Глава 13

Девушка приблизилась к двери, приоткрыла её и прислушалась – никого.

Ну и зачем тогда беспокоить Анису? Всё равно служанка не сможет раздобыть ей платье, зато легко сможет обеспечить хозяйке новый приступ головной боли.

А если на вызов Аниса явится вместе с Мирадой? Ка-ак начнут вдвоём хлопотать, тараторить…

Её только-только отпустило. Хочется тишины, покоя и…

«Ур-р-р!»

И поесть, да.

Есения поискала простыню, которой вытиралась после купания, но поиски успехом не увенчались: видимо, служанка её унесла вместе с платьем. И тогда молодой герцогине ничего больше не оставалось, как стянуть с постели одеяло и завернуться в него, словно в кокон.

Прикрыв наготу, девушка с полминуты слушала тишину – не хотелось шокировать служанок таким одеянием. Ещё примут за привидение – вот крику будет!

И только убедившись, что в гостиной никого нет, распахнула дверь.

Взгляд леди сразу выхватил уставленный блюдами стол, который освещал небольшой световой шар.

«Ну-ка, что там мне принесли?»

Служанка не преувеличила – повар расстарался: судя по количеству кушаний, новобрачную ждал настоящий пир!

Под сохраняющими колпаками обнаружились два вида супа, три вида жаркого, шесть или семь разновидностей холодных и горячих мясных и овощных закусок, несколько сортов хлеба, пирожные, фрукты…

Причём на каждой крышке переливалась радугой надпись – название кушанья. Очень удобно и предусмотрительно, ведь она впервые в этом доме и ещё не изучила местное меню!

Полюбовавшись на яства, Есения отдала должное искусству повара, отведав от каждого блюда. Что-то очень понравилось, что-то меньше пришлось по вкусу, но девушка не могла не признать, что поздний ужин оказался выше всяких похвал.

Но больше всего молодую герцогиню потрясли свежайшие, словно час назад сорванные, фрукты – и это в разгар зимы! Не иначе, герцог отправлял за ними в Южное царство и потратил на это кругленькую сумму.

Не то чтобы для состоятельного лорда, к тому же сильного мага, это составляло большую сложность, но сам факт! Мужчинам фрукты мало интересны, значит, его светлость заботился именно о её удобстве. Хотел доставить молодой жене удовольствие…

Побеспокоился!

А дома последние лет пять она слышала одно: «Жива, здорова, сыта – что тебе ещё нужно? Разносолы и излишества до добра не доводят! А Ильяне можно, она же младше и ещё растёт!»

Ну да, на год младше – великая разница!

О ней так давно никто не заботился, никто не старался порадовать, что Есения просто не могла проигнорировать такой шаг со стороны герцога.

«Поблагодарю его светлость утром! – решила девушка, с наслаждением вгрызаясь в сочную мякоть адижонского персика. – И попрошу Анису передать мою благодарность главному повару. Как он хорошо придумал – раз не знает вкусовых предпочтений новой хозяйки, то положил всего понемножку! Я теперь могу заказывать те кушанья, которые мне понравились больше всего».

Наконец голод и жажда отступили, и новобрачная, хихикнув про себя – какая нетривиальная у неё выдалась брачная ночь! – подтянула повыше одеяло и отправилась обратно в спальню.

Теперь, когда желудок больше не требовал срочно его накормить, на первый план вышла следующая проблема – что делать с одеждой?

У неё было достаточно платьев, сорочек, шляпок, юбок и всего остального, что необходимо иметь каждой леди. Но всё осталось в поместье! И что-то подсказывало – мачеха ни нитки не отдаст. Даже если ей сам король прикажет.

Напрямую ослушаться графиня не посмеет, но мало ли что может приключиться с вещами? Потоп, пожар, слишком едкий раствор для стирки или слишком горячий утюг, прачка от усердия слишком сильно тёрла и ткань разошлась. Нашествие моли, наконец…

Поэтому рассчитывать на возвращение старого гардероба не стоит.

Конечно, герцог может приказать нашить ей новых нарядов, да он наверняка именно так и поступит. Но чтобы изготовить самое простое платье, требуется целый день. Пошив парадных одежд, какие надевают на выход в общество, занимает ещё больше времени. А ведь ей ещё нужно бельё! Таким образом, полный гардероб шить будут месяц, не меньше. А ей уже сейчас нечего надеть.

