Глава 51

Проснулась я оттого, что меня целовали.

Хорошо так целовали. Горячо, настойчиво и при этом почему-то до неприличия нежно. Я ещё даже глаза открыть не успела, а уже поняла две вещи. Первая: просыпаться так мне определённо нравится. Вторая: быть замужем, кажется, не так уж и страшно.

Сонно, не открывая глаз, я потянулась к Рэйвену, обвила руками его шею — и только тогда сообразила, что он склонился надо мной уже полностью одетый: тёмная дорожная куртка, плотные брюки, высокие сапоги, пояс с ножнами.

Н-да… Нормальные мужья наутро после свадьбы должны выглядеть хоть немного растрёпанными и разнеженными. Мой выглядел так, будто уже успел собрать вещи, поднять полдворца по тревоге и теперь явился будить главное стратегическое средство спасения мира. Меня, то есть.

Первым делом у нас спасение вселенной, всё понятно.

— Соня, — шепнул он, задев губами моё ухо. — Пора.

Я поморщилась и попыталась зарыться обратно в подушку. Он тихо рассмеялся, и этот низкий, вибрирующий звук окончательно прогнал остатки сна.

— Ты вообще спал? — подозрительно спросила я, разлепив веки и разглядывая его ясные глаза.

— Ко мне вернулся мой дракон, Ася. Я вообще не уверен, что захочу спать в ближайшие пару месяцев, — усмехнулся он, убрал прядь с моего лица, коснулся губами лба и выпрямился.

И мгновенно стал серьёзным.

— В кабинете завтрак. Умывайся, поешь — и выходим.

Завтрак обошёлся без всякой дворцовой парадности. Пока я жевала сыр и ягодную булочку, запивая их горьковатым отваром, Рэйвен тщательно затягивал ремни на дорожных мешках. И почему-то именно от этой его педантичности внутри стало спокойнее — с таким не пропаду.

На кресле меня уже ждала походная одежда. Переоделась я быстро. Удобные штаны, мягкая рубашка, удобные ботинки. Плащ был сшит из плотной тёплой ткани — судя по всему, в дороге мне предстояло под ним же и спать.

Когда я вернулась в кабинет, пряча в сумку Книгу Путей и письмо Илоны, Рэйвен уже надел широкополую кожаную шляпу. Она скрыла его глаза в тени, сделав похожим на до безобразия обаятельного и опасного разбойника.

Я фыркнула:

— Я тоже хочу такую шляпу.

Он пару секунд смотрел на меня с лёгким недоумением, словно прикидывая, зачем она мне, а потом молча достал из шкафа вторую — серо-коричневую, с мягкими полями — и водрузил мне на голову.

Таисию мы решили оставить во дворце на попечение помощников. Когда мы уходили, Скрепка мирно посапывала на своей шёлковой подушке.

Дворцовая площадь ещё толком не проснулась: плиты блестели от ночной росы, клумбы мокро темнели, а над крышами только-только начали пробиваться первые лучи солнца. Путь до дома ведьмы мы решили срезать через императорский сад — и короче, и на глазах у только что проснувшихся горожан маячить не придётся.

— Скажи, — вдруг заговорил Рэйвен, придерживая мокрую ветку сирени, чтобы та не хлестнула меня по лицу. — А как в твоём мире мужчины ухаживают за женщинами?

Я чуть не споткнулась о розовый куст.

— В смысле?

— В самом прямом. Что делают мужчины, чтобы понравиться женщине? Ну, перед тем как… жениться.

Он смотрел так серьёзно, что стало ясно — не шутит.

— Ну… — Я задумчиво обвела взглядом сад. — По-разному. Дарят цветы, приглашают куда-нибудь, приносят всякие мелочи — сладости там, конфеты, дарят разную приятную ерунду, много гуляют вдвоём, и добавила чуть тише — целуются.

Рэйвен слушал меня с самым сосредоточенным видом, будто это было донесение разведки. И вдруг, скользнув взглядом по сторонам, шагнул к кусту — и в следующий миг в его руке оказалась тёмно-алая полураспустившаяся роза в тяжёлых каплях росы. Одним движением он оборвал со стебля шипы и протянул цветок мне.

— Вот, — сказал он тоном настоящего императора. — Такой цветок подходит?

Я уставилась на розу. Потом на его абсолютно серьёзное лицо. И не выдержала — расхохоталась.

— Цветок, украденный практически под покровом ночи с клумбы, из-под носа самого императора, ради любимой женщины? Это очень романтично. Идеально для первого свидания!

Я взяла розу, вдохнула одуряющий аромат — и почувствовала, как внутри разливается абсолютно глупое счастье, а губы сами расплываются в улыбке.

— Раз так, — продолжил он тем же серьёзным тоном, — мы просто обязаны наворовать яблок в ведьмином саду!

Он подхватил мою игру, и в его глазах мелькнуло что-то по-настоящему мальчишеское. И действительно нарвал с моей яблони несколько крепких яблок и распихал их по карманам куртки.

