого камзола, расшитого сложнейшими золотыми узорами.

Разворот плеч незнакомца внушал благоговейный трепет, а рассыпанные по ним темные кудри делали его похожим на сошедшего с Олимпа античного бога.

А уже потом я увидела лицо. Хищное, аристократичное, с резкими, словно высеченными из мрамора скулами, волевым подбородком с легкой щетиной и тяжелым, пронзительным взглядом чуть раскосых глаз. Мужчина был настолько великолепен, что в реальности существовать просто не мог. Он взирал на меня изучающе и властно.

Я чуть не прослезилась от такой экзистенциальной несправедливости: при жизни мне подобные экземпляры даже на обложках тетрадей не попадались, а тут — пожалуйста.

Вдруг мужчина мечты нахмурился. Его идеальные губы сжались в сухую линию.

Он окинул меня с ног до головы с таким видом, будто вместо породистой собаки ему подкинули облезлую дворняжку. Загробная романтика моментально свернула свои шелковые знамена.

— Ты кто такая? — ледяным тоном поинтересовался бог с Олимпа. Голос его так вибрировал, что казалось, вместе с ним дрожали стекла.

— А вы кто? — сев на полу, я инстинктивно подтянула колени к груди.

Мужчина раздраженно дернул щекой и переложил букет в другую руку.

— Я пришел к хозяйке этого дома, — проговорил мужчина, явно не приученный к вежливым разговорам. — Где ведьма?

— Ведьма? — я икнула от испуга, вжимаясь спиной в плоский бок теплой печки.

— Дом ожил, это все видели. А значит, ведьма Пути вернулась. Я спрашиваю: где она?

— Если вы про Илону Варфоломеевну… — у меня от страха пересохло в горле, и я хриплым шепотом закончила: — То нет ее больше. Умерла она. Полгода назад. Вот… у меня и документ есть.

Я потянулась к своему многострадальному пакету и дрожащими пальцами вытащила копию свидетельства о смерти.

Мужчина брезгливо взял в руки бумажку, взглянул на нее и тут же вернул мне.

— Что здесь написано? — грозно спросил мужчина моей мечты.

Я не решилась шутить по поводу его умения читать, момент был слишком напряженный, и пояснила:

— Тут сказано, что преставилась она восьмого января этого года в возрасте ста тринадцати лет. А вы с ней знакомы были? Это вы бабушке несли — указала я на розы, — А я даже не знаю, где ее могила.

Лицо мужчины вдруг стало страшным. Казалось, для него эта новость была настоящей катастрофой.

— Это невозможно… — тяжело выдохнул он. — Она не могла умереть. Не сейчас, когда время на исходе! Этот дом… всегда принадлежал ведьмам Пути! А ты… ты как здесь оказалась, девчонка?

— А я… теперь это мой дом, — заблеяла я, окончательно растерявшись под его взглядом. — Я его в наследство получила. Можете у адвоката спросить. И у меня все документы есть, — я принялась снова рыться в пакете, отыскивая нужную бумагу.

— Этого не может быть. Дом не мог тебя признать. Ты не ведьма, в тебе нет силы, я вижу. Ты — самозванка, случайно нашедшая лазейку и присвоившая этот дом. Освободи его немедленно! Сюда должна прийти настоящая ведьма! Забирай свои бумажки и проваливай!

Он шагнул ко мне, нависая тёмной громадой.

— Никуда я не пойду! — испуганно всхлипнула я, вжимаясь лопатками в тёплую печь и чувствуя, как страх перед этим громадным мужиком накрывает лавиной, но отважно пискнула: — Это мой дом! Сами уходите отсюда, я вас вообще сюда не приглашала! Вы сами-то кто такой?

— Я — император этих земель. В моей империи нет твоей собственности, девчонка, — его тон стал абсолютно безжалостным. — Я здесь закон.

Адреналин полностью заблокировал мой инстинкт самосохранения, а мозг, кажется совсем отключился.:

— Какой еще император⁈ — выдохнула я. — Не бывает императоров! Они умерли все давно!

У мужчины дернулся глаз. Воздух вокруг него буквально заискрил от его ярости. Он шагнул ещё ближе, и в тусклом свете лампочки я вдруг разглядела вышивку на его камзоле — золотого ящера с распахнутыми крыльями.

Мне показалось, что я услышала, как он буквально зарычал.

— Еще скажите, что вы дракон! — решила я поддеть этого ряженого.

— Дракон, представь себе, — пророкотал он тихо, но в его голосе звенело столько ярости, что еще чуть-чуть и начали бы лопаться стекла.

Его глаза на долю секунды полыхнули изнутри расплавленным золотом, а зрачок вытянулся в узкую вертикальную щель.

И я это очень четко увидела: был обычный зрачок и вдруг раз — нитка. Подступившая паника в момент свела на нет желание иронизировать, а горло сжало сухим спазмом.

Но тут мужчина угрожающе протянул ко мне здоровенную руку — явно собираясь схватить за шкирку и просто вышвырнуть за порог.

Выглядел он так страшно, что я зажмурилась. Для вчерашней школьницы впечатлений было через край, и я взмолилась:

— Не трогайте меня! — в отчаянии выкрикнула я, выставляя перед собой ладони, словно этого здоровяка это могло остановить. — Уходите отсюда! Это мой дом, я вас не приглашала! Мамочки!

Не знаю, то ли моя мама на небесах услышала мой писк, то ли еще кто, но пространство вокруг вдруг изменилось и шикарный, но разъяренный мужчина уровня бог, не успев охнуть, оказался вместе со своим букетом на крыльце.

Бабах!

Дверь захлопнулась у него перед носом, отсекая от меня его и рыночный шум.

Я сползла по печке на пол, обхватила голову руками и попыталась привести мысли в порядок. Сердце колотилось как сумасшедшее.

Что тут вообще происходит?

И тут из печки вылезло существо размером с котенка, на голове красовалась бандана в горошек, и наружу ловко выпрыгнула та самая канцелярская скрепка прилично так увеличившаяся в размерах.

— Ох, дура ты, Ася! — скрипуче выдала она, поправляя импровизированные ручки. — Император–то он настоящий.