Глава 52

Я всё равно обернулась назад.

Дома, откуда мы только что вышли, не было. Только узкая тропа, уходившая вперёд и назад, и оба её конца терялись в тумане.

У меня неприятно похолодело внутри.

— А назад-то пути нет, — сказала я, хотя это и так было очевидно.

Рэйвен поправил ремень дорожного мешка на плече, затем застёжку на моём плаще.

— Во-первых, у тебя есть заклинание, которое поможет нам вернуться. А во-вторых, нам пока все равно в другую сторону.

Дракон был настроен решительно и оптимистично и он, конечно, был магом, что в новых обстоятельствах давало много преимуществ. А я хоть и имела магическую силу, пользоваться ей толком не умела, что делало меня слабым звеном нашей спецоперации.

Я передернула плечами, прогоняя неприятные мысли. Вот вернемся обратно, уговорю дракона нанять мне толкового педагога. Ну или определить в учебное заведение какое поприличнее. Только бы вернуться.

Прохладный ветер чужого мира совершенно недружелюбно дал понять, что прогулка лёгкой не будет. А мой тёплый плащ очень кстати оказался ещё и непродуваемым.

Я крепче сжала посох, натянула шляпу, которая снова пыталась съехать на глаза, и сделала второй шаг.

Ступни сразу же отозвались покалыванием — будто под подошвами тянулся невидимый наэлектризованный провод, и я чувствовала, как по нему бежит сила. Эта сила тянула за собой, звала сделать ещё шаг, потом ещё и ещё.

Я уже однажды чувствовала нечто похожее, когда Дорога привела меня в подвал собственного дома к гномьему камню. Но здесь ощущение стало сильнее.

Первые несколько минут я только и делала, что старалась не пялиться по сторонам слишком откровенно.

Над головами то ли висел низкий густой туман, то ли это было одно такое большое облако — не разобрать. В целом было светло, но солнца видно не было.

Рэйвен шёл рядом, не выпуская моей руки.

Примерно через полчаса туман стал рассеиваться. Дорога начала забирать чуть вверх, трава по краям тропинки стала ниже, а под ногами вместо мягкой земли заскрипели мелкие светлые камешки.

Рэйвен вдруг спросил:

— Ты вчера сказала, что боишься высоты. Ты никогда не летала?

Я чуть не сбилась с шага.

— Летала на самолёте.

Он посмотрел на меня с таким искренним недоумением, что я не выдержала и фыркнула.

— Самолёт — это не зверь, да?

— Нет. Это такая огромная железная труба с неподвижными крыльями, в которую люди садятся, а потом эта штуковина сама поднимается в небо.

— То есть вы, — медленно сказал он, — запираете себя в железном ящике. Без магии. И поднимаетесь в небо?

— Ну, если так описывать, звучит не очень умно. На самом деле там есть что-то вроде магии, но она рукотворная. Проще говоря, это просто механизм, который может летать.

— И после такого ты боялась лететь со мной?

— Самолёты обычно не закладывают виражи, чтобы услышать, как пассажиры визжат от ужаса.

Уголок его губ дрогнул.

— Но ты смеялась.

Рэйвен уже откровенно улыбался. И от этой улыбки окружавший нас туман вокруг стал казаться чуть менее опасным и враждебным.

— А ты? — спросила я. — Ты когда первый раз полетел?

Он задумался, глядя куда-то вдаль.

— Первый раз отец столкнул меня со скалы.

Я споткнулась.

— Что⁈

— Я был маленьким, крылья уже выросли, а взлетать я отказывался. Считал, что на земле безопаснее.

— И он решил эту проблему, столкнув ребёнка со скалы?

— Драконёнка.

Рэйвен достал из кармана одно из сорванных утром яблок, вытер о рукав и протянул мне.

— Он стоял внизу. Поймал бы, если бы я не раскрыл крылья. Но я, конечно, этого не знал, поэтому и полетел.

Я взяла яблоко и укусила. Кисло-сладкий сок брызнул на язык и напомнил детство — как мы с бабушкой в августе собирали яблоки, чтобы наварить на зиму компота.

Я хотела поблагодарить дракона за яблоко, рассказать про бабушку, ответить что-то про добросердечие его отца, но в этот момент жжение под ступнями резко усилилось.

Дорога впереди раздваивалась — две абсолютно одинаковые тропы уходили в разные стороны. Я остановилась и нахмурилась.

— Что-то мне это не нравится.

Рэйвен сразу стал серьёзным.

— Что чувствуешь?

— В том-то и дело, что обе дороги будто бы правильные.

— Такого не может быть. Коснись земли посохом.

Посох я несла в руке, потому что при ходьбе он здорово мешал. Кроме того, эта сучковатая палка выглядела такой ветхой, что я попросту боялась её сломать. А надо же было сохранить для будущих поколений.

Руны на дереве едва тлели белым, когда я прикоснулась наконечником к тропинке перед собой.

И всё вокруг — туман, трава, земля — моментально истаяло, как дым. Мы стояли вовсе не на широкой удобной дороге.

Под ногами тянулась узкая каменная перемычка, похожая на мост между двумя скалами. Шириной шага в полтора, не больше. Справа и слева чернела пропасть — такая глубокая, что у неё не было дна. Одна из «дорог» вела вперёд по узкой каменной тропе, а вторая сворачивала в пропасть, обрываясь у самого края.

— Ах ты ж… — начала я.

И тут прямо подо мной край каменной тропинки резко просел, и в следующую секунду я вместе с тем, что только что было каменным перешейком, полетела вниз.

Я даже закричать нормально не успела.

Тело ухнуло в пустоту, пояс впился в живот и сначала резко дёрнул назад к дракону, но камень продолжал осыпаться, и Рэйвен полетел вниз следом за мной.

Но в ту же секунду что-то неуловимо изменилось, и меня поперёк туловища перехватили мощные драконьи лапы с огромными чёрными когтями.

За спиной Рэйвена раскрылись крылья, заслонив половину неба. Взмах, ещё взмах — и мы перелетели на другую сторону обрушившегося каменного моста.

Я больно стукнулась коленом о камень и тут же оказалась крепко-накрепко прижатой к Рэйвену, который уже снова принял человеческий облик.

Несколько секунд мы оба просто дышали. Точнее, я дышала, а Рэйвен рычал мне куда-то в макушку.

— Больше ни одного шага, пока ты не проверишь землю посохом.

— Я не специально! — всхлипнула я немного обиженно.

Он шумно втянул воздух и сжал меня ещё крепче.

— Прости. Я очень испугался за тебя. Больше не отпускай мою руку.

Я еще хотела обиженно объяснить, что вообще-то не виновата в том, что обрушился перешеек, но от его «прости» и «испугался» не смогла выдавить из себя ни слова. Только едва сдержала подступившие слёзы и неловко похлопала его по руке.

— Ну ничего, ничего. Я тоже испугалась. Обещаю идти осторожнее, — всё же пообещала я.