Глава 44

В Малом зале переговоров вдруг повисла такая оглушительная тишина, что стало слышно, как потрескивают свечи в канделябрах.

Я сидела, вцепившись пальцами в подлокотники, и в оцепенении глядела на Рэйвена. Мой мозг лихорадочно просчитывал варианты, и все они сводились к одному: он просто набивает цену, и сейчас согласится.

У него нет выхода. Артефакт нужен срочно, а в качестве «бонуса» к нему прилагается породистая красавица. Любой нормальный мужчина не раздумывал бы ни секунды.

Рэйвен сидел неподвижно. Его лицо, казалось, выражало сомнение и глубокое раздумье.

— Мой ответ — нет, — ровно и веско произнес дракон.

Изящные улыбки, предвосхищавшие победу, дрогнули на лицах эльфов и превратились в натужные. Лицо остроухие держать умели, но в их прозрачных глазах читалось откровенное недоверие к услышанному.

— Ваше Величество, — голос старейшины дрогнул. — Вы понимаете, что речь идет о выживании всех народов?

— Конечно, — Рэйвен небрежно откинулся на спинку кресла, глядя на эльфов с откровенным пренебрежением. — Именно поэтому я предлагаю обсуждать именно этот вопрос, а не мой возможный брак.

Он сплел пальцы рук и заговорил так спокойно, словно читал лекцию нерадивым студентам:

— Давайте представим, как будут развиваться события, если вы сейчас не отдадите Камень Жизни. Меньше чем через три недели стихийные магии войдут в полную силу, и мы уже не сможем их сдерживать. Ваши великолепные тысячелетние леса, — он небрежно махнул рукой, — просто исчезнут. Ураганы, пожары, наводнения — сложно предположить, какая из стихий доберется до них первой. Реки выйдут из берегов и затопят ваши равнины. Вы это прекрасно знаете.

— Драконы тоже погибнут! Ваши города будут разрушены, ваша власть падет! — процедил старейшина, теряя остатки благородства.

— Не совсем так, — Рэйвен чуть склонил голову набок. — На юге есть горные цепи, которые находятся гораздо выше того уровня, где будут бушевать стихии, — уже довольно жестко пояснил император. — Да, мы потеряем города и власть. Мы потеряем земли. Многие погибнут. Но род драконов уйдет в горы и выживет. А вы — нет.

Я перестала дышать. Это был не просто аргумент, это был удар наотмашь.

— Поэтому давайте перестанем делать вид, будто в спасении мира заинтересован я один, — голос Рэйвена лязгнул металлом. — Мы поступим так: вы передаете мне Камень Жизни временно. Я нахожу Венец, восстанавливаю равновесие магий и возвращаю артефакт в вашу священную рощу.

— И что получим мы, отдавая вам величайшую реликвию? — ядовито прищурился один из эльфов.

— Возможность жить. Дышать. Бегать по своим лесам, — усмехнувшись, ответил дракон. — Поверьте, это очень много.

Старейшина возмущенно сглотнул. Кажется, чьи-то хитрые манипуляции только что разбились вдребезги о железобетонную драконью логику.

— Но вы обещали нам Росток Вечного Древа! — отчаянно напомнил эльф.

— Да, обещал, — невозмутимо кивнул Рэйвен. — До того момента, пока вы не решили, что вместо ростка мне следует взять в жены вашу принцессу. Вы поменяли правила, я тоже.

Я мысленно захлопала в ладоши. Ушастые переиграли сами себя! Видимо, им предлагали что-то действительно бесценное, но им захотелось пропихнуть на трон свою девочку. И теперь они останутся ни с чем.

— А если мы откажемся? — в голосе эльфа прорезалась бессильная злость. — Вы обязаны сделать всё ради всеобщего блага!

Рэйвен широко улыбнулся — холодно и хищно. В его улыбке не было ни капли тепла или дружелюбия.

— Жениться на вашей принцессе, чтобы спасти ваш же народ? Зачем мне это? То, что драконы вообще взяли на себя роль спасителей мира — уже огромная уступка с нашей стороны. Почему я вообще должен спасать ваши рощи, да еще на ваших условиях? Назовите мне хотя бы одну причину? Ну же, убедите меня, зачем я должен вообще вас спасать?

В зале повисла тяжелая тишина. Но Рэйвен, как оказалось, еще не закончил.

— Не желаете отдавать Камень? Прекрасно. Истории известны случаи, когда императорами, пройдя Лабиринт, становились эльфы. Ваше спасение в ваших руках!

Шах и мат.

Эльфы проиграли. Минут пять они переваривали свое поражение, тихо перешептываясь и совещаясь.

В конце концов, старейшина сделал глубокий вдох, натягивая на лицо маску дипломата — она выражала все возвышенные эмоции разом и в то же время не выражала ровным счетом ничего.

— Что ж. Вы правы, Ваше Величество. Угроза действительно значительна, а последствия могут быть самыми ужасающими. Мы сочтем за честь передать Камень Жизни для восстановления контура безвозмездно — как наш вклад в общее дело.

Ну конечно, теперь нами движут исключительно благородные мотивы, — язвительно подумала я, — а только что пытались нажиться на собственном спасении.

