Глава 8

Таисия сидела на самом краешке стола и болтала ножками.

— Тебе бы поесть для начала, чтоб магии еще прибавилось. Давай, магичь еду!

Я растерянно развела руками.

— А из чего я буду магичить? Покрошу в ведро с водой траву и попрошу у печки борща?

Скрепка закатила к потолку свои круглые глазки.

— Ну что ты как без рук? Всему тебя учить надо, — вздохнула она. — Еду лучше готовить из еды. Простая железная логика! У тебя с собой есть что съедобное? Сухарик там завалящий или конфетка?

У меня были с собой тетины бутерброды и я выудила их из пакета.

— Н-да…- протянула Таисия, глядя на слипшееся сырно-хлебне месиво, которое я держала на ладони. — Ладно, сгодится. Суй все в печь!

Я приуныла — рисковать последней едой ради сомнительного эксперимента совсем не хотелось, мало ли во что превратит ее это непредсказуемое чудо магической мысли.

— Риск — дело благородное, — прочитала мои мысли Таисия. — И кислую мину с лица убери. Думай о хорошем!

Я с подозрением покосилась на чугунный зев артефактной печи.

— Главное, чтобы он тоже не начал разговаривать и воспитывать меня, — проворчала я, закладывая туда свой несостоявшийся завтрак.

Вздохнула, уселась на корточки, взялась за металлическую ручку, зажмурилась. На этот раз я буду все контролировать!

«Печечка, миленькая! — взмолилась я. — Пожалуйста, пусть это будет бабушкин пирог. С чем угодно, с капустой, с творогом. Как в детстве…»

В воображении нарисовался румяный и аппетитный образ. В этот момент я осторожно потянула на себя ручку, она легонько звякнула, внутри что-то полыхнуло синим, и…

Воздух моментально наполнился одуряющими ароматами. Не веря себе, я распахнула глаза — прямо на камнях лежал огромный, пышущий жаром румяный пирог с пышным, заплетенным в косичку краем.

— Получилось… — благоговейно выдохнула я, вытягивая это чудо наружу.

Забыв обо всем, я отломила себе здоровенный кусок и прямо так, стоя у печи на коленках, впилась в него зубами.

Пирог обжигал пальцы и губы. Но как же это было вкусно. На глаза даже слезы навернулись.

Нежное, тающее во рту тесто, горячий чуть солоноватый творог… Тепло мягко разливалось внутри, согревая, казалось, саму душу. Я буквально проглотила кусок, отломила второй.

С каждым укусом я физически ощущала, как отступает противная дрожь в коленях, а искрить на кончиках пальцев начинает чуть ощутимее.

— Вот и славненько. Хоть на человека стала похожа, — удовлетворенно кивнула Скрепка.

— Воды бы где раздобыть, — призналась я, дожевывая третий кусок.

— Хм… Во дворе колодец старый есть… — задумчиво произнесла Таисия. — Пойдем, поищем.

Во двор я выходила с опаской — вдруг чешуйчатый император поджидает где-то поблизости.

Но двор был пуст, торговая площадь за деревьями жила своей шумной жизнью, зато буквально в пяти метрах от дома обнаружился настоящий деревянный колодец.

На краю стояло здоровенное деревянное ведро. Я столкнула его вниз. Цепь радостно загремела, бадья ухнула в темноту со всплеском.

А вот тащить ее обратно оказалось куда сложнее. Упираясь кроссовками в землю, я с трудом крутила неподъемную ручку, чувствуя, как напрягается каждая мышца. Когда ведро наконец показалось над краем сруба, я дернула его на себя, щедро плеснув ледяной водой прямо на штанины.

Я только тяжело вздохнула. Вода была добыта! Опустив подбородок прямо в студеную воду, я начала пить как невоспитанная лошадка. От холода свело зубы. Но, как же это было вкусно! Я вытерла губы рукавом.

— Твои манеры я даже комментировать не буду, — вздохнула Таисия.

— В доме посуды нет, — напомнила я, — ни чашки, ни ложки, ни кастрюльки. Ни-че-го!