— Это самое романтичное утро в моей жизни, — тепло сказала я, глядя на него. — А ты — самый потрясающий мужчина на свете.

— Я дракон, Ася, — самодовольно отозвался он. — Я вообще во всём самый потрясающий.

В доме ведьмы смеяться как-то сразу расхотелось. Стоило переступить порог, и меня накрыло гнетущее чувство тревоги, которое я гнала от себя все утро.

Мы поднялись на чердак. Сундук стоял все там же — в небольшой нише. Внутри обнаружился светлый, выцветший от времени сарафан, который я сразу же без раздумий натянула на себя.

Ткань оказалась невероятно мягкой, но прочной. По подолу в три ряда шла серебристая вышивка рун. Я пригляделась — многие из них я знала — зазубрила еще изучая Пути Малые: руны поиска, сокрытия, обережные, на скорое возвращение, на ровную дорогу, безопасный шаг и много чего еще. В нескольких местах серебряные столбики защитных рун поднимались от подола до самой груди и спины, сплетаясь вверху в сплошной магический корсет.

Следующим был посох, который с виду напоминал обыкновенную сучковатую палку. Я даже вскинула удивленный взгляд на Рэйвена. Однако стоило мне взять его в руки, как руны разом налились светом.

— Ух-ты! Знать бы, еще для чего он. Явно штука магическая! — пробормотала я завороженно, взвешивая артефакт.

Рэйвен подошёл ближе, внимательно разглядывая древние символы на светящемся дереве.

— Насколько я знаю, это один из главных артефактов Ведьм Пути. Якорь Реальности, — предельно серьёзно ответил он. — Если коснуться им поверхности, на которой стоишь, он создаёт вокруг защитный купол радиусом в пару метров. И внутри этого круга ты сможешь видеть то, что происходит в действительности.

— То есть как это? — не поняла я.

— Лабиринт будет пытаться свести нас с ума — насылать мороки, путать тропы, звать голосами тех, кого любишь, плести иллюзии, от которых мутится рассудок. Но тот, кто держит посох, сохранит ясность ума.

Я посмотрела на деревянную палку в своих руках с невольным уважением, и по коже пробежали неприятные мурашки.

Сколько же всего я ещё не знаю о Лабиринте? Кажется, там нас ждёт много не самых приятных сюрпризов. Вот вернусь, напишу инструкцию для следующей ведьмы. Ну нельзя же так вслепую по опасным местам шататься!

На самом дне сундука нашлись и пояса — это были соединённые кольцами пластины из тяжёлого, матового тёмного металла. На каждой всё тот же набор рун Пути.

Я застегнула один на себе, потом второй — на Рэйвене. И тут выяснилось… что отойти друг от друга дальше десяти шагов мы теперь попросту не можем!

Когда мы спустились вниз и Рэйвен шагнул было к двери — забрать дорожные мешки, — меня тут же рвануло следом, будто на невидимой резиновой сцепке. Я потеряла равновесие и впечаталась спиной прямо ему в грудь. Его руки рефлекторно сомкнулись на моей талии.

— Кажется, мы выяснили их назначение и механизм действия, — хрипловато усмехнулся дракон над моим ухом, и не подумав меня отпустить.

— Наши вчерашние клятвы сработали как-то уж слишком буквально,— проворчала я, хотя эта мысль грела куда сильнее, чем стоило бы признавать.

В подвал спустились уже молча. Великий Круг высветил все руны разом, стоило мне ступить на него. Я достала Книгу Путей и открыла её — просто чтобы убедиться в последний раз, что мы всё делаем правильно, и я ничего не забыла.

И оказалось, что в книге появилась еще одна строчка. В самом низу страницы, прямо под советом взять с собой побольше еды, всё тем же неровным почерком было выведено:

«Чтобы вернуться, вспомни Круг и скажи: „Все пути ведут домой. Дорога, верни туда, откуда привела“».

Слова были простыми, но я на всякий случай повторила их про себя несколько раз. Что-то мне подсказывало, что именно они окажутся самыми важными во всей книге.

Я посмотрела на Рэйвена и взяла его за руку. Наши магические потоки потянулись навстречу друг другу, руны на железных поясах одновременно вспыхнули белым, затем свет стал золотым и погас. И я, собравшись с духом, принялась читать:

— От порога до края, где меркнет свет, — голос уже дрожал, но я заставила себя говорить громче, — открываю Дорогу, открываю след. Две души, две крови в Пути, дорогу к Лабиринту мне покажи. Что вошло вместе — веди вместе!

Первое, что я почувствовала, — жжение в ступнях. Ну конечно, как я могла про такое забыть! Невидимый огонь словно разлился жидкой лавой под ногами и потащил вперёд.

Каменная стена подвала перед нами просто растаяла, а за ней открылась узкая тропа. Серебристая трава мягко светилась по обеим сторонам, впереди плотной стеной клубился густой, непроглядный туман, а над Дорогой нависало чужое, мертвенно-бледное небо.

Пальцы у меня заледенели. Я покрепче сжала руку своего дракона, зажмурилась на секунду — и сделала первый шаг.