Довольствоваться одной сорочкой и одним, причём не самым удобным для дома, платьем, на ночь оставаясь в чём мать родила – такое себе удовольствие…

И даже обратиться за помощью не к кому!

В том смысле – были бы у неё, Есении, подруги или у герцога – близкие родственницы женского пола, то можно было бы попросить у кого-то из них наряд-другой. Плюс новое, ненадёванное белье на те пару-тройку дней, пока белошвейки не сошьют ей собственное.

Но – увы! Попросить не у кого, разве что у Анисы…

Есения хихикнула, представив глаза герцога, когда он увидит жену в платье служанки.

И замерла, потому что со стороны гостиной из-за неплотно прикрытой двери донеслись голоса.

Новобрачная навострила уши – мужчина и женщина. Первая, скорее всего, Аниса. Но с кем это она?

Бу-бу-бу!

Стук, шорох.

- Миледи спит, ваша светлость, – теперь речь звучала вполне внятно, но тихо – видимо, служанка отвечала вполголоса.

Впрочем, обращение «ваша светлость» само по себе являлось ответом на вопрос о личности второго человека. И когда тот заговорил, Есения получила подтверждение – за дверью Аниса и герцог!

Неужели пришёл за супружеским долгом?! А она тут стоит… в одном одеяле!

Ясноликая, что он о ней подумает?!

Глаза леди заметались по спальне – бежать в кровать? Или… ещё немного постоять и послушать?

- Ты так уверена, что герцогиня именно в спальне? – недовольным голосом произнёс лорд Джонатан.

- Да, милорд, а где же ей ещё быть? – изумилась служанка. – Её светлость, как пришла, так сразу посетила купальню. А потом, – короткая пауза, видимо, в этот момент девица как раз заметила разорённый стол, – миледи поужинала и отпустила меня до утра. Сказала, что хочет пораньше лечь. Я пообещала время от времени возвращаться, чтобы узнать, не требуется ли её светлости что-нибудь. И тогда миледи приказала мне здесь не шуметь, потому что она очень устала.

И что же, она сейчас там? – видимо его светлость показал на дверь в спальню.

Есения подавила первый порыв – отскочить от двери и нырнуть в кровать. Судя по всему, герцог так и не двигался с места, продолжая стоять у входа, значит ей пока можно не дёргаться. Интересно, зачем он пришёл?

- Конечно! – без запинки ответила Аниса.

- Даже не сомневаешься? А ведь мы вошли сюда одновременно, и ты ещё дверь в спальню миледи не открывала! Видишь сквозь стены, мм?!

Есения снова насторожилась, пытаясь понять, чего добивается герцог. И на всякий случай подобрала одеяло, чтобы оно, когда это понадобится, не помешало ей быстро перебежать к кровати.

- Уверена, потому что миледи никуда не собиралась, а если бы собралась, я непременно увидела бы её на лестнице или в холле.

- То есть?

- Понимаете, ваша светлость, хоть миледи и отпустила меня, я не решилась надолго уйти. В конце концов, это моя работа – прислуживать миледи и всегда быть у неё под рукой. Я набрала еды на тарелку и принесла всё сюда, на этаж.

- Сюда?! В комнату горничной, что ли?

- Нет, – Аниса явно замялась, а потом выдохнула. – В холл, милорд. За кадкой с растением есть небольшой диванчик, очень уютный. За кустом не видно, кто там сидит, зато сидящему видно всё. Там я и расположилась с угощением. В комнате было бы удобнее, но мне хотелось послушать музыку, а в покоях миледи её не было бы слышно.

- Поэтому-то ты сразу появилась, стоило мне сюда подняться?

- Да, милорд, я вас увидела и вышла. Простите, милорд, мне эту вольность! Знаю, что таскать еду недопустимо, но я ела очень аккуратно и ни крошки не уронила!

- Теперь понимаю, почему тебе не понадобилось проверять спальню герцогини, чтобы утверждать, что она её не покидала. Но ведь ты не всё время сидела за кадкой! И пока ходила за едой…

- Миледи никак не могла бы уйти из своих покоев, даже если бы захотела, – вздохнула служанка. – У её светлости нет ничего на смену – ни сорочки, ни платья! А то, что было на ней, я отнесла прачкам.

