Глава 6

Я пнул дверь ногой с такой силой, что она с грохотом ударилась о стену. В коридоре кто-то испуганно ойкнул, жалко лязгнул отвалившийся канделябр, слуги брызнули по углам.

Ярость бурлила в крови, выжигая вены. Из ноздрей стремительно вырвались тонкие струйки дыма. На скулах проступала чешуя. На костяшках пальцев — тоже.

Когда ярость достигала предела, дракон всё ещё пытался прорваться наружу, но это выглядело как жалкая насмешка над былой мощью.

Я бы спалил этот проклятый дом, и эту девчонку, и всю площадь, и заодно всю столицу дотла, если бы только мог обернуться драконом.

Но я не мог.

Это бесило сильнее всего.

Ни крыльев, ни огня, только жалкие воспоминания о том, кем я был рожден.

Я сорвал с себя сюртук и швырнул его в сторону. Следом в стену полетел дурацкий букет. Розы, ударившись, рассыпали лепестки по полу, как крупные капли крови.

— Самозванка, — процедил я. — Откуда взялась только!

Год назад я все еще надеялся, что после смерти отца Венец Всевластия перейдёт мне. Все надеялись, даже отец.

Но если долго делать вид, будто проблемы не существует, это не устранит проблему.

И когда отца не стало, Венец всевластия, как и предписывали законы магического мироздания, вернулся в Лабиринт магий. Он вернулся туда, откуда пятьдесят лет назад его для моего отца вынесла ведьма Пути.

И в тот же день ее проклятие обрушилось на меня всей своей силой.

Сначала я подумал, что просто ослабел от перегрузки, попробовал обернуться. Потом ещё раз, и ещё, и еще сотню раз, пока не понял, что у меня больше нет дракона. То есть он был — где-то очень глубоко, и больше не отзывался.

Поверить в это было невозможно. Я пробовал обернуться многократно, но ничего не менялось. Магия мироздания больше не могла питать моего дракона. Его сковало проклятье. Дракона словно заперли в глубоком подземелье, откуда не было выхода.

И магия мироздания — без Венца Всевластия — тоже мне не подчинялась.

Последствия мы ощутили сразу — ураганы и наводнения не заставили себя ждать. Стихийная магия, которая ищет выход, скоро обрушит на нас всю свою мощь. Драконы выживут, а остальные — если повезет.

Когда–то Магия Мироздания подарила пяти расам, живущим в этом мире, Венец Всевластия. Он не давал абсолютной власти над магией, но позволял сдерживать стихии и давать благополучие миру.

Все пять рас договорились, что Венец Всевластия будут носить драконы, поскольку только они могли выдержать его силу и не сойти с ума, как это случалось с эльфами гномами или людьми. Ведьмы на Венец никогда не претендовали, у них была другая власть

После смерти каждого императора венец возвращался в Лабиринт магий. Путь к нему, да и сам Лабиринт можно пройти только рука об руку с ведьмой Пути.

Отцу пришло в голову решить эту проблему кардинально.

Он просто женился на ведьме по имени Илона. Её портрет до сих пор валялся где-то на чердаке — красивая, тёмноглазая, с таким упрямым лицом, что уже по одному только этому взгляду было ясно: спокойной жизни не будет.

Впрочем, и характер отца никогда не отличался покладистостью. Один был настоящим драконом. Другая — настоящей ведьмой.

Через год они со скандалом развелись.

И тогда Илона прокляла его и весь наш род.

Проклятие было двойным: его потомки больше никогда не смогут найти путь к Лабиринту магий и пройти через него, а еще не смогут оборачиваться драконами.

Пока отец был жив, Венец сдерживал действие проклятия. Но стоило Венцу вернуться в Лабиринт, как проклятие обрушилось на меня.

С этого дня у нового правителя был ровно год, чтобы в сопровождении ведьмы Пути явиться за Венцом и доказать своё право на него.

Одиннадцатый месяц был на исходе. За это время я испробовал все: искал другую ведьму, пытался взломать этот проклятый дом, надеясь добраться до кольца, но все тщетно.

И теперь у меня оставался ровно месяц.

Всего месяц до того, как Лабиринт закроется навсегда, и это обернется катастрофой для нашего мира.

И вот дом Илоны ожил.

Я воспрял духом, потому что, если ведьма вернулась — на что я уже и не смел рассчитывать, — у меня всё-таки появился шанс с ней помириться.

Я хотел порадовать старуху и осторожно выяснить, как получить ее прощение для всего рода. Я переступил через свою гордость и явился как последний клоун с этим дурацким букетом!

Но вместо сильнейшей ведьмы в доме обнаружилась мокрая напуганная девчонка.

А вторая новость и вовсе убила последние надежды — Илона умерла.

Да, ведьма сдержала слово — осталась последней ведьмой Пути и унесла с собой в могилу мои надежды.

А по дурацким иномирным законам дом достался этой пигалице в грязной футболке с зайцем.

Я не почувствовал в ней ни капли ведьмовской силы — самая обычная человечка, фонящая страхом.

Но магия дома её признала.

А вот это было очень плохо. Просто так на улицу её не выставишь. Нужно найти такое нарушение в магических законах, при котором дом сам будет обязан от неё отказаться.

А мне нужен был этот дом. Раз ведьм Пути больше не осталось, я должен хотя бы найти кольцо, которое Илона наверняка где-то спрятала. Хоть какие-то намёки. Хоть след, который выведет меня к этому чёртову Лабиринту и позволит пройти его самому.

Я выдохнул, струи дыма вырвались из ноздрей и ударили в пол. Я резко обернулся к вытянувшемуся звонкой струной помощнику.

— Мэра ко мне немедленно!

Через десять минут столичный градоначальник влетел в мой кабинет. Задыхаясь от бега, он согнулся в таком низком поклоне, что едва не ударился лбом о столешницу.

— В доме Илоны появилась новая хозяйка, — произнёс я. — Девчонка-иномирянка. Но магия дома её признала. Значит, мне нужен надежный способ ее оттуда выселить. Найдите правило, закон, что угодно, все, что позволит разорвать её связь с домом на законных основаниях.

Мэр судорожно сглотнул. Глаза забегали.

— Ваше величество… так это… проще простого это… если дом стоит на главной площади… а он стоит на главной площади… то…

— То?..

— По старому уложению любое здание, выходящее фасадом на Императорскую торговую площадь, обязано приносить городу прибыль. Вести уникальную магическую деятельность! Если собственник этого не делает, город имеет право изъять недвижимость в пользу казны. Это древний закон, подтвержденный магией, дом не сможет его оспорить!

Я приподнял бровь и медленно выдохнул.

Какое элегантное решение. Прекрасное в своей простоте. Молодец мэр, не зря на своем месте сидит.

Я вспомнил эту человечку с огромными живыми глазищами без капли магии. Усмехнулся, магический бизнес — это как раз то, что нам нужно.

— Хорошо, — губа дрогнула в хищной усмешке. — Пусть организует его к вечеру. Чего время тянуть. Оформляй предписание. И пойдем-ка, сходим к ней, — бросил я мэру, — хочу лично ее порадовать.