— Ты бабкино письмо помнишь? Что она про дом писала? Договариваться с ним надо! Он тебя полы помыть еще когда попросил? Голова — два уха! В одно влетело, в другое вылетело!

Она возмущенно пошагала обратно к дому.

Я зачерпнула еще немного воды и растерла руки, затем еще — и плеснула на лицо.

Пока умывалась, заметила чуть поодаль, под покосившимся навесом, старую уличную печь. Сбоку валялись сухие ветки и пара поленьев покрепче. Ха! Летняя кухня! А жизнь-то налаживается!

Я вернулась в комнату, вытирая мокрое лицо рукавом.

— Ну, что, сказала я с воодушевлением. — Моем полы?

Обсмотрев все углы, я-таки нашла в этом пустом доме одну чудом забытую тряпицу.

— Вот, все, что мы имеем. Так, мозг вселенной, выручай. Нужны ценные советы — как убираться, если ни ведра, ни тряпки нет? Может, заклинание какое подскажешь?

Я взглянула на свою футболку. Ну нет, футболку — жалко. Хоть и грязная, но любимая.

— Заклинание тебе рано пока. Ты у печки попроси. Вроде вы уже с ней договорились.

Переложив остатки пирога на чистый пакет, я сунула найденный лоскут в печь.

«Печечка, дорогая, сделай мне что-нибудь, что само все отмоет», — вслух попросила я и повернула ручку.

Тут же полыхнуло синим — и наружу медленно выползло влажное, голубоватое подобие большой улитки. Оно шлепнулось на пол и поползло к стене, оставляя за собой идеально чистый след.

— А тут паркет! — ахнула я, разглядывая отмытое дерево. — Эй, улитка, тут все надо помыть!

Улитка послушно начала впитывать полувековую грязь. Двигалась она вроде бы медленно, однако вскоре половина комнаты сияла. Но тут магическая энтузиастка добралась до моих кроссовок.

— Эй! — я запрыгала на одной ноге. — Только пол! Кроссовки не трогай!

Улитка сползла на паркет, домыла остальное и резво полезла на стену.

— Стой! Стены не надо!

Не получив четких инструкций, существо начало хаотично метаться по чистому полу в поисках новой грязи. Это становилось проблемой.

В ту же секунду пространство дома дрогнуло, меня будто в спину легонько толкнули. Я резко обернулась…

И ахнула, увидев высокий, старинный деревянный сервант, которого раньше в комнате не было.

За резными стеклянными дверцами горками стояла посуда: глубокие и мелкие тарелочки с цветочным узором, чашки, замысловатые емкости неизвестного назначения. В центре полки стоял пузатый заварочный чайник…

На нижней полке обнаружился ящичек с ложками, вилками и ножами, а также какие-то мешочки со специями и глиняная банка с солью.

— Красота-то какая… — прошептала я. — Спасибо, дом! — заорала я, переполненная радостью. Было понятно, кого за все нужно благодарить.

Я распахнула нижние дверцы — тут обнаружились кастрюли со сковородками.

Хм… я посмотрела на улитку, маявшуюся по полу без грязи. Взяла самую большую кастрюлю и, положив ее на бок, скомандовала:

— Заползай!

Кастрюлю с улиткой я перенесла на другую половину дома и закрыла крышкой понадежнее.

Ну все, а теперь, наконец-то я попью чай!

Я выудила большой жестяной чайник, набрала из бадьи воды и затопила летнюю печку. Сухие ветки занялись на удивление легко — Таис ловко чиркнула своими металлическими ручками, высекая искру прямо на сухую траву.

Пока вода закипала, я уложила в заварник душицу и тонко порезанную половинку яблока. Залив их крутым кипятком, я принесла дымящийся, ароматный чайник в дом. Пирог переложила на квадратную расписную тарелку.

Налила чай в чистую чашку, с наслаждением вдыхая душистый пар. Уселась за стол, чтобы наконец-то перевести дух…

Бум! Бум! Бум!

В дверь заколотили так, что она едва не слетела с петель.

— Эй ты, открывай! — раздался за дверью голос мужчины, который совершенно не умел вести себя в гостях.