Глава 43

Дверь за помощником бесшумно закрылась.

Рэйвен всё ещё стоял непозволительно близко. Воздух между нами искрил от напряжения, его пальцы все еще нежно перебирали мои волосы… Мы ведь едва не поцеловались!

Но он медленно, словно через силу, всё-таки опустил руку и отступил. И вот это возымело совершенно неожиданный эффект: мне вдруг стало невыносимо холодно. И даже немножко одиноко.

Я мысленно застонала. Прекрасно. Просто великолепно! Ну, Кострова, давай же, соберись! Не хватало только влюбиться вот в этого… Я подняла глаза на дракона — он смотрел на меня с очень сложным, абсолютно нечитаемым выражением лица.

Ещё пять минут назад ты собиралась бежать от него на край света, а теперь тебе, видите ли, холодно без его руки! — строго отчитала я сама себя. — Будем считать, что это просто последствия магического отката.

Я поплотнее запахнула сползающее одеяло и, заставив себя сделать шаг назад, разорвала этот сводящий с ума зрительный контакт.

— Так. Стоп. На чём мы остановились? Ах да. Я вообще-то иду домой!

— Нет.

Вот прямо так и сказал, будто он имеет полное право решать, что я должна, а что не должна делать!

— Что значит «нет»? — возмутилась я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — У меня, знаете ли, своя жизнь, свой дом и свои дела! С какой стати вы меня всего этого лишаете?

Рэйвен спокойно шагнул к столу и оперся о столешницу, скрестив руки на груди.

— Твоего фамильяра я уже принес сюда. Господину Грибсу отправлен официальный вестник: он найдет временного продавца в лавку, раз уж Марта теперь глава возродившегося гномьего клана, и разберется со всеми текущими вопросами. Вокруг твоей избушки выставлен усиленный караул. Так что важнейший портальный узел Империи теперь под круглосуточной магической охраной. А ты будешь жить здесь.

Я задохнулась! Как, скажите на милость, много я пропустила за то время, пока валялась в обмороке⁈ Этот гад успел с ног на голову перевернуть всю мою жизнь! Я открыла рот, чтобы категорично заявить, что ведьма против самоуправства, но дракон начал сыпать аргументами:

— Лекарь сказал, что рядом с тобой в ближайшее время должен неотлучно находиться сильный маг, — а это я. Завтра утром приедут эльфы и привезут еще один Камень, который также нужно будет интегрировать в твой контур, после чего у тебя, вероятнее всего, снова случится откат. — Я ошарашенно моргнула, а дракон невозмутимо продолжал: — И тебе снова понадобится сильный маг, а это, повторюсь, я. А затем мы должны будем найти последний, пятый камень, который напрямую связан со мной.

— А потом снова откат, и снова ты! — выпалила я. Это прозвучало как претензия, и я даже не собиралась больше ему «выкать». Обложил со всех сторон, стратег чешуйчатый!

— Верно, — спокойно кивнул он, полностью принимая мой переход на «ты». — А потом нам придется вместе искать Лабиринт. Так что, как видишь, нам лучше вообще не разлучаться.

— А что, во всей империи других сильных магов нет? — спросила я, всё ещё надеясь пробудить в нем остатки здравого смысла и соблюсти хоть какие-то приличия.

Рэйвен посмотрел мне прямо в глаза. В его золотых радужках снова плескалась тьма, и у меня мгновенно пересохло во рту.

— Полно. Но я не собираюсь доверять тебя кому-то другому.

Я осеклась. Эта фраза ударила под дых, пробив всю мою ироничную броню. Прозвучало слишком по-драконьи — и мы оба это поняли.

Сглотнув, я попыталась сдать назад и хоть как-то отвоевать жалкие остатки личных границ:

— Хорошо… Это вообще чьи покои?

— Мои.

— А за этой массивной дверью что? — я ткнула пальцем в сторону смежной комнаты в кабинете.

— Моя спальня.

Я окончательно сложила два и два.

— То есть вы поселили меня в соседней комнате⁈ Вы мужчина! А я незамужняя девушка! Вы вообще понимаете, что это выглядит совершенно неприлично?

Рэйвен посмотрел на меня с непоколебимым ледяным спокойствием.

— Я Император. А ты находишься под моей личной охраной. Никто и никогда ни в этом дворце ни за его пределами не посмеет сказать, что это неприлично.

Всё понятно. Ни переспорить, ни переубедить этого диктатора, шансов у меня нет.

— Хорошо, — процедила я, сдаваясь. — Но тогда сюда без стука не входить.

— Это мои покои, Ася.

— Но временно это — моя спальня! — упрямо вздернула я подбородок. — Поэтому извольте стучать. Представьте себе: вот вы входите без предупреждения, а я там совершенно голая! Возможно, хотя бы это поможет вам соблюдать элементарные правила приличия.

И вот тут Рэйвен представил.

Я это прямо по его лицу поняла.

Его потемневший, вдруг ставший совершенно голодным взгляд медленно скользнул по моим ключицам, беззащитно торчащим из-под одеяла, спустился ниже и замер. Зрачки дрогнули, сужаясь до вертикальных щелей. Из ноздрей вырвались струйки дыма.

Я с ужасом осознала, что сморозила что-то абсолютно не то и сделала ситуацию еще хуже.