- Как это? – сухой и властный тон, каким до этого говорил супруг, поменял тональность. – И… в чём спит её светлость?

Ей показалось, или грозный Чёрный вдовец растерялся?

- Безо всего. К счастью, в спальне тепло, – бесхитростно ответила Аниса. – У миледи с собой не было никаких вещей, а её багаж до сих пор не привезли! Поэтому я подумала – а что будет, если сундуки и к утру не прибудут? И отдала в чистку всё, что сняла с себя её светлость. Чтобы утром миледи могла надеть всё чистое.

- Вот же…

Герцог вполголоса витиевато выругался, ничуть не стесняясь присутствия служанки.

Впрочем, знатные лорды и леди настолько привыкали к постоянному присутствию слуг, что относились к ним, как к мебели. И часто совершенно их не стеснялись.

Есения затаила дыхание – никогда раньше ей не приходилось слышать таких оборотов! Надо на всякий случай запомнить парочку особенно цветистых – мало ли, вдруг пригодятся? Ещё бы понять, что герцог имел в виду, когда это произносил…

«Потом спрошу у кого-нибудь», – решила девушка и снова навострила уши.

- Так, я понял, – буркнул супруг. – Моя жена сейчас спит у себя в спальне и не сможет оттуда выйти даже сюда, в собственную гостиную, потому что ей нечего надеть. Правильно?

- Да, милорд.

- А как она тогда ходила в купальню и обратно? И ужинала?

- Завернувшись в простыню. Но простыню я тоже унесла к прачкам.

- Ясно, – голос герцога ещё больше заледенел.

Судя по всему, его светлость очень и очень недоволен…

– Хорошо, к утру я всё решу, – добавил лорд Джонатан, обращаясь к служанке. – Ты правильно сделала, что позаботилась об одежде миледи. В награду можешь сегодня быть свободна. Возвращайся к остальным слугам и отдыхай. А к своим обязанностям приступишь на рассвете.

- Спасибо, милорд. Но как же её светлость?

- Сама сказала – герцогиня спит, ты до утра ей не понадобишься. А мне нужен покой и отсутствие раздражающих факторов, поэтому я отпустил всех доверенных слуг. Всё, уходим. Не хватало ещё разбудить её светлость!

Лёгкие шаги, стук закрывающейся двери, глухой голос – неразборчиво. Ещё стук.

И тишина.

Есения выдохнула и осторожно потянула на себя створку – точно, никого?

Точно…

Вот дела!

Похоже, мужу стало стыдно, что он не подумал о гардеробе для внезапной жены. Наверное, поэтому он и удалил на сегодня с хозяйского этажа всех слуг! Не хочет, чтобы кто-то ещё узнал, что у миледи даже сорочки сменной нет!

Но ей-то что делать?

Спать по-прежнему больше не хочется, выйти не в чем.

А там, Аниса проговорилась, музыка! Наверное, гости танцуют, кружатся, веселятся… А невеста сидит хуже чем взаперти!

В тепле, в сытости, в безопасности, но одна. Никому не нужная, фактически позабытая даже собственным мужем.

У-у-у!

Обидно!

Если бы у неё было что надеть, она бы хоть в холле посидела, музыку послушала. Или сбегала к лестнице и одним глазком посмотрела сверху на танцующие пары.

Одеяло – не вариант.

А что, если…

И голова Есении сама по себе повернулась в сторону входа. Вернее, в сторону двери в комнату горничной.

У Анисы точно должна быть сменная одежда! Ну и что, что простая и неподобающая для герцогини, главное, чистая и приличная! Этого будет вполне достаточно, ведь она, Есения, не пойдёт дальше лестницы хозяйского этажа, а здесь её никто не увидит. Слуги празднуют у себя, герцог с гостями…

И, отбросив одеяло, девушка решительно взялась за ручку двери.

Ходить по комнатам безо всего было не то чтобы странно, ведь дома ей не раз приходилось обнажаться перед горничными, но как-то не особенно уютно. Словно она собиралась что-то украсть или совершить другое, недостойное настоящей леди, действие.