Один из эльфов вынес на бархатной подушечке небольшой футляр. На стол перед императором лег потрясающей красоты зеленый изумруд с золотыми, мерцающими прожилками

Но Рэйвен пододвинул его ко мне.

Я потянулась было свободной рукой к перстню на правой руке, собираясь сразу вставить артефакт в пустую ячейку. Но Рэйвен, перегнувшись через стол, мягко перехватил мое запястье. Его пальцы сомкнулись на моей коже, как теплый стальной браслет.

— Чуть позже и не здесь, — негромко проговорил он. Его тон разительно отличался от того льда, которым он только что окатил делегацию.

Я послушно сжала камень в кулаке, дожидаясь окончания встречи.

Рэйвен, выступив с небольшой, но пламенной ответной речью про дружбу и взаимопомощь всех народов, населяющих континент, виртуозно свернул переговоры.

Затем, взяв меня за руку, он буквально уволок меня из зала.

Поплутав по коридорам, мы вернулись в его кабинет. Тяжелые дубовые двери захлопнулись, отсекая нас от всего остального мира.

Рэйвен шагнул ко мне вплотную и крепко обхватил руками.

— Вот теперь давай.

В ту же секунду я почувствовала, как меня окутывает горячая и немного колкая магия дракона. Она облепила меня со всех сторон плотным энергетическим коконом, отрезая даже звуки. Стало невыносимо жарко.

Дрожащими пальцами я взяла изумруд и вдавила его в гнездо на перстне. Резкая вспышка чужой магии ударила по нервам. Мир вокруг пошатнулся, но Рэйвен удержал меня. Его руки легли мне на талию, крепко фиксируя на месте и прижимая ближе к себе.

На этот раз я не потеряла сознание и даже не упала. Только шумно выдохнула. Его руки тут же скользнули по моей спине, прижимая меня к себе так близко, что между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства.

— Энергия еще не успокоилась. Сейчас опасно разрывать кокон, — хрипловато пояснил дракон в ответ на мой строгий и вопросительный взгляд.

Я стояла, вжатая в его каменную грудь, и смотрела в его потемневшие, горящие расплавленным золотом глаза. От этой невероятной близости мои мозги окончательно съехали набекрень. Так что я решила всё же уточнить, что же руководило императором, когда он так недальновидно отказался от эльфийской красотки.

— Почему вы не согласились? — спросила я, из последних сил пытаясь не растечься лужицей у его ног. — Она же просто идеальная! Красивая, породистая! А какие манеры безупречные! К тому же она настоящая принцесса!

Рэйвен усмехнулся.

— Еще месяц назад я бы именно так и сделал, Ася, — тихо ответил он, скользя большим пальцем по моей скуле. — Потому что это разумно и выгодно для государства.

— А сейчас? — мой голос всё-таки дрогнул.

— А сейчас мой дракон перегрызет глотку любому, кто попытается подсунуть мне другую женщину.

Его взгляд снова опустился на мои губы. Обжигающий жар его тела сводил с ума.

— Другую — это какую? — я уже совершенно не понимала, что говорю.

— Мой дракон наконец-то нашел свое сокровище. И остальные женщины больше его не интересуют. — Его голос упал до низкого, вибрирующего шепота.

Мое сердце с двойным усердием бросилось вскачь.

Я даже не успела вдохнуть — Рэйвен не дал мне ни секунды на раздумья. Пальцы, только что нежно гладившие мою скулу, жестко зарылись в волосы на затылке, намертво фиксируя и не оставляя ни единого шанса отстраниться. А в следующее мгновение он накрыл мои губы своими.

Наш первый поцелуй не был робким, мягким или осторожным. Это был самый настоящий пожар — властный, жадный, сносящий абсолютно все барьеры. В нем получил выход весь тот сумасшедший накал, который он сдерживал эти дни.

Он целовал меня так, словно я принадлежала ему по праву рождения, сминая губы с такой отчаянной, голодной силой, что у меня мгновенно подогнулись колени, и я буквально повисла на нем. Если бы не его вторая рука, стальным обручем впаянная в мою талию, я бы просто рухнула на ковер.

Я тихо ахнула, приоткрывая губы, и этот беспомощный звук стал для него спусковым крючком. Рэйвен углубил поцелуй, бесцеремонно и жарко сплетая наши дыхания. Терпкий мужской парфюм, смешанный с легким запахом дыма, и сумасшедший жар драконьей магии ударили в голову похлеще любого приворотного зелья.

Моя хваленая логика, принципы и всё праведное возмущение капитулировали еще в самом начале, не успев даже пискнуть.

Ну, правда, какая, к черту, разница, идеальная там принцесса или нет, если прямо сейчас этот невероятный мужчина заставляет меня плавиться заживо? И сам тоже — горит и плавится в моих руках.

Я судорожно выдохнула ему в губы, обвила руками его крепкую шею и запустила пальцы в темные волосы, отвечая на поцелуй с такой же отчаянной, абсолютно счастливой жадностью.

Рэйвен глухо, рокочуще зарычал прямо мне в губы. И весь огромный мир сузился до его горячих губ, сильных рук и бешеного стука двух сердец, окончательно слившихся в один ритм.