Рэйвен резко выдохнул сквозь стиснутые зубы и отвернулся к темному окну, пряча глаза. А я, крепче перехватив сползающее одеяло, развернулась и опрометью бросилась в теперь уже свою спальню, захлопнув за собой дверь.

— Я бы на твоем месте больше не предлагала дракону ничего подобного представлять, — скептически заметила Таисия, выбираясь из складок одеяла и спрыгивая на кровать. — В следующий раз так легко не отделаемся.

Следующее утро началось с того, что в мои новые покои, тихо переговариваясь, влетел целый отряд дворцовых горничных. Меня буквально за час отмыли, просушили, причесали, уложив волосы в элегантную прическу, и переодели.

Когда я наконец посмотрела на себя в огромное напольное зеркало, у меня перехватило дыхание. На мне было потрясающе, элегантное платье из плотного бархата цвета благородной меди, расшитое тончайшим золотым узором. Оно сидело по фигуре так безупречно, словно столичная портниха шила для меня наряды уже много лет и набила руку.

И всё это было как нельзя вовремя, потому что через приоткрытое окно с улицы донесся шум — по центральной дороге ехали сразу несколько экипажей.

Таисия прилипла к оконному стеклу.

— Ушастые приехали!

Я тоже подошла к окну. Эльфов я ни разу в жизни не видела, и любопытство взяло верх.

Во внутренний двор торжественно въезжала эльфийская делегация. Светлые, тонконогие кони, переливающиеся серебряно-зеленые знамена, изящные, закованные в легкую броню воины с красивыми и надменными лицами.

И среди них была она. Их принцесса.

Она не вышла, а буквально выплыла из экипажа. Девушка была безупречна с ног до головы: высокая, грациозная, с водопадом медовых локонов, струящихся по хрупким плечам. Её лицо казалось высеченным из мрамора, осанка была идеальной, а главное — она источала такое врожденное благородство, какого у меня, простой девчонки из провинции, отродясь не водилось.

Таисия задумчиво почесала металлической ручкой макушку под нежно-салатовой банданой.

— Ну… могла бы быть и пострашнее.

— Мне совершенно всё равно, — буркнула я, отворачиваясь от окна.

Внутри противно заворочалось чувство собственной неполноценности. Вот таким прекрасным принцессам всегда достается всё самое лучшее: безупречная внешность, родовитые родители, богатство. И драконы. Да, императоры женятся именно на таких идеальных, утонченных эльфийках.

Вчера этот гад нежно гладил по лицу меня, а сегодня к нему приехала вот эта принцесса. Идеальная партия.

Дверь в спальню распахнулась. (И да, без стука!).

Рэйвен вошел внутрь. В строгом парадном камзоле из черного бархата с серебряным шитьем он выглядел особенно могущественным. Настоящий Владыка империи!

— Ты готова? — ровно спросил он.

— На каком, простите, основании я вообще буду присутствовать на этих переговорах? — нервно спросила я, судорожно разглаживая несуществующие складки на своем медном платье.

— Ты — единственная в мире Ведьма Пути, — Рэйвен подошел ближе и внимательно посмотрел мне в глаза, словно считывая мою неуверенность. — Так что можешь смело считать себя принцессой своего собственного народа.

Он уверенно положил мою руку на сгиб своего локтя, и мы направились навстречу неизвестности.

В Малом зале переговоров было светло и невыносимо душно. От сладковатых эльфийских благовоний просто нечем было дышать.

Долгий, витиеватый обмен любезностями, в которых Рэйвен ничуть не уступал делегации остроухих, я пропустила мимо ушей. Весь смысл этих многоэтажных словесных кружев сводился к одному: «какой прекрасный день», «какой великий повод», «какие прекрасные мы, ну и вы, к слову, тоже ничего».

На меня, сидевшую по правую руку от Императора, эльфы смотрели искоса. Их прозрачные, холодные глаза транслировали лишь одно: «пустое место, что ты вообще здесь забыла?».

— Разумеется, мы понимаем всю серьёзность положения, Ваше Императорское Величество, — певуче выводил эльфийский старейшина, благообразный старец с ледяными глазами. — И мы, безусловно, готовы передать империи нашу величайшую реликвию ради спасения всего нашего мира.

Он выдержал драматичную паузу.

— В качестве приданого нашей блистательной принцессы Илириэль.

Я замерла. Пальцы до побеления костяшек вцепились в резные подлокотники кресла. В голове билась одна-единственная, горькая мысль: «Вот оно. Началось».

Что ему остается делать? Артефакт нужен для выживания всего мира. Ну и, чего греха таить, принцесса просто невероятная красавица, от такой ни один мужчина не откажется по собственной воле.

Рэйвен сидел во главе стола с непроницаемым лицом-маской. Только на скулах едва заметно ходуном ходили желваки.

— Предварительно мы обговаривали совершенно другие условия обмена, — ровно и абсолютно спокойно напомнил он.

— Да, но обстоятельства изменились, — мягко парировал старейшина, чуть склонив голову. — Угроза слишком серьезна, а время неумолимо поджимает. Всё это вынуждает нас гораздо выше ценить наши реликвии. Наше новое условие такое: чтобы получить камень, вы должны взять в жены принцессу Илириэль.