Есения чувствовала себя уязвимой не столько из-за наготы, сколько из-за двусмысленности своего положения. Она – герцогиня, по сути, хозяйка этого замка – вынуждена прятаться по углам, чтобы хоть одним глазком посмотреть на устроенный в её же честь праздник!

Всё-таки у Ясноликой странное представление об идеальном союзе…

С другой стороны, ей не в чем упрекнуть его светлость – за один день он сделал для неё больше, чем мачеха за пять предыдущих лет! Если бы не предложение Чёрного вдовца, то сейчас она была бы во власти Фабиана…

Что до праздника… умом она понимает – герцог не мог не устроить пир в честь новой жены. Это вызвало бы слухи, а вокруг его светлости и так хватает пересудов. Да и мачеха могла бы попытаться оспорить брак, утверждая, что тот не настоящий, раз даже не было гостей и застолья!

А то, что милорд поспешил удалить виновницу торжества, говорит, скорее, о его заботе, чем о пренебрежении. Его светлость понимал, насколько для неё всё стремительно происходит, и видел, как сильно она этим измотана – и физически, и морально.

Отправил в покои – не наказание, не унижение! Наоборот, супруг предоставил молодой жене возможность прийти в себя, отдохнуть и выспаться…

«Надо будет завтра поблагодарить его за всё, – решила Есения. – А если он за ночь сумеет раздобыть одежду и новое бельё, то большего мне и желать нечего! Что до дальнейшей жизни в роли герцогини, то через несколько дней его светлость наверняка пожелает конкретизировать мои права и обязанности. Или не пожелает, и тогда я буду руководствоваться теми указаниями, какие он мне уже озвучил».

Проворно перебирая ногами, девушка добежала до комнатки горничной, хлопнула в ладоши, запуская световой шар, и огляделась.

Скромно, чисто и ничего лишнего!

Пузатый шкаф у стены, узкая, аккуратно заправленная кровать, сундук в углу, стул, стол, две двери.

За первой обнаружилась уборная с небольшой купелью. Справа от неё находился нужнОй стул, отгороженный от остальной комнаты тонкой занавеской.

За второй дверью скрывалась бельевая – ровные ряды полок для постельного и столового белья.

Вот только полки почти пустовали – скатерть, две стопки салфеток, три подушки и запасное одеяло.

«Не успели заполнить. Видимо, герцог держал в тайне предстоящий обряд до последнего. Опасался, что я не решусь или не хотел, чтобы пошёл слух о новой невесте, – подумала Есения, возвращаясь в комнату горничной. – Если у Анисы здесь есть запасная одежда, то она должна висеть в шкафу!»

Девушка потянула на себя дверку и едва не захлопала в ладоши – нашла!

Раз, два… три платья!

Одно коричневое, такое же, какое, как она заметила, носили Аниса, Мирада и остальные служанки. Форма, значит. И два платья более светлых тонов – бледно-зелёное и серое. Праздничное и повседневное, но не рабочее.

Девушка внимательно пересмотрела все и, подумав, что на прислугу никто из знати обычно не обращает внимания, решила взять коричневое. Если вдруг она случайно попадётся кому-то на глаза, то гость максимум мазнёт по ней взглядом и тут же забудет. А нарядная служанка вызовет вопросы.

«Итак, форменное платье. К нему прилагается фартук… О, вот и он – на соседней вешалке!»

Сделав выбор, Есения отложила форму на кровать, а сама заглянула в сундук – надевать чужую одежду на голое тело не хотелось. Под неё сорочку бы! И панталончики…

Сундук не разочаровал, продемонстрировав небольшой запас женского белья. Увы, хоть и чистого, но ношеного. И Есения не решилась взять ничего, кроме самой новой на вид нижней рубашки.

Оделась быстро – шнуровка располагалась спереди. Оно и понятно, почему, ведь у служанок нет личных горничных. Кто бы помогал девушкам по утрам?

Одёрнув непривычно лёгкое одеяние – ни одной дополнительной нижней юбки, только сорочка и, собственно, само платье! – новобрачная покрутилась, привыкая к ощущениям. А затем покинула комнату горничной, на палец приоткрыла входную дверь и замерла.

Точно, где-то звучит музыка!

На всякий случай не спеша, с остановками, постоянно прислушиваясь, девушка направилась из коридора в сторону холла.

И выдохнула – похоже, как лорд Джонатан и говорил, на хозяйском этаже нет ни души.

Добравшись до лестницы, Есения поискала глазами диванчик, про который упоминала Аниса. Ориентир в виде кадки с пышным кустом подсказал направление. Расторопная служанка хорошо описала и диван, и растение. И ни капли не преувеличила – куст надёжно закрывал весь угол. Со стороны лестницы не рассмотреть, что там стоит или кто там прячется – полное впечатление, что за кадкой сразу стена.

Идеальное место для засады на неверного мужа!

Есения застыла, представляя сцену.

Мужчина думает, что жена спит и не услышит, как он ведёт в свои покои другую женщину. А жена – случайно, не спалось, вот как ей сейчас! – пятью минутами ранее вышла подышать свежим воздухом. И села на тот диван, за кустом.

Или нет – откуда свежий воздух в холле? Это же не балкон! Значит, она просто захотела посидеть в тишине. Например, с чашкой горячего отвара или интересной книгой.

И вот супруг поднимается по лестнице, окидывает взглядом холл – никого! После чего говорит спутнице, мол, леди, следуйте за мной, я покажу вам чудесную коллекцию холодного оружия из самого Южного княжества!

И только они скрываются в спальне, как жена врывается за ними следом.

Леди в обморок, муж в бешенстве, а жена – праведное возмущение!

Есения хихикнула, представляя картину в красках. И сама себя поправила – нет, сразу нельзя врываться! Муж скажет, мол, что такого, дорогая? Ты отдыхаешь, не стал беспокоить, а леди Какеётам, возжелала взглянуть на мои диковины. Я случайно упомянул о них в разговоре. Видишь? Мы ничем таким не занимались, только вошли…

Жена попадёт в глупое положение, будет вынуждена извиняться, и получит репутацию стервы. Сплетня за день разлетится по соседям, все будут сочувствовать мужу и порицать глупую женщину, его супругу.

Нет, если нужно застать кого-то с поличным, то спешить не следует! Надо дать неверному мужу время – полчаса, не меньше. И только потом врываться.

В идеале, прихватив с собой служанку или престарелую родственницу. Чтобы мужу было нечем крыть, а увиденная картина не оставляла простора для воображения.

Чтобы он не мог сделать удивлённый взгляд и заявить: «Дорогая, это не то, что ты подумала! Мы всего лишь любуемся редким оружием!»

Юная герцогиня снова тихо рассмеялась – одно время она увлекалась чтением женских романов, вот и понабралась оттуда «советов».

Как далеки эти романы от жизни – ну какой мужчина додумается привести домой любовницу? Особенно, когда жена спит в соседних покоях?

И даже если не в соседних, то всё равно – к чему усложнять себе жизнь? Даже если брак не по любви, если он договорной и между супругами нет чувств, ни один лорд не додумается встречаться с любовницей в собственной спальне.

Есения тряхнула головой и опустилась на диван, поглядывая в сторону лестницы.

Музыка зазвучала громче, настроение стремительно улучшалось.

«Интересно, кто из гостей остался? – подумала девушка, тихо напевая мотив известной мелодии. – Когда лорд меня провожал, он сказал, что через три часа будут открыты порталы. А прошло… Я спала два часа, потом ела, искала, что мне надеть… Да, прошло не меньше трёх с половиной – четырёх часов! Выходит, все уже разъехались? Но тогда для кого эта музыка?»

- Ещё одна лестница? Ясноликая, но почему бы вам, милорд, просто не открыть портал?! Джо-о-натан!

И стон.

У Есении едва не остановилось сердце – ничего себе, а герцог-то… того… глупее, чем она могла подумать! Неужели она не спит, и это на самом деле воплощение её собственной, пять минут назад представленной, фантазии?

«В следующий раз надо будет представлять не так старательно. И что-нибудь нейтральное или совсем безобидное!» – в замешательстве подумала девушка.

- Я хочу присесть. Смотри, какой симпатичный куст! – голос незнакомки раздался совсем близко, и Есения вжалась в диван, мечтая слиться с его обивкой.